Амазонки
Шрифт:
— Амилор, познакомься, это Медей, мой второй муж, — сказала Хьяра, когда Медея привели к ней в спальню.
— Второй муж? — удивился Амилор. — Но, Хьяра…
— Второй муж, — повторила девушка. — По законам нашей страны, убив его жену, я должна взять на себя заботу о нем.
— Хьяра, но почему эта забота должна быть именно такой?
— Таков закон, — устало ответила Хьяра. — Ни Медей, ни его дети не должны потерять своего положения в обществе. Убив его жену, я обязана взять его мужем. Просто прими это. Иначе нельзя.
— Ты
— Мы обсудим это позже, а пока иди к себе, — попросила Хьяра. — Мне надо поговорить с Медеем.
Амилор вспыхнул, но сдержался и ничего не сказал.
— Присядь, — попросила Хьяра, когда за мужчиной закрылась дверь. Медей, послушно сел.
— Госпоже лучше много не разговаривать, — сказал он.
— Говорить я еще могу, — слабо усмехнулась Хьяра. — Как вас устроили?
— Благодарю, все прекрасно.
— Как дети?
— Дети, — вздохнул мужчина. — Дети привыкнут. Им тяжело, все же погибла их мать. Они еще слишком малы, им все равно по какой причине это произошло. Но пусть госпожа не волнуется, с мальчикам больших проблем не будет. Герон уже взрослый, он все понимает, а Сид еще слишком мал чтобы доставлять много проблем.
— А девочка? Джини, да?
— Да, Джини. С ней я не могу сладить, — Медей опустил голову. — Она сейчас в таком возрасте… и смерть матери….К сожалению, я не являюсь для нее авторитетом, она будет бунтовать.
— Что ж, — вздохнула Хьяра. — Это можно понять, но пока она живет в моем доме, ей придется подчиняться.
— Мне очень жаль что госпоже пришлось нарушить слово данное мужу.
— Это не я вызвала Зарему на бой, — нахмурилась Хьяра. — Я не могла предвидеть такого развития событий.
— Мне это известно, — вздохнул Медей. — Зарема очень давно нарывалась, рано или поздно этот бой должен был состояться.
— Как бы то ни было, ты теперь мой муж, — сказала Хьяра. — И у тебя те же права что и у Амилора. Я выполню свой долг по отношению к тебе и детям Заремы.
— Госпожа очень добра, — склонил голову Медей. — Но вовсе нет нужды относиться ко мне так же как к первому мужу, я это пойму, — добавил он, с надеждой глядя на девушку
— Я не буду навязывать тебе свое общество, пока ты сам не попросишь об этом, — пообещала Хьяра. — Но если тебе или детям что-то понадобится, обращайся. Если меня не будет, поможет Иван.
— Спасибо, — Медей поцеловал руку Хьяры. — А теперь вам надо отдыхать.
— Говори мне ты, — попросила Хьяра. — И ступай, я действительно устала.
— Как прикажешь, — Медей поклонился и вышел.
Шло время, Хьяра поправлялась. Медей с детьми освоился в новом доме, но старался вести себя скромно и как можно реже попадаться Амилору на глаза. Дочь Заремы Джини, ненавидела мачеху молча, вступать с ней в открытую войну девочка не могла, все же закон и справедливость была на стороне Хьяры. Малышу Сиду сказали, что мама уехала очень надолго,
— Тебе еще рано тренироваться, — вздыхал Амилор, сидя у бассейна, в котором плескалась Хьяра. — Ты еще слишком слаба.
— Я гораздо сильнее чем ты думаешь, — Хьяра вынырнула у ног мужа. — Хватит бухтеть, иди сюда, — она стащила мужчину в воду.
— С ума сошла, — вынырнул Амилор. — Я же в одежде.
— Ну и что, — улыбнулась Хьяра. — Одежду всегда можно снять, — она хитро улыбнулась и принялась стаскивать с мужа штаны.
— Разве принцессы так себя ведут? — смеясь, спросил Амилор, отдыхая на травке под большим деревом, голова Хьяры лежала у него на плече.
— Принцессы ведут себя так как им заблагорассудится, — улыбнулась Хьяра, водя пальчиком по обнаженной груди мужа. — Тебе что-то не понравилось?
— Что ты? — засмеялся Амилор, но вдруг улыбка сошла с его лица. Хьяра выгнулась, чтобы посмотреть, что случилось, и увидела Медея, догоняющего выскочившего в сад Сида. Медей молча поклонился и, взяв малыша на руки, ушел в дом.
— Перестань так реагировать на него, — попросила Хьяра. — Медей и так почти не выходит, чтобы не попадаться тебе на глаза, это не правильно.
— Не правильно? — возмутился Амилор. — Не правильно то, что ты привела его в дом. Не надо снова напоминать мне, что это я во всем виноват, — мужчина встал, натягивая мокрые брюки. — Зарема нарушила правила поединка, поэтому и ты вполне могла позволить себе не соблюдать это чертов закон.
— Амилор, подожди, — Хьяра тоже встала. — Сядь, давай поговорим.
— Я не хочу об этом говорить. Я вообще ничего не хочу, — Амлор ушел в дом, громко хлопнув дверью. Хьяра вздохнула, оделась и пошла следом.
— Я не хочу разговаривать, — заявил Амилор, когда Хьяра вошла к нему. — Хватит.
— Амилор, если мы не проясним все, будет только хуже. Мы и так постоянно ссоримся, я не хочу так.
— Я тоже не хочу. Я устал быть твоей игрушкой. Ты забываешь, что я мужчина, а не…. Хотя, что ты знаешь о мужчинах?
— Амилор, — с укором сказала Хьяра.
Давай, скажи что я сам во всем виноват, что из-за меня ты едва не погибла…
— Разве я хоть раз попрекнула тебя этим? — нахмурилась девушка.
— Нет. Ты нет, но все вокруг…
— Кто посмел?
— Послушай, меня не обвиняют открыто, но я то знаю, что все винят меня.
— Что тебе до всех? — удивилась Хьяра.
— Ты тоже обвиняешь. Не вслух, но это ничего не меняет. А еще этот Медей и его дети, они просто ходячее напоминание. Хьяра, отправь их куда-нибудь. Отдай им имущество их матери и пусть живут сами.
— Амилор, я не могу. Сколько еще можно говорить, что они не могут жить одни. Детям нужна мать.
— Но ты им не мать и никогда ею не станешь. Что с ними станется, если они будут жить отдельно?