Амена
Шрифт:
Пока он держал меня над обрывом, сильный ветер трепал волосы, не давал нормально вздохнуть. Но я не растерялась, пока Эфин сконцентрировался на своем гневе, аккуратно вытащила меч и попыталась всадить в него, но одним движением он развернул меня и спиной прижал к себе, удерживая руку, в которой было оружие.
– Думаешь, меня так просто убить? – он шептал на ухо. – Ошибаешься, я предвижу каждый твой детский шажок, контролирую каждый взгляд и каждый вздох, поэтому убери свой шедевр в ножны и иди дальше.
Отпустив меня, он сразу же отвернулся и пошел вперед. Остальные также двинулись за ним. Мы добрались до
– Стая Карукков! Обходите их, не давайте остальным выйти из леса!
Номары вступили в схватку с монстрами, но тот, что выскочил, был крупнее остальных. Эфин медленно подошел ко мне и тихо сказал:
– Это вожак. Лучше не шевелись, – и он вышел вперед, параллельно вытаскивая свой меч.
Карук увидел оружие и немедля зарычал, на что Эфин ответил таким же рычанием, оскалив клыки. Они ходили по кругу, не давая сделать друг другу и шага вперед. Но Карукки очень хитры, поэтому этот зверь проделал обманный маневр, оббежал Эфина и бросился в мою сторону, тогда номар резким движением схватил его за гриву и отбросил назад, однако Карук не успокоился, он только больше рассвирепел, отчего снова пошел в атаку. Теперь его целью была не я, а Лумея, которая отбежала от нас и стала открытой мишенью. Тогда я также вытащила меч и преградила путь монстру, но сейчас Эфин не остался в стороне, он поравнялся со мной:
– Держи его по правую сторону и веди на меня!
– Хорошо.
Постепенно наступая вперед, отталкивала Карукка от Лумеи и направляла в сторону Эфина. Но хищник все прекрасно видел, поэтому, остановившись на секунду, громко зарычал и бросился на меня, я попыталась увернуться, но почувствовала касание его лапы на боку. В этот момент Эфин прыгнул на него сверху, и, зажав шею одной рукой, второй вонзил меч тому между ребрами по самую рукоятку. Только тогда Карук остановился, но он не думал сдаваться, поэтому еще некоторое время пытался вцепиться клыками в своего наездника. Эфин же вытащил из пояса черный нож, обмазанный ядом, и всадил зверю в шею, на этот раз лесной хищник пошатнулся, а затем упал. Эфин еще какое-то время сдавливал его шею, и только окончательно удостоверившись в том, что тот мертв, отпустил и поднялся на ноги.
Я же стояла и не могла пошевелиться, но как только Эфин поднялся, то сразу же подошел:
– Ты ранила Карукка?
– Нет, – я отвечала куда-то в пустоту, так как не могла отвести глаз от этого гиганта, лежащего на земле.
– Тогда откуда кровь?
– Что? Кровь? – только сейчас, переведя взгляд на Эфина, поняла, что что-то не так.
На моем боку красовался ровный разрез, из которого сочилась кровь, стекая по ногам на песок.
– Вот Десять стихий мне на голову! – крикнул Эфин, после чего взял меня на руки и усадил около скалы.
Номары к тому времени отбили наступление стаи, а оставшиеся
Он приказал своим воинам найти родниковую воду и развести костер, Лумее же было приказано найти чистую ткань.
– Ты как? Живая?
– Назло тебе, – я усмехнулась, почему-то совершенно не чувствовала себя умирающей, хотя крови становилось все больше, а ногти на руках постепенно бледнели.
– Ты не воин, ты просто глупая самка в одежде воина!
– Так зачем тебе такая самка? Оставь меня, и разойдемся мирно, ты к себе, а я в мир иной.
– Ну, уж нет! Ты еще не отдала мне свою честь, чтобы вот так уйти.
Пока мы говорили, он развязал жилет, снял его с меня, обнажив место ранения, затем взял принесенную ткань, смочил в горячей воде и смыл кровь, после чего раскалил свой меч и сказал:
– А теперь лучше закрой глаза!
И в одно мгновение прижег рану, по телу раскатилась невыносимая боль, от которой я успела лишь зажмуриться и завыть, как раненый зверь. Когда Эфин убрал меч, то снял со своей шеи какой-то флакон и полил его содержимым мне на рану, после попросил Лумею перевязать. Она наложила повязки, дала мне немного воды и укрыла одеялом, а Эфин подошел к мертвому Карукку. Что было дальше, уже не помню, в глазах потемнело и все, я отключилась.
Когда проснулась, то увидела номаров, сидящих вокруг костра и поедающих мясо того, кто зажаривался на вертеле, долго угадывать не пришлось - это был убитый Эфином хищник. Лумея также сидела, но намного дальше от них, и ела выделенный ей кусок мяса, но как только увидела, что я пришла в себя, немедленно подошла:
– Амена? Ты как? Принести воды?
– Нет, спасибо. Где Эфин?
– Он взял шкуру зверя и куда-то ушел с ней, его нет уже давно. Давай я принесу тебе немного поесть? Эти хищники оказывается вкусные.
– Хорошо, - я улыбнулась и сжала ее руку в благодарность.
Когда же Лумея принесла немного мяса на большом листе, и я хотела взять кусочек в рот, то увидела только подбегающего Эфина, который одним движением отбросил листок с едой в сторону.
– Ты что?! Смерти хочешь?! – он сел напротив и забрал из моей руки тот несчастный кусочек. – Тебе нельзя есть это, я обработал твою рану противоядием от когтей Карукка, если съешь хотя бы кусок, то умрешь от отравления в считанные секунды! Тебя, видимо, ни на минуту нельзя оставлять одну! – затем его гнев обратился на Лумею. – А от этой никчемной служанки вообще никакого толка, только вред. Сначала затеяла истерику, потом отошла от нас в момент нападения, а сейчас снова! - после чего он схватил ее за волосы и прорычал сквозь зубы. – Еще одна ошибка и я привяжу тебя к дереву на радость хищникам! Поняла?!
– Да. Простите меня Эфин, – она начала плакать и прикрывать лицо руками.
Тогда он ее отпустил, и Лумея убежала в другой конец, а я не выдержала:
– Что с тобой такое?! Тебе не над кем издеваться? Она лишь несчастная девушка, на плечи которой выпала такая ужасная участь!
– Если бы не она, то многих проблем можно было бы избежать! Здесь нет места девичьим капризам и истерикам, оступишься и все, смерть!
– Твоя жестокость не знает границ, она и так напугана, зачем причинять ей еще и боль? Все, с меня хватит! – я попыталась встать, но тут же ощутила сильную боль, а повязка окрасилась кровью.