Амулет Самарканда
Шрифт:
— Готовься! Я иду за тобой!
И голос стих. Призрачная голова Андервуда по спирали ушла в пол. Натаниэль дрожащей рукой поднял диск и взглянул в него. Через несколько секунд изображение кабинета затуманилось — это дух волшебника прошёл сквозь беса. Затем дух проплыл над ковром туда, где стояло тело. Подобравшись вплотную, дух принял ту же самую позу, и они с телом слились. Ещё мгновение спустя Андервуд сделался прежним, а во втором круге появился призрак. Андервуд, хлопнув в ладоши, отпустил джинна. Тот поклонился
Заклинание, связывавшее беса, развеялось, и в диске вновь возникла младенческая физиономия. Бес облегченно перевел дух.
— Ох! Ты себе не представляешь, насколько же это паршиво! — выпалил он. — Чтобы этот кошмарный старикашка проходил прямо сквозь меня и по моей нити!.. Как вспомню, так меня всего трясет, вот право слово!
— Заткнись! Заткнись! — Натаниэль, обезумев от страха, пытался что-нибудь придумать.
— Слушай, окажи мне услугу, а? — сказал бес. — У тебя осталось не так уж много времени. Не мог бы ты освободить меня сейчас, пока ты ещё не умер? Жизнь в этом диске — такая тоска! Ты даже не представляешь, до чего же в нем одиноко. Ну давай, босс. Я буду тебе чрезвычайно признателен.
Младенец попытался обворожительно улыбнуться, но Натаниэль с размаху запустил диском в стену.
— Ай! Ну ладно, желаю тебе сполна насладиться тем, что тебя ждёт!
Натаниэль подбежал к двери и принялся отчаянно дёргать дверную ручку. Снизу уже слышались быстрые шаги наставника.
— Он на самом деле зол, — подал голос бес. — Даже его астральная составляющая чуть не угробила мою сущность, когда проходила через меня. Жалко, что я лежу лицом в пол — с удовольствием бы полюбовался, что будет твориться, когда он сюда доберется.
Натаниэль кинулся к платяному шкафу и рванул его на себя. Он хотел подпереть шкафом дверь, но тот был слишком тяжел. Натаниэлю не хватило сил. Дыхание его сделалось судорожным и прерывистым.
— А в чем дело? — поинтересовался бес. — Ты же теперь крутой волшебник. Вызови кого-нибудь и вели ему спасти твою шкуру. Например, африта — это работенка как раз для него. Или твоего драгоценного Бартимеуса, о котором ты так заботишься. Почему его нет рядом, когда ты так в нем нуждаешься?
Натаниэль сдавленно всхлипнул, побрел, спотыкаясь, на середину комнаты и медленно повернулся лицом к двери.
— Что, тошно? — В голосе беса звучало глубочайшее удовлетворение. — Противно находиться в чьей-то власти? Теперь ты знаешь, каково это. Как аукнется, так и откликнется, малый. Никто тебе не поможет.
Тут кто-то постучал в окошко в крыше.
У Натаниэля на миг перестало биться сердце. Он поднял взгляд. Рядом со стеклом сидел взъерошенный голубь и бурно жестикулировал обоими крыльями сразу. Натаниэль нерешительно шагнул к окну.
— Бартимеус — это ты?
Голубь несколько раз
Послышался щелчок замка. Дверь с грохотом растворилась. На пороге стоял Андервуд; красное от натуги лицо обрамляла белая грива волос и бороды. Натаниэль быстро опустил руку и повернулся к наставнику. Голубь исчез из окна.
Андервуду потребовалось несколько мгновений, чтобы перевести дух.
— Паршивец! Кто тобою руководит? Который из моих врагов?
Натаниэля трясло, но он заставил себя стоять неподвижно и не отводить взгляда.
— Никто, сэр.
— Дюваль? Мортенсен? Лавлейс? — Заслышав последнее имя, Натаниэль не сдержал кривой ухмылки.
— Нет, сэр, не они.
— Кто научил тебя, как сделать зеркало? Кто подговорил тебя шпионить за мной?
Невзирая на страх, в душе у Натаниэля разгорелся гнев.
— Вы что, не слышите? Я же уже сказал — никто!
— Ты продолжаешь лгать даже сейчас! Что ж, отлично! Посмотри на эту комнату в последний раз. Ты никогда больше сюда не вернешься. Мы сейчас пойдём ко мне в кабинет, и там ты будешь наслаждаться обществом моих бесов до тех пор, пока не станешь поразговорчивее. А ну, марш!
Натаниэль попытался помедлить, но это ему не помогло. Рука наставника сжала его плечо, словно тисками, и Натаниэль полетел сквозь дверной проем, вниз по лестнице.
На первой площадке их встретила запыхавшаяся миссис Андервуд. Когда она увидела беспомощное положение Натаниэля и разъярённое лицо своего мужа, глаза её расширились, но она ничего не сказала по этому поводу.
— Артур, — с трудом выдохнула она, — к тебе посетитель.
— Мне некогда. Этот мальчишка…
— Он говорит, что у него дело величайшей важности.
— Кто? Кто говорит?
— Саймон Лавлейс. Он буквально вломился в дом.
Андервуд насупился.
— Лавлейс? — недовольно проворчал он. — А ему чего тут надо? Очень на него похоже — появляться в самый неподходящий момент. Ладно, сейчас подойду. А ну прекрати выворачиваться! — Последние слова относились к Натаниэлю. Мальчик несколько раз судорожно дернулся, пытаясь вырваться их хватки волшебника. — Ты будешь сидеть в чулане, пока я не решу, что с тобой делать!
— Сэр…
— Молчать! — Андервуд поволок Натаниэля через лестничную площадку. — Марта, приготовь чай для нашего гостя. Я подойду через несколько минут. Мне нужно привести себя в порядок.
— Хорошо, Артур.
— Сэр! Пожалуйста, выслушайте меня! Это важно! В кабинете…
— Тихо!
Андервуд распахнул узкую дверь и втолкнул Натаниэля в маленькую холодную комнату, заполненную старыми папками и стопками правительственных документов. А потом, даже не взглянув на Натаниэля, захлопнул и запер дверь. Натаниэль лихорадочно замолотил по деревянной двери.