Амулет Самарканда

Страуд Джонатан

Натаниэль постучал по диску.

— Что он говорит?

Голос беса включился с середины фразы. Звук немного запаздывал по сравнению с шевелением губ Андервуда, но Натаниэль видел, что бес всё передает верно.

— …вы говорите?! Все трое бежали? Десятки жертв? Неслыханно! Уайтвелл и Дюваль должны за это ответить! Да, Грегори, я вне себя! Это серьёзнейший удар по моему расследованию. Я намеревался сам допросить этого демона. Да, я. Потому что я уверен, что он связан с кражами артефактов… и с увеличением числа этих краж в последнее время. Всем известно, что наилучшие экземпляры хранятся у Пинна. Демон явно намеревался похитить их… Да, да, это значит, что в деле замешан

какой-то волшебник… Да, я понимаю, что это невероятно… И всё равно, это была моя лучшая ниточка… а если говорить правду, то и вовсе единственная. А чего можно ожидать с нашим-то финансированием? Удалось установить, кто это был? Что, совсем? Да, вот это будет оплеуха для Джессики! Хоть что-то хорошее во всей этой прискорбной истории… Да. Думаю, да. И кстати, Грегори, пока вспомнилось — мне хотелось посоветоваться с тобой по одному личному вопросу…

Тут комментарии беса стихли, хотя Андервуд продолжал говорить, почти вплотную прижав трубку к губам. Натаниэль как следует встряхнул диск, и в нем появилась физиономия беса.

— Эй, ты чего?!

— Звук! Где звук?!

— Он же говорит шёпотом! Я ничегошеньки не слышу. А подбираться ближе опасно.

— Я хочу это слышать!

— Босс, но ты же знаешь о безопасном пределе. Волшебники часто устанавливают оградительные датчики. Ты же понимаешь, даже этот тип…

У Натаниэля от напряжения заболели мышцы лица. Ему было не до соображений безопасности.

— Я сказал — передавай! И не заставляй меня повторять это дважды!

Бес не ответил. В зеркале появилось лицо Андервуда — крупным планом, так, что оно почти заполнило центр диска. На переднем плане красовались торчащие из ноздрей клочковатые волосы, в цвете и объеме. Волшебник кивал.

— Да, согласен. Думаю, я и вправду должен чувствовать себя польщённым… Да, если взглянуть на дело с этой стороны, мальчик и вправду являет собою наглядный результат тех тяжких трудов, которые я в него вложил. Теперь мой старый наставник…

Андервуд не договорил. Он скривился и передернулся, словно от прикосновения чего-то холодного.

— …Прошу прощения, Грегори. Я просто почувствовал…

Волшебник сощурился; Натаниэль увидел, как знакомые брови сошлись к переносице. И тут изображенная в диске картина внезапно расширилась, как будто бес поспешно отскочил в другой угол кабинета. Андервуд громко произнёс какое-то слово. Бес попытался повторить это слово, но его голос словно отрезало — как будто выключили радио. Изображение осталось, но как-то странно задрожало.

— В чем дело, бес?

Голос Натаниэля дал петуха. Ответа не последовало.

— Я приказываю тебе покинуть кабинет и вернуться ко мне.

Ответа не последовало.

Изображение в диске трудно было назвать успокаивающим. Несмотря на то что картинка теперь дрожала, Натаниэль видел, как Андервуд положил трубку телефона, потом медленно поднялся и обошел вокруг стола. Взгляд его перемещался по комнате, как будто преследовал кого-то, и взгляд этот был цепким и недобрым. Изображение дрожало всё сильнее. Похоже, бес изо всех сил старался вырваться и удрать, но у него ничего не получалось. Охваченный паникой Натаниэль нанёс по диску несколько отчаянных Ударов — но тщетно. Бес застыл, не в силах шевельнуться или вымолвить хоть слово.

Андервуд отошёл к шкафу, стоявшему у дальней стены, покопался в нем и вернулся обратно с металлическим цилиндром в руках. Волшебник встряхнул цилиндр. Из четырёх небольших отверстий в верхней части цилиндра посыпался белый порошок; вскоре он заполнил всю комнату. Как бы там ни действовал этот порошок, эффект был мгновенным. Андервуд вздрогнул

и посмотрел вверх — прямо на Натаниэля, как будто диск превратился в окно и волшебник смотрел сквозь него. На миг мальчику почудилось, будто наставник и вправду видит его, но потом он понял, что тот просто обнаружил висящего беса.

Скованный ужасом, Натаниэль смотрел, как его наставник наклонился и потянул за ленту, пришитую к ковру. Большой прямоугольник свернулся и откатился в сторону. Под ковром обнаружилось два нарисованных пентакля. Волшебник вошёл в меньший из них, ни на миг не сводя взгляда с застывшего беса. Андервуд начал говорить, и несколько мгновений спустя в большем круге появилась высокая туманная фигура. Андервуд что-то приказал. Призрак поклонился и исчез. К изумлению Натаниэля, тело Андервуда как будто замерцало и скользнуло в сторону. Наставник Натаниэля по-прежнему стоял в пентакле, но теперь рядом с ним стояла ещё одна его версия, призрачная и полупрозрачная. Призрачная версия, оттолкнувшись, поднялась в воздух и поплыла вперёд — прямо к беспомощному бесу, по-прежнему передававшему на диск изображение кабинета. Натаниэль, выкрикивая команды, принялся яростно трясти диск, но ничего не помогало: ему не удалось остановить медленно приближающегося наставника. Ближе, ближе… Призрачные брови были насуплены, сверкающие глаза неотрывно смотрели на беса. Теперь призрак Андервуда заполнял собою весь диск. Казалось, будто он вот-вот пройдет сквозь зеркало… Потом призрак исчез, и в диске видно было лишь физическое тело Андервуда, недвижно стоящее посреди пентакля.

Несмотря на терзающий его страх, Натаниэль прекрасно понял, что происходит. Обнаружив соглядатая и заморозив его, Андервуд решил пройти по астральной нити беса к источнику, дабы опознать враждебно настроенного волшебника. Подобные источники могли находиться во многих милях от объекта наблюдения. Возможно, наставник рассчитывает на длительное путешествие в астральном теле, управляемом джинном. Если это и вправду так, его ожидает сюрприз.

Лишь с запозданием Натаниэль сообразил, как ему следует поступить. Окно! Если выбросить диск на улицу, может, наставник не догадается…

Он успел сделать два шага по направлению к окну, когда сквозь доски пола беззвучно начала подниматься полупрозрачная голова Артура Андервуда. Голова светилась зеленоватым фосфоресцирующим светом. Вот из пола показался кончик встрепанной бороды… Голова томительно медленно повернулась на девяносто градусов — и наконец увидела Натаниэля, что стоял над ней, по-прежнему сжимая в руках бронзовый диск.

Тут на лице волшебника появилось такое выражение, которого Натаниэль ни разу ещё не видел. Это не было нетерпеливое презрение, столь долго характеризовавшее Андервуда как наставника. Это даже не была ярость, которую он выказал сегодня утром, разоблачив Натаниэля. Нет. Сперва на лице Андервуда проступило потрясение — а потом оно сменилось такой злобой, что у Натаниэля подогнулись колени. Диск выпал у него из рук. Натаниэль обессиленно сполз по стене. Он попытался заговорить, но не смог произнести ни слова.

Призрачная голова смотрела на него с середины комнаты. Натаниэль смотрел на неё. А потом из перевернутого диска донесся приглушенный, очень отдаленный — наверное, потому, что издавало его физическое тело, находящееся сейчас в кабинете, — голос Андервуда:

— Предатель!..

Натаниэль открыл рот, но с губ его слетел лишь сдавленный хрип. Голос послышался снова.

— Предатель! Ты предал меня. Я выясню, кто подучил тебя шпионить за мной!

— Никто… Никто меня… — Натаниэля хватило лишь на едва слышный шёпот.