Амулет демона

Держапольский Виталий Владимирович

– Ну и приходи, кто тебе мешает?
– Толик как обычно, в своем репертуаре.
– Мне за баранкой не сидеть.

– Хрен тебе!
– жестко заявил я.
– Вы, значит, будете наливаться пивом, а я - слюни глотай? Совесть-то поимей!

– А то ты не знаешь, что я её давно пропил, - перевел все в шутку Толик.
– Значит, завтра в Находку рвем?

– Завтра, - кивнул я.

– На сколько дней из города отвалим?
– спросил Толик.

– Для начала - дня на два, на три... А там, как пойдет.

– Еще кого с собой возьмем?
– спросил Толян.
– Игореху, например. Он Находкинский - враз подъедет.

– Не забывай, он работает, наверное... Мы ж не на выходные собираемся,

а завтра.

– Во, - вспомнил Толик, - а ты начальству звякнул, что мы сами-то на работу и не собираемся в ближайшее время?

– Вот, башка!
– Я звонко хлопнул себя ладонью по лбу.
– Совсем забыл!

– Так давай, звони, - поторопил меня Толик.
– А то наш босс разволнуется, бедолага... Мы ж с тобой, Вован, незаменимые работники!

– Ага, как же!
– хмыкнул я, но номер директора все же набрал.
– Дмитрий Михайлович, день добрый!
– произнес я, когда босс снял трубку.
– Да-да, ты уж извини... Но тут такое дело... Да-да, не можем выйти... Пока запары нет, нам бы еще пару-тройку выходных... Да-да, те самые отгулы, мы же их с Толяном и не отгуляли... Заметано. Спасибо, Михалыч! В понедельник... Да, счастливо!

– Ну? Как я понял, Михалыч сильно не буксовал?
– осведомился Толик.

– Не-а, настроение, видать, хорошее - до понедельника разрешил балдеть!

– В общем-то, неплохой он мужик, - произнес мой приятель, - жаль будет увольняться. Хотя зарплата - дрянь, крохи...

– Так, с работой разобрались, - подвел я итог, - сегодня нам надо хавчиком затариться, машину перегнать поближе к дому.

– Ага, - согласился Толик, - навьюченными до работы шпилить - ломы.

– Вот к вечеру продышусь и перегоню...

– Кто со мной в магазин?
– спросил Толик.
– В одного, что ль, топать?

– В одного. Пойдем, я за тобой дверь закрою.

В коридоре я остановил приятеля и прошептал ему на ухо, чуть слышно, чтобы не слышал Николай:

– Сам понимаешь, я его одного с амулетом оставить не могу... Скоммуниздит - где мы его потом искать будем?

– Я вот чего думаю... А давай мы его в банк на хранение сдадим, - предложил он.
– А чего, ячейку арендовать - плевое дело! Так сохраннее будет...

– Пожалуй, ты прав, - согласился я.
– Слишком ценная вещичка, чтобы дома её держать. К тому же мы сейчас на три дня свалим... А подельники этого узкоглазого мою хату и ломанут.

– Во-во!
– поддакнул Толик.
– И помашем мы своим зеленым лимонам ситцевым платочком.

– Тогда так, дуй в банк, арендуй ячейку... Паспорт есть?

– Есть.
– Толян хлопнул себя по карману, в котором, видимо, лежал документ.
– Как только арендую, брякну на сотик.
– Этому говорить будем?
– Толян кивнул в сторону кухни.

– Он и так все почувствует. Я проверил - вмиг амулет сыскал! От него хрен скроешь...

– Ну и флаг ему в руки!
– сказал Толик, выходя на лестничную площадку.
– Я позвоню, когда...

– Давай!
– сказал я ему вслед.

Часа через три Толик позвонил. Я, рассказав все без утайки Николаю, взял амулет и отправился на встречу с Толяном. Удэгеец поплелся со мной. Делать ему до завтрашнего дня было нечего. Пристроив амулет в ячейку, мы потаскались по магазинам, закупая все необходимое. Кроме еды, мы решили затариться и осветительным оборудованием: мощными переносными фонарями с аккумуляторами. Да и про запас взяли несколько емких батарей. Мало ли, а вдруг все-таки придется работать в подземелье. Лучше перебдеть, чем недобдеть! К вечеру мы подготовились к предстоящей поездке со всем прилежанием: продукты закуплены, спальник и палатки сложены в машину, которую я уже успел перегнать от работы к дому. Фонари и дополнительные батареи поставлены

на зарядку - к утру должны были дойти до кондиции. Так же в магазине мы приобрели переходники для зарядки аккумуляторов от генератора машины. Таким образом, если нам посчастливится проникнуть в подземелье - бродить в потемках не будем. Домой Толян решил не возвращаться - остался на ночь у меня. Я лег на кровать, а Николай с Толиком улеглись на полу, раскидав на паласе спальники. Ранним утром по звонку будильника мы встали, слегка перекусили и, загрузившись в машину, отправились на поиски могилы последнего монгольского Великого Хана. Пока я рулил, мои попутчики бессовестно дрыхли, развалившись на мягких креслах автомобиля. Ну, ничего, я уже привык к подобной ситуации - быстрая езда по безлюдной утренней трассе приносила мне лишь удовольствие. Компаньоны мои начали "приходить в сознание" где-то после Большого Камня. Позевывая, они достали бутерброды, термос с горячим чаем и принялись хомячить. Минут через двадцать мне надоело терпеть подобное безобразие - я остановил машину и присоединился к празднику живота. Набив брюхо, я с удовольствием покурил и, как говорят в наших доблестных вооруженных силах, оправился. После этого вновь занял место за рулем. Не доезжая до Находки, мы повернули к пирамидам. Когда на горизонте показалась островерхая вершина Сестры, я, снизив скорость, остановился на обочине. Эта величественная картина сакральных Золотых Врат, правда со слегка подпорченной вершиной Брата, была достойна запечатления на мой цифровик. От покрытых туманом подножий древних рифов, возвышающихся над уровнем моря метров на триста, поневоле захватывало дух. Если эти штуковины действительно рукотворные, как утверждал старый шаман, то это настоящее чудо света. Представляю, как действовали на людей прошлого эти монументальные горы. Недаром им поклонялись во все времена, воздвигая кумирни у их подножий. Сквозь проплешины тумана пускала солнечные блики водяная гладь Сучана.

– Слушай, Николай, - спросил я нашего попутчика-удэгейца, - а я про эти места еще одну легенду слышал.

– Какую?
– отозвался Николай, не отрывая взгляда от развернувшейся перед нами картины.

– Говорят, что здесь же находился храм Золотой Богини, - ответил я.
– Этот храм существовал еще во времена Бохай, и чжурчжэням достался по наследству. Простоял он здесь несколько столетий, и был особо почитаем местными аборигенами. По легенде любой, дерзнувший посягнуть на золотую статую богини, умирал страшной смертью. Во время нашествия монголов извание богини бесследно исчезло. Как гласит предание, главный военачальник Империи Нахатэ спрятал святыню в пещере, чтобы она не досталась врагу. А вместо нее вывез позолоченную деревянную копию.

– Я слышал эту легенду, - ответил удэгеец.
– Золотая Богиня - символ Матери-Земли, Прародительницы и Защитницы Мира. Может быть, дед что-нибудь и знает на этот счет. Но я не спрашивал...

– Еще я читал, что на вершине горы Брат исследователем Буссе73 были найдены интересные каменные ящики, а у подножия Сестры есть остатки поселения. Да, много интересных тайн еще хранит наша земля, - подытожил я.
– И если мы разберемся хотя бы с одной...

– То нам "зачёт"!
– напыщенно заявил Толик.

Насладившись красотами пейзажа, мы продолжили движение. Перебравшись через мост на левый берег реки Партизанской, мы свернули с асфальта на проселочную дорогу, ведущую к подножию Брата. На наше счастье, дорога была сносной, и нам без приключений удалось добраться до искомого места. Потратив некоторое время на обустройство лагеря - как-никак, нам предстояло провести здесь несколько дней, мы занялись тем, для чего собственно и забрались в эти места - поиском потерянной могилы Хубилая.