Амазонка

Суворов Олег Валентинович

О причине всего этого догадаться было несложно — та самая, насмерть перепуганная женщина с чайником, заперевшись в своей комнате, успела вызвать милицию.

Выглянув вместе с Херувимовым в коридор, я не без злорадства увидела Стаса, раскоряченного во весь рост на полу, с заломленными назад руками. Нечего было соглашаться на столь гнусную роль!

На моем напарнике, картинно упираясь дулом автомата в его бычью шею, гордо восседал бравый омоновец. Еще трое, в том числе и человек с погонами капитана и в лихо заломленной на затылок фуражке,

перетаптывались рядом.

— Зачитайте мне мои права! — с трудом прохрипел Стас, явно находясь под влиянием просмотра бесчисленных американских боевиков.

Омоновцы дружно заржали, после чего капитан выдал в ответ нечто такое, что не было предусмотрено ни в одном уголовном кодексе:

— Ты имеешь право хранить молчание и мысленно посылать нас всех!.. Но если ты произнесешь это вслух, то мы тебе рога поотшибаем!

— Отпустите его, — предъявляя документы, потребовал Херувимов, — здесь вышло маленькое недоразумение — это мой телохранитель.

— Как — недоразумение? — удивился омоновский главарь. — Нам сообщили, что слышались выстрелы. Разве здесь не было покушения?

После этого вопроса возникла на редкость комическая пауза, во время которой Херувимов красноречиво смотрел на меня, имея при этом вид напроказившего подростка, который опасается, что на него начнут жаловаться директору школы.

Его примеру последовали остальные, так что через минуту на меня таращилась уже вся честная компания. При этом я чисто интуитивно ощущала заметное учащение мужского пульса. О чем в тот момент думали все мужские участники этой немой сцены, можно долго не рассказывать.

— Так что? — не вытерпел капитан. — Было покушение или нет?

— Не было, — покачала я головой.

«Если, разумеется, не считать покушения на мою девичью честь».

Херувимов шумно вздохнул, и на этом инцидент был исчерпан.

— Да дай ты ему, в конце-то концов! — тем же вечером в сердцах сказал Стас, когда мы высадили шефа у дома и остались в машине одни. — Неужели не видишь, как человек мучается?

— Пусть мучается. Скорее небо упадет в Дунай, чем он меня поимеет, — задумчиво отвечала я.

— При чем тут Дунай? — выпучился напарник.

— Для необразованных кретинов поясняю — что-то подобное ответил турецкий комендант на предложение Александра Суворова сдать Измаил.

6

Через несколько дней состоялось свидание с Ксюшиными уфологами. Я изрядно удивилась, увидев перед собой не сутулых и очкастых «ботаников», а крепких, упитанных и весьма развязных молодцов, одетых в стиле «новый русский уркаган» — то есть блатные кепочки и модные черные пальто. Если бы я встретила этих «коней в пальто» в один из тех моментов, когда сопровождала Херувимова, то, перефразируя некоего одиозного исторического деятеля, мгновенно сняла бы предохранитель со своего парабеллума.

Однако Ксюше несмотря на все ее классическое консерваторское воспитание почему-то нравились подобные

персонажи, и я сдержалась, решив не портить ей настроение. Кстати, я заранее предупредила ее о том, чтобы она представляла меня своим знакомым по моей первой специальности — то есть в качестве редакторши, — и ни в коем случае не рассказывала, чем я сейчас занимаюсь. Этого требовали определенные меры предосторожности, да и вообще, иногда доставляет большое удовольствие удивить мужчину внезапным превращением кроткой овечки в разъяренную «пантеру».

Знакомясь с уфологами, я намеренно произнесла свое имя полностью, чтобы оградить себя на ближайшее время от возможных фамильярностей. Есть такие типы, которые через пять минут после знакомства начинают называть тебя «кошечкой» и «ласточкой».

Специалисты по внеземным цивилизациям приехали к месту встречи на потрепанном «лендровере» и после небольшой прелюдии предложили прокатиться к ним на дачу.

— Тем более что это недалеко, — добавил невозмутимый на вид ухажер Ксюши по имени Андрей, который сидел за рулем, — не больше получаса езды.

— Поехали! — нетерпеливо откликнулась моя безрассудная подруга, и мы немедленно тронулись с места.

— И что мы там будем делать — на звезды смотреть? — не без ехидства полюбопытствовала я.

— Судя по вашему тону, вы не верите в существование инопланетных цивилизаций?

— Да я вообще нерелигиозна!

— А при чем тут религия?

— А при том, что вера в инопланетян имеет очень много общего с верой в Бога — и то и другое подразумевает наличие таинственного Высшего Разума, расположенного где-то «высоко наверху». Я что-то не припомню писателей-фантастов, которые бы думали, что инопланетный разум может оказаться ниже человеческого. Впрочем, это и понятно — дураков и на Земле с избытком, не хватало нам еще только инопланетных!

Последнюю фразу я произнесла гораздо более энергично, чем предыдущие, решительно отпихивая молчаливого приятеля Андрея, который, сидя рядом со мной на заднем сиденье «лендровера», попытался положить руку на изголовье. Самое смешное, что сразу после знакомства я мгновенно забыла его имя, решив про себя, что буду называть его Альфом.

— Ничто так не обостряет ум, как желание понять; ничто так не притупляет зрение, как нежелание видеть, — философски изрек Андрей, после чего переключился на ухаживание за Ксюшей.

Стоит признать, что я слегка подосадовала на то обстоятельство, что ей достался именно Андрей, который был заметно умней и симпатичней своего приятеля. Но с этим приходилось смириться, поскольку не в моих правилах отбивать «кадра» у любимой подруги.

То, каким непроходимым и соответственно бестактным болваном являлся доставшийся на мою долю Альф, выяснилось вскоре после приезда на дачу, когда мы уже расселись в креслах у электрокамина и выпили «за знакомство».

— Девчонки, а давайте я составлю ваши гороскопы! — вдруг загорелся этот твердолобый астролог.