Амена
Шрифт:
Через час мы снова брели по берегу, к концу дня должны были достигнуть стен Тарона. Я не хотела идти туда даже в качестве гостьи, поэтому решила по прибытии сразу взять аттарина и отправиться домой. После проведенной с Эфином ночи почувствовала себя в очередной раз раздавленной, но не из-за того, что жалела о произошедшем, а от того, что это было лишь воспоминанием о прошлой жизни, которое я должна в очередной раз спрятать глубоко в душе. Он всю дорогу держал меня за руку, я же не смела ее забрать, пусть хотя бы недолго мы побудем влюбленной парой.
К вечеру
– Почему ты остановилась?
– Я не знаю, что-то внутри говорит не идти туда.
А через мгновение мои глаза снова засияли особым светом, и я уже была в центре Тарона, там повсюду стояли чистокровные, часть солдат окружила кого-то на площади, как только подошла ближе, то увидела Эфина, стоящего на коленях с завязанными за спиной руками. Вокруг собрались номары, они смотрели на своего Лидера, но не делали и шага, а спустя секунду из толпы в сопровождении нескольких чистокровных вышел Фарон и, проследовав к брату, нанес ему удар в живот, от чего тот упал, отплевываясь кровью.
Когда же связь со Скайрой прервалась, я посмотрела на Эфина и, схватив за руку, сказала:
– Мы не пойдем в город! Надо немедленно скрыться в лесу.
– Что?! Что ты видела?
– Боюсь, ты уже не Правитель Тарона.
– Это что еще за чепуха?
– Если ты войдешь в ворота, то немедленно окажешься в лапах чистокровных, которые сейчас заполонили улицы города, а знаешь, кто стоит во главе? – Эфин не понимал меня. – Фарон! Он сейчас там и только ждет момента поквитаться с тобой.
– Этого не может быть! Фарон хоть и полон ненависти и желает господства, но он не пойдет на такое! Это против закона крови.
– Ты продолжаешь жить как в тумане. Неужели тот случай с нападением тумо и непослушанием чистокровных ничему не научили тебя? Фарон давно жаждет сместить тебя. И как ты думаешь? Откуда в лесах вдруг появились тумо в таком огромном количестве? Твой брат пытается дискредитировать и уничтожить тебя. Сейчас он в городе, который у него в плену, а смешанные тебе не помогут.
– Я не верю, ты явно что-то задумала.
Тогда я отвернулась от него и приготовилась уйти:
– Мне жаль тебя, Эфин. Можешь идти туда, но в таком случае я прощаюсь с тобой навсегда.
Направившись в сторону леса, видела, как он стоит в полной растерянности и не знает, что делать дальше. Однако я не успела дойти до джунглей, как Эфин нагнал меня и остановил:
– Постой. Я верю тебе, просто не могу поверить в то, что брат предал, а Совет бездействовал в момент захвата.
– Не стоило ждать от них помощи, смешанные теперь такие же, как и многие из нас, они не имеют кровной связи, боятся потерять то, что у них есть, и не будут умирать за своего Лидера, а чистокровные давно уже находятся во власти Фарона.
– Получается, что наследник Танафера и Правитель Тарона – изгой. Здешние леса кишат этими тварями, а безумный братец взял в руки бразды правления, ты хоть представляешь, что теперь будет?
–
– Увы, но нет. Единственное, нам надо идти в Мазарат к твоему отцу и попытаться что-то придумать.
– Да, если только Фарон не опередил нас. Знаешь, когда он пришел к нам, чтобы заручиться поддержкой, то хотел получить меня в обмен на то, что не будет трогать Мазарат.
– А вот этому не бывать! – глаза Эфина буквально налились кровью, и он готов был раздробить рукоятку меча, которую сжал со всей силы. – Сначала пусть убьет меня.
Мы отправились в путь, тумо еще не добрались до этой части лесов, поэтому решили идти всю ночь, не останавливаясь, дабы не терять драгоценного времени. Добравшись до Мазарата к утру, немедленно пошли к моему отцу. По дороге я все рассказала встретившему нас Минекая, когда же зашли в дом и поднялись в Зал Советов, то там уже собрались все благородные мужи, а отец что-то яростно пытался им доказать. Но, увидев меня, он отбросил все и подошел, чтобы обнять:
– Ты цела и невредима! Дочка! – его глаза казались такими болезненными, а лицо было бледным как никогда.
– Что с тобой, отец? Ты плохо выглядишь.
– Неважно, главное, что ты здесь, - затем он повернулся к Эфину. – Спасибо, что вернул ее.
– Не за что, – он ответил сухо и чувствовал себя опозоренным, так как стоял один среди крианцев.
Я же снова обратилась к отцу:
– Фарон был здесь?
Тогда Правитель отошел в сторону и посмотрел на меня с тяжестью в глазах:
– Был. И очередной раз выставил условия. Но боюсь, теперь я не в силах отказать ему. За ним вся армия.
– Каковы же его условия? – спросил Эфин.
– Амена! Это единственное условие, выполнив которое, мы сможем избежать рабства.
– Да что ты такое говоришь?! – я смотрела на него и не понимала такого пессимизма. – Наша армия достаточно сильна, чтобы сдержать их.
– Какая армия?!
– отец начал кричать. – Армия юнцов и девиц против такого разрушительного полчища из смешанных, чистокровных и тумо?! Мы падем в первой же схватке! И еще! – отец посмотрел на Эфина. – Фарон просил, чтобы мы выдали низвергнутого Правителя, если только тот появится у наших ворот, но этого я делать не буду. Ты благородный воин и всегда держал слово, поэтому уходи.
Эфин резко развернулся и подошел к отцу:
– Интересно получается, я как последний трус бегу, а вы отдадите свою дочь брату?! И все! Великий Нитте снова спас свой народ?! С чего ты взял, что Фарон сдержит слово?!
– Ему нужна Амена, он сдержит обещание именно из-за нее.
– А кто вам сказал, что я отдам ее?! Она моя жена и будет со мной!
В этот момент в зал вошли стражники, они обнажили мечи и окружили Эфина, он в свою очередь также вытащил меч. Я не могла допустить того, чтобы сейчас пролилась чья-то кровь, поэтому встала рядом с Эфином и заговорила со стражей: