Андервуд. Том 1
Шрифт:
Но даже с такой регенерацией всё слишком сложно — в настоящем бою никто не будет ждать твоего восстановления и просто прикончит на месте. Потерять дееспособность руки или ноги даже на короткий промежуток времени равно умереть.
— Ну, что готов? — спросил его Адам, когда они прошли в пустой тренировочный зал и взяли по деревянному мечу.
— Ага, — он не сомневался, что в искусстве фехтования красный плащ превосходит его на десять голов, но просто так сдаваться означало потерять к себе уважение.
Всё же это тренировочный бой и у
Ник осознавал — затяжной бой ему не по зубам. Не до конца восстановленной правой рукой он сжал покрепче меч и спокойно пошёл вперёд. Наглый Мясник даже для понту засунул левую руку в карман, а правой лениво покручивал финты.
Без лишней суеты Ник замахнулся и сделал самый обычный колхозный удар сверху. В глазах Адама мелькнула скука, и он нехотя поднял руку для блока. Только вот оба меча в секунду разлетелись в щепки от чудовищного удара недооценённого противника.
Всё произошло так быстро, что даже прославленной реакции бывалого воина не хватило подстроиться под ситуацию. Дальше Ник выпустил из руки ненужный кусок деревяшки и, пока Мясник не отпрыгнул, прописал ему удар под дых. Не такой, что пробьёт ему туловище насмерть, но болезненно отрезвляющий.
Рука снова хрустнула, а тело воина начало заваливаться на колени. Воздух моментально вышел из лёгких Адама. Ник схватил его за грудки, тряхнул, чтобы посмотреть в глаза, а потом взял на Одессу. Проще говоря, без замаха коротко ударил лбом в и так поломанный нос.
Сил он немного не рассчитал, и красный плащ отлетел назад и рухнул, распластав руки при этом смачно ударившись затылком. Нику тоже досталось — гудело в области лба, но в целом терпимо.
Адам так подозрительно не двигался, что Ник испугался, не прибил ли часом идиота? Подойдя к телу, нагнулся и проверил пульс на шее. Живой.
Ник не стал дожидаться, пока Мясник очнётся и покинул помещение. Пусть полежит, подумает над своим поведением. Главное — он не спалил способность к сопротивлению магии. А то, что сильный это как-то проще воспримут.
— Что у тебя со лбом? — спросил вышедший из кабинета Ганс, на его лице читалась улыбка, похоже, всё прошло как надо.
— Да так, удар один отрабатывал, забей. Ну что там, всё нормально?
— А то! Похвалил за работу, сказал молодцы и что, жалко Саймона не привели. Оказывается, он знаком был с моим дедом…
— Значит, у нас не будет никаких проблем? — перебил его Ник, головная боль потихоньку ушла — лишь бы сотрясения не было.
— Не-а, можно идти домой, — и по пути он пересказал каждую деталь беседы.
Из наиболее важных фактов: Сомс нормальный мужик и ценит, прежде всего, боевые заслуги своих подчинённых. Старой закалки, ему лет под шестьдесят, но за собой дед следил, чего не скажешь о военных чиновниках его возраста.
— Я и за тебя замолвил словечко —
А вот это уже интересный вариант. В войска абы кого не брали. Да было пушечное мясо вроде Крайних, но даже среди них ценились профессионалы и таких берегли. Для беспризорника военная карьера — верх мечтаний, так что этот вариант он для себя не отметал, хоть и положил глаз на Академию душ.
Вдруг не возьмут? Тогда прямая дорога в войска. К тому же и там можно будет набрать будущую команду для экспедиции наверх. Крепкие ребята ему пригодятся. Но сейчас всё, что он хотел — это поесть и поспать.
Придя домой, Ник снова израсходовал немного мази и перевязал руку. Кира всё рассматривала его поседевшую шевелюру и неодобрительно качала головой. У них с девушкой всегда были очень хорошие отношения — всё же она была подругой Шмидта. По мере сил он заботился о них обоих. Только вот за одним недоглядел.
Часы он каждый раз снимал и клал на тумбочку. Думать о плохом не хотелось, да и усталость сказывалась, так что он просто завалился набок, закрыл глаза и практически мгновенно заснул.
Утром после завтрака и тренировки, Ник заперся у себя в комнате и достал писчие принадлежности: ломкий кусок графита и плохого качества бумагу — купил их для своих нужд. Несмотря на большое количество времени, проведённого без умственной деятельности, в нём зудел пыл инженера-изобретателя.
Раньше не было возможности как-то себя реализовать, да и, если честно, постоянное состояние депрессии напрочь отбивало желание трудиться сверх необходимого. Его единственной задачей было выжить, а значит, нужно лишь поддерживать тело в достойной физической форме, хорошо есть и спать.
Следующие три часа он рисовал и делал записи. Руки не привыкли писать, поэтому шло тяжело.
Временами он отвлекался, например, чтобы создать себе линейку. В конечном итоге Ник был доволен результатом. Перед ним лежал чертёж нового оружия. Оставалось только состыковаться с толковым кузнецом и сделать заказ.
Это был прототип массивных кастетов для боя с крупногабаритными монстрами. Ник пока не знал, какой вариант расположения лезвий будет удобным, потому собирался сначала затестить вещицу, а уже потом думать над артефакторикой.
— Отнесите эти шкуры Гэзилу, скажите от меня, — зевнул Саймон, валяясь на диване, словно Илья Ильич в халатике и мягких тапочках, — деньги поделим на троих.
Ого. Они переглянулись с Гансом, уже полностью готовые выдвигаться. Что это на старика нашло? Тот заметил пикировку глазами и заорал.
— Валите уже на хер или я передумаю, получите свою четверть! И капусты мне купите, этот предатель сожрал весь огород.
Он имел в виду Принца, который за ночь умудрился уничтожить поспевающий урожай. Кира его, конечно же, отругала, но овощи этим не вернёшь. Если бы не самоотверженность разноцветного варана в недавних событиях, то ребята сдавали бы не только шкуры жабы.