Амриты
Шрифт:
– Ты ведь хотела, чтоб я помог твоей бабушке? Я правильно тебя понял? – вопросом на вопрос ответил Маркус.
– Да, именно так, – подтвердила Настя. «К чему он клонит? Разыгрывает, что ли?».
– Я помог, – Маркус прямо-таки излучал доброжелательность.
– Хочешь сказать, что она выздоровела? – недоверчиво уточнила Настя. Рука ее нащупала телефон, – это не сложно проверить, – она набрала мамин номер и услышала: «Настя! Это чудо какое-то! Ты не поверишь! Первоначальный диагноз не подтвердился! У бабушки нет инсульта! Приходил главный врач, лично
Настя отстранила трубку от уха и с удивлением посмотрела на нее. У нее не было особенной надежды на Маркуса. Амриты обманывают, не задумываясь. Но то, что сказала мама… «Совпадение? Ошибка? Или, действительно, помощь?».
Настя с трудом заставила себя ответить маме:
– Да, мам, я слышу… да, конечно, рада, еще бы… Да, дома… хорошо, мы вас ждем.
Она нажала отбой и посмотрела на Маркуса.
– Что у нее было? – строго спросила она.
– Инсульт. Если проще – кровоизлияние.
– Врач со скорой тоже что-то такое говорила, – Настя задумалась, – да, но мама сообщила, что диагноз не подтвердился.
– Конечно, не подтвердился, я же ликвидировал последствия. Так что, бабушка вполне здорова.
– Может быть, если не врешь… – Настя смотрела ему прямо в глаза, пытаясь понять, правду он говорит, или обманывает. «Как же он может обманывать, если еще утром бабушка была в реанимации, а потом появляется доктор и заявляет, что она здорова! Как-то все это не стыкуется».
– Что ж, выходит, мне надо тебя поблагодарить, – нехотя произнесла Настя. – Скажи, а бабушка теперь абсолютно здорова? Болезнь может повториться?
– Ну… – Маркус развел руками, – человека в ее возрасте невозможно вылечить от всех болезней. Надеюсь, ты понимаешь, что некоторые изменения не обратимы, – пустился он в объяснения.
– Понимаю, – отрезала Настя, – человек смертен. Но вы кое-что можете? Ведь так?
– Кое-что, – согласился Маркус.
Настя помялась:
– И что же? – начала допытываться Настя.
– Если ты имеешь в виду, могу ли я или кто-то из нас сделать человека бессмертным, то – нет. А так: подлечить, подлатать, можем.
– Даже в безнадежных случаях?
– Хм, случаи бывают разные, что ты понимаешь под безнадежностью? Если человеку отрежут голову, то никто ничего не сможет сделать. Разве что, – Маркус поднял голову к небу, – Господь Бог…
Настя вздохнула:
– Это понятно. Ладно, я спрошу конкретнее: сколько лет жизни осталось у моей бабушки?
– При соответствующем уходе, – Маркус задумался, – можно гарантировать еще лет сорок. Настя закрыла глаза: сорок лет! Кажется, это так долго! Так много! А на самом деле? Земля всего лишь обежит вокруг солнца сорок раз и бабушки не станет. Причем сорок – это в том случае, если Маркус будет за ней присматривать. А остальные? Мама, брат, дед, отчим? Миша!
– Как вы это делаете? – Настя решила, раз уж она встретилась с ним, то попытается вытащить как можно больше
– Настя, – мягко произнес Маркус, – человеческая жизнь конечна. И никто из нас не знает, что ждет за порогом. Я понимаю, тебе больно думать о своих близких, о том, что ты не такая, как они…
– Не надо лирики, – поморщилась Настя, – это мы проходили. Давай конкретно. Чего ты хочешь от меня за то, что спас мою бабушку?
Настя напряглась, готовая услышать требование немедленно бросить семью и переселиться к амритам. Развлекать какую-нибудь Васанту на затерянном острове, или сидеть внутри несуществующей горы Меру, или как там она называется… Настя готовилась отразить нападение, но вместо этого Маркус сказал:
– Ничего…
– Совсем? – Настя недоверчиво покачала головой.
– Совсем…
– Что ж, спасибо, – она медленно повернула и пошла прочь. «Не может быть! Это какая-то ловушка, подвох», – думала она, ускоряя шаг.
– Настя, – догнал ее голос Маркуса.
«Я так и знала!» – она почти торжествовала.
– Что?
Он все еще стоял на мостике:
– Я только хотел сказать, что тебе все равно придется встретиться с нами. От себя не убежишь.
– Я знаю.
– Ты не виновата, и мы не виноваты. Так вышло. Тебе придется научиться жить с этим.
– Это все? – спросила Настя.
– Если у тебя нет ко мне вопросов…
– У меня много вопросов, – ответила она, – только, я не думаю, что получу от кого-то из вас ответы.
– Мне очень жаль, что мы напугали тебя, – с грустью произнес Маркус. – Но, я могу гарантировать, что ты получишь ответы на все интересующие тебя вопросы.
– От тебя, конечно, – усмехнулась Настя.
– От меня, или от других… Какая разница?
– Сколько тебе лет, Маркус? – спросила Настя.
– Много… да и какое это имеет значение?
– Верно, никакого, – согласилась Настя, – ладно, спасибо еще раз. Я пойду, пора…
Но она не уходила. Стояла. Ждала чего-то. И он тоже стоял. Смотрел на нее, молчал.
– Может, ты и прав, – помедлив, произнесла она, – пора встретиться. Хотя, я еще не готова. И, мне страшно.
– Это пройдет, – пообещал Маркус, – все пройдет… – Он вздохнул и снова посмотрел в небо.
В этот момент Маркус выглядел настолько нелепо в одежде, как будто с чужого плеча. В дурацком треухе, абсолютно не вяжущемся с ухоженной бородкой, в слишком новой фуфайке…
«И зачем он так вырядился? Хотел сойти за местного? Глупо…» – подумала Настя. Она вспомнила всегда элегантного Габриеля, шикарную Васанту, снобов – Кугунна и Фагара. Они даже не пытались стать такими, как все окружающие их люди. Не хотели слиться с толпой, но при этом, никто не заподозрил бы их в чужеродности. А Маркус, он был словно не от мира сего. Выходит, амриты тоже разные. Габриель что-то говорил на эту тему, да и Васанта, кажется, говорила. Настя вспомнила, как Васанту передернуло при упоминании о совете и о том, что она нарушила какие-то законы. У амритов тоже есть законы… или договоренности?