Analyste
Шрифт:
— Да, конечно, извините за отсутствие таблички: таковы были инструкции, — начал было расшаркиваться наш герой.
В этот момент зазвонил мобильный телефон, и Аналитику пришлось извиниться с лицом, пунцовым от этого дополнительного неудобства, доставленного дорогим гостям. Он покраснел еще больше под понимающим все взглядом бритого блондина, когда на другом конце линии послышался ласковый голос Лены:
— Если бы я не поняла сразу, что из тебя такой же дамский угодник, как из меня — монахиня, я бы обиделась, что ты, мерзкий мужлан, еще не позвонил мне и не умолял о хотя бы коротком свидании!
— Posso telefonar
— Мой ты хороший! — засмеялась в телефон Лена. — Не упади там в обморок перед начальством!
«Умничка!.. А откуда она знает про начальство?» — хватило сил и времени удивиться Аналитику.
— Извините еще раз — ангольский клиент! — соврал он вслух.
— Ничего, — кратко ответил молодой полковник, — давайте покинем это сооружение, пока оно не упало на нас.
В плавящемся от солнца автомобиле разговор был ни о чем: о погоде, о последних новостях из России (как всегда, либо просто плохих, либо неубедительно хороших), о том, как идут дела в «Aero Europa», и лишь вкратце — о гибели Майора и Капитана. Все трое собеседников тяготились пребыванием в теоретически «зараженной» подслушивающими устройствами машине. По приезде в офис блондин с брюнетом с уважением осмотрели «египетскую» систему защиты, устроенную Майором, изолированную комнату с секретной аппаратурой и арсенал. Брюнет с благоговением взял в руки «МГ» с волочащейся по полу лентой.
— Наверное, трудно найти боеприпасы?
Аналитик, не имевший понятия, где его погибшие товарищи доставали патроны к немецкому пулемету, все же невнятно кивнул. В отличие от большинства военных он был равнодушен не только к водке, но и к оружию, охоте и футболу и с течением лет научился скрывать неподобающее настоящему мужику отсутствие этих страстей.
— А запасные стволы тоже проблема? При такой-то жаре даже крупповская сталь должна быстро изнашиваться, — не унимался Брюнет.
«Какие стволы? — с досадой подумал Аналитик. — Чего он привязался? Я ему что, конструктор Калашников?»
— Я предлагаю перейти к обсуждению последних подробностей, — твердо заявил Полковник, вмиг уняв боевой восторг, обуявший его викинга-подчиненного.
Сразу стало понятно, кто хозяин ячейки, и Аналитику полегчало. Он взял в руку запотевший бокал с местной сомнительной, но хорошо охлажденной кока-колой, отхлебнул и приступил к докладу.
Как и следовало ожидать, когда в своем отчете он перешел к утренней беседе с Детективом и его небесно-божественной теории гибели двух высококвалифицированных офицеров ГРУ, лица вновь прибывших едва заметно изменили свое в общем-то доброжелательное выражение. Скорее всего они попытались скрыть охватившие их сомнения в отношении нормальности как создателя теории, так и самого докладчика. Они наверняка одновременно подумали: «Вот это попали!» Должно быть, симпатичный новый начальник мысленно уже приговорил Аналитика к отправке на Родину, в спокойное и изолированное учреждение где-нибудь в сосновом бору и с примыкающим аккуратным кладбищем с пронумерованными могилками. «Наверное, отправят сопровождать тела павших, встретят уже со смирительной рубашкой и шприцем с наркотиками. Может, сдаться американцам?» — пораженчески подумал Аналитик.
Однако, когда он перешел
— Молодой человек, давайте забудем об ангелах и чертях! В нашей организации, как вы и сами хорошо знаете, служат лишь убежденные материалисты. Ангелы и черти — это проблема медиков, обслуживающих пострадавших от белой горячки пролетариев.
— Товарищ полковник, — заныл. Аналитик, — да я и сам никогда бы в жизни!.. Но а как же тогда объяснить? Ведь кровь-то нетленная и, зараза, лечит, как мощи в Лавре! Кто же он, этот незнакомец?
— Мутант, — твердо ответил Полкозник. — Генетический урод. Голем. Франкенштейн. Помните, которого сотворил еврейский колдун в Праге еще в пятнадцатом веке? Не забывайте, где мы находимся сейчас. Вы, конечно, слышали об огромном разломе в земной коре, находящемся в Намибии?
— Да, — неуверенно отвечал Аналитик, — по-моему, даже есть теория, что именно здесь из-за высокой естественной радиации от обезьян и произошли первые люди.
— Вот именно! «Намибийская Ева»! — поддакнул шеф. — И СПИД где-то неподалеку появился.
— А как же перо? — несмело вспомнил Аналитик. — Зачем мутанту перья?
— А перо он своей биоэнергией зарядил, — встрял красавчик-брюнет, — может, оно у него из волос торчало!
— Или из задницы! — хмуро поддержал Полковник.
— А Капитан и Майор, убитые из лазерной пушки?
— В нашей организации накоплен большой материал по медиумам. Там, дорогой мой, и не такое увидишь: некоторые и города жгли — это вам не дыры в нетрезвых оперативниках без бронежилетов делать, — веско ответил новый шеф.
Аналитик озадаченно замолчал, подавленный авторитетом говорившего и весом приведенных аргументов.
— В общем, так, — начал подводить логический итог Полковник, — вы проделали неплохую работу, учитывая обстоятельства, ваш возраст и квалификацию. Не обижайтесь, вы все же не оканчивали академию ГРУ. Собранная информация является чрезвычайно интересной и может потенциально иметь высокую научную, военную и коммерческую ценность для нашей страны. Все это напрямую попадает в круг интересов и обязанностей организации, которую мы здесь представляем. Наша главная задача добывать научные открытия и технологии. Я не согласен с выводами вашего знакомого Детектива: наш «ангел» скорее всего не придет за глазами, зачем они ему нужны? Разве что для ритуальных целей. Равно как и желтые алмазы. Наш главный приоритет на сегодняшний вечер — попытаться добраться до образцов крови и желательно до пера, пока это не сделали конкуренты.
— КГБ?
— Нет, — пренебрежительно ответил полковник, — чекисты попробовали сунуться и отшить нас, но, слава Богу, наверху по-прежнему знают, кто дело делает, а кто доклады пишет. Я имел в виду ЦРУ. Уже несколько месяцев назад информация об охоте за желтыми алмазами попала из Интерпола ко всем заинтересованным организациям. У этой категории драгоценных камней — то есть желтых алмазов — есть один не совсем ювелирный аспект, делающий все происходящее вокруг них особенно важным.