Амиго
Шрифт:
КОСТЯ. Здравствуй, Паша, радость наша. А я — Костя. Ты откуда?
ПАША. Из «Кенгуру». Мы там были. Я тебя знаю. Тебя «Костяк» зовут. Ты стриптизёр.
КОСТЯ. Правда? Раздеваюсь, что ли? За так или за деньги? (Смеётся). Чего спьяну не сделаешь. Ну и чего? Значит, знаешь меня? А я тебя — нет.
ПАША. Мы с тобой ночью ничё не делали.
КОСТЯ. Я пьяный был. А то бы, поди, чё сделал.
ПАША. Ты меня
КОСТЯ. А ты не давался?
ПАША. Почему? Давался. (Смеётся).
КОСТЯ. Я не «голубой». Пьяный был. Скучно было.
ПАША. Да ничё не было.
КОСТЯ (пауза). А чего ты улыбаешься?
ПАША. Так. Хорошо мне тут. Тепло тут. Хорошо.
КОСТЯ. Ты «голубой»?
ПАША. А ты? Танцуешь ты классно. Тело у тебя, Костяк, — супер.
КОСТЯ. Значит, ты «голубой».
ПАША. Может. А чё?
КОСТЯ. Ты прав. Ничё. Пошли, амиго. Пошли, порубаем. Спать не дадут. Скоро работа. И правда, собираться надо — завтра уезжаем, а я дрыхну.
Костя засунул руку под тахту, достал магнитофон, включил какую-то дурацкую и радостную музыку.
Костя и Паша встали, оделись, пошли на кухню. Софья Карловна всё так же сидит, закрыв глаза, за столом. Костя пошёл в ванную, ходит по квартире, по кухне, ящики выдвигает, находит кофе, наливает в чайник воду, ставит на плиту. Паша сидит за столом, зевает.
Садись, я кофе сделаю. Пей, ешь.
ПАША. А это — твоя череповка?
КОСТЯ. Бабуля. Притворяется, больная, чтоб не заставили работать. Кончай японскую забастовку, баб Сонь? Я с ней в контрах. Спит, ага. Бутылку достану — проснётся. Они — как растения. Кто польёт водичкой-дождиком, то и ладно. Палец о палец всю жизнь не ударили. Посуду помыть надо, они: «Голова болит!» Такой народ. Ещё сестра у меня была. Умерла.
ПАША. Умерла?
КОСТЯ. Давно. Семнадцать лет прошло. Как раз завтра. Нету. Сгнила давно. Звали — Нина. Суицид. Шестнадцать лет было ей. Сахар на. Молока нету. Есть, но кошкам. Я их люблю.
Нина идет из комнаты. В коридоре выключила магнитофон. Открыла дверь на кухню, знамёна снова посыпались, одно сильно стукнуло Нину по плечу. Собаки лают.
НИНА. Да что это такое?!
КОСТЯ. Реквизит. Знамя. Мамкины. Для пикетов. Красивые. Хочешь, подарю? К «джипу» гвоздём примандюришь, будешь рассекать с ним по улице, а? Тыу-пырдыу, дыр-дыр-дыр, восемь дыр. (Смеётся).
НИНА. Вы почему смеётесь?
КОСТЯ. Чё,
НИНА (молчит). Мне надо тут померить.
КОСТЯ. Померить как помирать. Может, мы поедим, потом?
НИНА. Что? Нет. Завтра начнётся ремонт. (Пауза). Ладно, я повешу шубу сюда.
КОСТЯ. Да кинь ты её куда, тоже мне, ну. Кофе будешь, э, амиго?
НИНА (помолчала). Тут грязно.
КОСТЯ. Осади. Да хватит, ну? Села, ну? Мы добрые, ферштеен?
НИНА. Тут грязно, говорю. Я в шоке.
КОСТЯ. Да ладно ты, сказал. Что ты, как бикса?
НИНА. Я не бикса.
КОСТЯ. Ну, раз не бикса, садись тогда, ну?
Нина села. Молчат.
СОФЬЯ КАРЛОВНА (вдруг открыла глаза). Последняя просьба моя перед смертью: раз не будет музея, назовите магазин «Софья».
КОСТЯ. Магазин: «Софья: рубаи оптом и в розницу». Иди, пакуй приданое.
Паша нашёл бумажку и верёвочку на полу, связал их, трясёт перед носом рыжей кошки, та лапой пытается бумажку достать. Паша смеётся негромко.
НИНА (вертит головой, смотрит на стены). Тут будет ресторан «Пиано-бар». Живая музыка. Белый рояль. (Достала сигарету, уронила её, подняла, прикурила).
КОСТЯ (улыбается). Тут ведь грязь, а ты поднимаешь, Нина.
ПАША. Вовремя поднятая сигарета не считается упавшей.
НИНА. Откуда вам известно моё имя?
КОСТЯ. Ну хорош, а? Не играй. Нотариус вслух читал договор, заспала? Нина, Костя, Паша, в углу задвинутая — поэтесса баба Соня. С ней не общаться, она — мебель. Ну? Тебе сколько лет, Нина?
НИНА. Что?
КОСТЯ. Сколько? Тридцать три? Ну да. Я знал. Хорошо, что она умерла.
НИНА. Кто? Что?
КОСТЯ. Никто. Ничего. Чего смотришь?
НИНА. Кончайте «тыкать». (Пауза). А почему я вас только вчера увидела? Когда мы с мужем тут смотрели место, вас не было.
КОСТЯ. Меня не было. Дела-работа. Нам агент показывал наши квартиры. Мне плевать, кто покупает. Я хочу с ними разъехаться. Не хочу с ними. Достали.
ПАША (смеётся, с кошкой играет). Кошка смешная! Оп! Оп! Оп! Оп!