Андервуд. Том 1
Шрифт:
Он ступил в воду и быстро промыл раны, морщась от холода. Повреждённые части тела щипали. После этого он взял в руки самородок емировой руды и поочерёдно прислонял к пораненным местам.
Туда тут же устремлялись восстанавливаемые на ходу кровеносные сосуды, лоскуты кожи и срастающееся мясо. Меньше минуты и на месте раны оставался только белый след — пигментация восстановится позже, а так даже шрамов нет.
С каждым использованием камня тот постепенно таял в руке, словно мыло под струёй воды, и капал зелёной пыльцой на землю,
Вот только никто в Андервуде не стал бы так лечить больных. Слишком расточительно и Ник это понимал. К сожалению, выбора у него не было. Он не лекарь с магической лабораторией и широчайшим гербарием из целебных растений — ему банально нечего усиливать. Нужна чистая исцеляющая энергия.
Через несколько минут он был как новенький и шустро одевался, с досадой сетуя, что теперь в герметичный костюм будет попадать влага. Приведя себя в порядок и даже смыв с одежды остатки драконьей крови, Ник задумался. Ему ведь ещё и назад топать, а этот путь не близок.
Когда шёл сюда, у него был какой-никакой собранный наспех запас еды, а сейчас он точно знал, что по пути оазисов не будет. Камень истрачен больше чем наполовину. Тяжело вздохнув, он плюнул на всё и пошёл краем озера подальше от того места, где распугал всю рыбу.
Удочки не было, но имелось кое-что получше. Намного круче всяких червячков или любой другой наживки. А именно прославленный камень жизни. Стоило ему аккуратно опустить его в воду, как туда тут же хлынули озёрные обитатели.
Руда излучала потоки живительной силы, и все хотели прикоснуться к ней.
Ник выбрасывал на берег белых раков, чтобы они не мешались, и искал рыбу покрупнее. Наконец, ему такая попалась, и уловками он выманил её на берег. Поразительно, как живность теряла разум при виде емировой руды.
Топорщащийся длинный гребешок плавника на всю верхнюю часть тела намекал, что это был ёрш. Без разницы. Вся речная рыба костлявая, так что страдать так страдать. Размерами он был сантиметров тридцать пять в длину. Отличная добыча.
Разделывать сразу не стал. Оттащил подальше от берега и прижал коленом к земле, а руку с зажатым камнем жизни прислонил к жабрам. Снова посыпалась зелёная пыльца, и рыба стала увеличиваться в размерах, постепенно наращивая мышцы и кости.
Из вполне стандартной она превращалась в рыболовное чудо, за которое рыбаки как шпагами сражались бы на удочках, чтобы только сфотографироваться рядом. Больше метра в длину. Хватит. Камня почти не осталось. Так, обмылок. Но всё равно можно продать.
Ник подбросил его в ладони и прикинул, что на отсрочку Глоку в самый раз. А вот в первозданном виде закрыл бы весь долг.
Парочкой ударов меча он снёс рыбе голову и подождал, пока тело перестанет трепыхаться. Внутренности оставил возле берега, а вот мясо уже принялся нарезать кусками. Голод победил, и он не стал разводить костра. Набил
Место оказалось злачным. Мысли пришли в порядок, и Ник задумался. Может, всё-таки стоит пойти и ещё накопать чудо-руды? Та кошка испугалась чего-то. Так как он всё ещё жив, вариант с другим хищником отметался.
Желание поправить своё бедственное положение и чувство самосохранения боролись между собой и, наконец, победила сила бабла. Ему очень нужны были деньги. Что толку возвращаться пустым?
Далее он поступил так — вывернул свой плащ наизнанку, промыл его и накидал внутрь рубленого мяса ерша. Срезал только сочные куски со спины. Набил этот мешок настолько, чтобы не затруднял в походе.
Затем кинул внутрь остаток камня — это позволит рыбе долго не протухать. Емирова руда использовалась в походах, как своеобразный консервант. Мясо не гнило и сохраняло свежесть. Ну а сам камешек испарялся медленно. Главное — не сжимать его сильно рукой, иначе запуститься процесс использования.
Не все звери могли его активировать, лишь чудовища враждебные человеку. Те, чьи души маги поглощали для своего усиления.
Ник отрубил рыбе хвост и затем завязал мешок с запасами мяса. Его надо было куда-то спрятать. В общем, он не нашёл ничего лучше, как залезть на дерево и подвесить груз. Затем вернулся, взял меч, огромный хвост и пошёл в сторону леса. Туда, где выкопал руду.
Сказать, что у него тряслись все поджилки — ничего не сказать. Инстинкты вопили ему бежать отсюда, но упрямая человеческая воля ломала свои же установки и заставляла передвигать ноги.
Шаг за шагом и вот он уже идёт по старому следу. Ник бросал взгляды на стволы деревьев, ища те, что поцарапаны и, наконец, увидел. Кошачий альбинос пялился на него красными глазами сверху.
Понимая, что он совсем поехал кукухой, Ник сглотнул и произнёс тихо.
— Кис-кис.
Глава 3
Долг
Положив хвост возле дерева, Ник отбежал шагов на тридцать и увидел, как кошка грациозно спрыгнула с большой высоты и подошла понюхать подношение. Затем они снова встретились взглядом. Долго смотрели друг на друга и та, видимо, сказав про себя — живи, чёртов кожаный мешок, и схватила добычу в зубы. Ещё секунда и хищница скрылась в кустах, шурша где-то далеко впереди.
«Пронесло», — смахнув пот со лба, подумал Ник и на ватных ногах пошёл обратно к огромному дереву. Ещё предстояла долгая копка. Лишь бы новых соседей не появилось.
Он упал на колени, принялся рыть и нервно прислушиваться, но, кажется, всё было в порядке и вскоре он впал в тот самый азарт золотоискателя.
«Никогда не думал, что это настолько подстёгивает нервы», — удивлялся он сам себе и раз за разом отбрасывал землю за спину. Ник прошёлся с двух сторон и достал лишь пару маленьких камешков, размером с детский пальчик.