Амазонки

Ализаде Гюльшен Арифовна

Немного подумав, она подошла к хижине, в которую воины приволокли Сакия.

Войдя внутрь, Мирина поморщилась: рассыпанные по хижине листья и трава были обильно залиты кровью. Из-за отсутствия окон воздух внутри был затхлым.

Запах крови был для предводительницы привычным и в то же время ненавистным… Она подошла к лежащему без сознания юноше, присела рядом и подняла ему голову. Он дышал.

– Грина, принеси немного целебного отвара, – приказала она подошедшей к ней девушке. – И почему он валяется,

будто уже мертвец? Давай уложим его в более чистом от грешной крови месте. Нужно иметь уважение к пленникам – и к мертвым, и к живым. Нельзя уподобляться врагам. Нас должно что-то отличать от них…

Вдвоем они перетащили парня в самый дальний угол хижины, где еще было сравнительно чисто, и попытались влить ему в рот немного травяного отвара. Пленник пришел в сознание и стал пить мелкими глотками, в основном выкашливая проглоченное вместе с кровью.

– Он умирает, – с огорчением сказала предводительница. – Но ты пои его, девочка. Пусть умрет без боли, чтобы душа потом страдала меньше.

Грина с удивлением посмотрела на Мирину: никогда еще та не говорила с нею настолько мягко.

– Позови девушек… пусть помогут тебе. Обязательно оповести меня, когда парень закроет глаза навечно, – печально добавила предводительница и вышла.

Мирина направилась к хижинам девушек. Каждая из них выполняла порученную ей работу. Самые сильные и рослые достраивали временные жилища.

Они встали в ряд, как только увидели предводительницу.

– Где Гармония, Деянира? – поинтересовалась Мирина у одной из девушек.

– Она спустилась за водой, заступница, – робко ответила та.

– Как, одна?

– Да, заступница.

– О чем я предупредила всех вас в первый день прибытия? Нельзя выходить за пределы лагеря поодиночке! – рассердилась Мирина.

– Я сказала, заступница, но она не послушалась, – трясясь от страха, стала оправдываться девушка.

– Ах, не послушалась!.. Иди и приведи ее сюда. Немедленно! – не на шутку разозлилась Мирина.

Накопленная с утра злость уже пробудила в предводительнице зверя, которым она становилась в боях. Пытаясь успокоиться, она вышла, немного походила по лагерю и прислонилась к стволу одного из деревьев.

Аромат листвы успокаивал Мирину. И шелест. Точно мелодия колыбельной, которую она помнила с детства. Тогда еще не было разделения на воинов и матерей: сражались все. И ее мать, бесстрашная воительница, каждой ночью, обнимая дочку, пела о своей любви…

Прошло уже немало времени. Мирина подозвала одну из девушек и приказала:

– Пойди посмотри, что там с пленным скифом. А ты, – обратилась она к Ипполите, – спустись к роднику и узнай, по какой причине эти девчонки до сих пор не вернулись. Почему они никак не могут дойти?.. Может, умерли по дороге?

Предводительница амазонок еле сдерживалась,

чтобы самой не отправиться за девушками.

Несколько родников пробивались из-под земли неподалеку от лагеря, чуть пониже, на склоне горы. Взволнованная Деянира давно уже стояла рядом с сидящей на земле девушкой.

– Гармония, тебе придется вернуться. Да и чего ты боишься?.. Разве натворила что-то?..

– Я боюсь, сестра… Мирина сердится на меня, – ответила девушка и, съежившись, обхватила колени руками. – Ты же видела, как она гневается…

– Но если сейчас не пойдешь, она рассердится еще больше! И меня накажет за опоздание!

– Как он?.. Убийца… он жив?

– О ком это ты, о том парне? Говорят, умирает… А может, и издох уже к этому времени.

– Он… – Гармония хотела что-то сказать, но не решилась.

– Что? – насторожилась Деянира. – В чем дело, Гармония?

– Ни в чем… забудь, – с безнадежностью в голосе ответила девушка.

– Гармония, – голос Деяниры внезапно задрожал, – Мирина уже послала за нами Ипполиту!..

Та еще издали, не подходя к ним, звала их и махала рукой, призывая поспешить.

– Вставай, Гармония! Ну же! Не заставляй меня пойти и сказать, что ты отказываешься повиноваться! Сейчас же поднимайся, или я иду одна! – пригрозила Деянира.

Гармония нехотя поднялась и поплелась за девушкой.

– Где заступница? – спросила Ипполиту Деянира.

– В хижине, ждет Гармонию. Ты лучше не ходи, – предупредила та.

Гармония тихо вошла в хижину. Мирина стояла у стены. Не поднимая глаз, девушка робко обратилась к ней:

– Я пришла, заступница…

Мирина подошла и резко дала ей звонкую пощечину.

Не удержавшись, Гармония упала. Предводительница редко била подчиненных, но стоило ей разозлиться – и ни одна из провинившихся амазонок не могла избежать кары.

– Ты изменница, ты! Если в лагере узнают, тебя лишат глаз и закопают живьем… Пустоголовая предательница! Поднимайся! – прорычала Мирина.

Девушка покорно поднялась. Предводительница схватила Гармонию за косу, собранную узлом на макушке, волоком протащила через хижину и прижала спиной к стене.

– Кто еще знает об этом… кроме Лики? – прошипела Мирина.

Гармония испуганно смотрела на нее, не смея выговорить и слова. Глаза Мирины налились кровью и словно вылезали из орбит. Девушка почувствовала, как близка предводительница к тому, чтобы придушить ее…

– Кому еще ты разболтала?!

– Никому, заступница, – прорыдала Гармония.

Швырнув ее на землю, Мирина вышла из хижины.

– Лику ко мне! – приказала она девушкам, которые тут же, невдалеке, чистили ягоды, только что собранные в лесу.