Амрита
Шрифт:
– Слушай, давай тогда напоследок еще разок, – сказал он, и, захохотав, мы снова повалились на кровать.
Что было, то было.
– В детстве все девочки такие миленькие. Смотришь на них, и кажется, что, когда они вырастут, все как одна станут прекрасными невестами, – задумчиво сказала Эйко.
– Ага, только потом они вырастают и превращаются в независимых девушек вроде нас с тобой. Интересно, правда? – я засмеялась. – Хотя… Ты только представь, что в следующем году ты – уже чья-то жена. Мы же не знаем, что с нами будет.
– Ну уж нет. Я лучше буду жить так, как сейчас живу. Днем –
– И это называется счастье, – подытожила я. В ответ Эйко засмеялась, мило сморщив носик.
Мы расстались незадолго до рассвета.
Каблучки звонко цокали об асфальт, звуки исчезали в утреннем небе. Я смотрела ей вслед до тех пор, пока ее маленькая фигурка окончательно не скрылась из виду.
В небе над городом забрезжил рассвет. Светало. Моя подруга ушла, а я все еще стояла там, где мы расстались. Совершенно пьяная.
Господи, как хорошо. Какие красивые рассветы, оказывается, бывают в Токио. Если бы я умерла в тот день, когда свалилась с лестницы, я бы об этом так и не узнала…
Пока я сидела на кухне и вспоминала вчерашний вечер, со второго этажа спустился мой младший брат.
Вид у него был недовольный, он явно не выспался. С бледным, как у покойника, лицом брат направился к холодильнику. Я молчала, ситуация как-то не располагала к разговору.
– Я дальше буду спать, – буркнул он, хотя я его ни о чем не спрашивала.
– Спи, пока не выспишься, – посоветовала я.
Брат кивнул, достал из холодильника пакет молока и сделал несколько глотков. Потом закрыл холодильник и вышел из кухни.
«Странный он какой – то», – подумала я, провожая его взглядом.
Однако через несколько мгновений брат вернулся:
– Саку! – сказал он. Недовольство исчезло с его лица – теперь это был просто заспанный мальчишка, которому не терпелось поговорить со своей старшей сестрой.
– Я слушаю, – сказала я.
– Ты знаешь, а ведь я там был. Еще немного, и мы бы с тобой встретились. Я за деревьями прятался.
– Ты о чем?!
– Ну как ты не понимаешь?! Твой сон о чернике! Ты что, уже забыла? – брат неожиданно рассердился.
Ах вот оно что. Сон, который я видела утром. Значит, это была черника…
… с лестницы донеслись шаги брата, который, так и не дождавшись моего ответа, отправился спать дальше.
5. Прекрасная звезда
Было тепло и влажно. Я отдыхала на бортике бассейна, свесив ноги в воду.
По дорожкам туда – сюда старательно плавали люди. К высокому потолку взлетали фонтаны и фонтанчики брызг. В соседнем лягушатнике, повизгивая, резвились дети.
Микико вылезла из воды и направилась в мою сторону. Я не сводила с нее глаз.
– Как я ус-та-ла, – нараспев произнесла она, подходя.
И почти в унисон я сказала:
– Ты здорово похудела!
– Честно? – Микико заулыбалась. По ее телу сбегали крупные капли, падали и разбивались о кафель.
– Честно – честно. Прямо-таки исхудала.
– А вес почти не изменился…
– Значит, ты просто подобралась.
– А у тебя лицо похудело. – Микико тоже решила сделать
– Да ну? – теперь пришла моя очередь улыбаться.
– Ну давай еще неделю сюда походим, и все.
– Хорошо.
– Ну что, отдохнем немного – и в воду? Последний заход.
– Давай.
Микико пошла к крану с питьевой водой, а я поднялась на ноги.
С тех пор, как мы начали ежедневно ходить в бассейн, прошло около месяца. Нельзя сказать, чтобы занятия плаванием давались нам легко – я продолжала работать в баре, Микико училась в университете, – но овчинка стоила выделки. Мы приходили сюда каждый день и плавали чуть ли не до изнеможения. Что может быть лучше плавания?
Март – конец фискального года, апрель – начало. За эту весну, с ее бесконечными вечеринками по поводу концов и начал, я поправилась на пять кило. Но меня смущало не столько количество прибавленных килограммов как таковое, сколько тот факт, что в результате мой вес перевалил за пятьдесят килограммов. Такого со мной отродясь не бывало! Я ощущала этот груз не только физически, но и психологически. Не зря же говорят – «в незнакомом теле – незнакомые мысли».
Но был в нашем доме человек, у которого дела обстояли еще хуже. Моя двоюродная сестра Микико после того, как бросила секцию гольфа, прибавила шесть килограммов. У нее изначально была склонность к полноте, а тут она перестала заниматься спортом и, вернувшись из университета домой, либо валялась на кровати с книжкой, либо шла с подружками в какой-нибудь клуб, паб или кафешку. Живя под одной крышей, мы виделись ежедневно, и каждый божий день она жаловалась на свой вес и говорила, что надо срочно худеть. В результате я начала чувствовать себя чуть ли не преступницей из-за того, что сижу, сложа руки, вместо того чтобы бороться с лишним весом.
– Саку, надо что-то делать! – в один прекрасный весенний вечер сказала Микико. Мы с ней как раз поужинали раменом [11] в ближайшей забегаловке и теперь возвращались домой.
– Угрызения совести после ужина? – попыталась пошутить я.
– Надо взять себя в руки!
– Но ведь мы очень вкусно поужинали. Нам не о чем жалеть – оно того стоило, – сказала я.
– Я точно так же подумала. Еще до того, как мы есть начали. – Микико засмеялась.
И тут мне в голову пришла идея.
11
Рамен – китайская тонкая лапша в жирном бульоне.
– Слушай, Микико, а давай худеть вдвоем, чтоб не скучно было. Сядем на диету…
По-моему, это была отличная мысль. Мне почему-то казалось, что Микико обязательно согласится. Она неуверенно сказала:
– Худеть вдвоем?
– Ну да! Прямо завтра и начнем.
По дороге домой мы разработали стратегический план. Во-первых, садимся на диету, а во-вторых, начинаем ежедневно ходить в бассейн.
– Слушай, оказывается, в этом есть и кайф – идти вот так вечером домой и думать о том, что «надо что-то менять» и что «так дальше нельзя». Я просто вся дрожу от нетерпения. Скорее бы завтра! – возбужденно сказала Микико. – Наконец-то я чувствую, что живу.