Андервуд. Том 2
Шрифт:
Ник всё ещё был в шоке от увиденного, но согласно кивнул.
— Думаю, мы сработаемся. Выбери время — я приду сюда, когда позовёшь, а теперь прости. С девкой разберёшься? — сказал он, обернувшись, когда уже почти вышел из здания.
Кефрис кивнул. Ганс передал ему Алексу и на ходу вытер лицо, раздобытым где-то полотенцем. Скорее всего, взял из церковной утвари. Протянул Нику чистое, но тот думал лишь о дочке и с удивлением посмотрел на тряпку, когда они уже седлали Принца.
Вытершись и ополоснувшись водой, оба сели на варана и покинули границы
Как такое может быть? Сначала жена, теперь дочка. В этом мире будут аватары всех его знакомых? Но пока что он встретил только семейных, самых близких. Значит ли это, что тут живут его настоящие отец и мать? Хотя…
Если дочка богиня, а жена молодая, это говорит об одном — здесь всё настолько перемешано, что параллельным миром ни фига не пахнет. Мать с отцом могли родиться здесь, умереть тысячу лет назад, и он никогда об этом не узнает. В любом случае поискать имеет смысл. Только вспомнит ли он обличья родителей?
Странное дело, Ник был знаком с каждой мелочью во внешности жены и дочери, но вот за много лет образы тех, кто его родил и воспитал, растаяли. Нет, он помнил ту нежность и заботу, что они ему дарили, а также собственные эмоции, но сомневался в способности нарисовать портреты. Чёрт.
А он их любил не меньше…
«Надо признать, что факт их наличия здесь под огромным вопросом. Ведь они ушли намного раньше него из прошлого мира…»
Дочь-богиня. Первое, что ему пришло на ум, когда это осознал: как с ней связаться? Что сделать? Если нужно кого-то грохнуть, достичь непреодолимой высоты, стать самым верующим фанатиком и так далее — он всё сделает. Даже если она аватар.
«Наружу, — эхом раздались в голове собственные мысли, — нужно выйти наружу. Тогда она обратит на меня внимание и выйдет на контакт».
Ник сомневался, что существовали другие способы для смертного возвыситься до общества богини. По легендам мать Земля влияла на этот мир опосредовано, никогда не спускалась с небес или откуда-то там. Да и, по сути, этот мир — её утроба, как сказал Кефрис. То есть, они внутри богини.
Он выйдет из каменного клубка и сможет увидеть Китти.
Эта мысль ещё больше укрепила его в желании ускориться и завершить начатое. Некогда сиськи мять. Поход наверх обрёл новое значение — теперь там ждала награда, а может и второй шанс.
Принц доставил друзей в Андервуд под утро. Они заехали в овощную лавку и закупили пару десятков капустных кочанов и ещё всякой мелочёвки для быта. Ганс всё ворчал, что Ник дурак и только зря навязался в должники ушлому церковнику.
— Три шкуры теперь с тебя сдерёт за те камни. Святоша, блин. Как думаешь, если сегодня сказать Саймону, что он крыса, нормально будет?
Этим вопросом Ганс его уже порядком достал. После похода за красную черту сенсей остался ему должен. Теперь аристо хотел подгадать такой момент, когда тренера это обращение заденет больше всего. Он жаждал видеть горящую задницу крысюка.
Ведь тот обещал спустить на тормозах такую наглость. Ганс пока не воспользовался привилегией, иногда
— Не знаю, наверное, — отмахнулся от него Ник и закрепил последний кочан в варанью «авоську».
Что-что, а вмешиваться в брачные игры этих двух идиотов он не собирался. Продукты сгрузили в кладовую и отдали Принца здоровенному Борди. Парень тренировался во дворе с двуручным молотом, весь потный и сконцентрированный на задаче отработать удары.
Удивительно, но Саймон снизошёл до него, показал несколько движений и как можно эффективней использовать силу инерции со столь необычным для пещер оружием. Сам Борди об этом не просил. Тренер увидел в нём потенциал, но результаты парня и неплатёжеспособность пока закрывали допуск в школу. Тренироваться, однако, не запрещалось. Лишь бы успевал со своими основными обязанностями.
Вот и сейчас он шустро отвёл Принца в выкопанную нору и приступил к чистке чешуи. Их второй питомец Жоржик тоже теперь катался как сыр в масле — народу прибавилось, а следовательно, объедков и мусора больше. Такой довесок позволял ему не сдуваться в размерах. Так что всеразрушающей кислоты имелось в достатке.
Они с Гансом от греха подальше сразу всё рассказали Саймону, а заодно Ник хотел озвучить одну мыслишку.
— Значит, у нас теперь свой архиепископ? — похрустывая капустой, спросил учитель.
— Технически да, но сейчас должник я, — ответил Ник. — Думаю, можно отдать ему нашу охрану, — намекнул он на двух крысолюдов, что сутками сидели без дела и мозолили глаза. — Подселим твою пятёрку к нам. Пусть спят пока в палатках, ну и начнём строить для них казарму, — предложил он.
— Хорошо, — подумав, ответил Саймон и кочерыжкой указал на Ганса. — Если скажешь это на людях, всё отменяется.
— Мы так не договаривались, — встрепенулся аристо.
— Только попробуй — отправишься к Жоржику на обед.
Похоже, Саймон дорожил своей безбашенной репутацией. В принципе у них не было уточнений по поводу, где и как прозвучит оскорбление, но требования учителя справедливы. Ганс не должен замарать реноме сенсея. Да и Ник более чем уверен — аристо этого не хочет. Просто специально поднимает градус конфликта. Как ветреная кокетка крутит своим ухажёром, дразня его надеждами, так и он не даёт спокойно выдохнуть шерстяному убийце.
— Это пятнает вашу честь, учитель, — серьёзно кивнул Ганс.
— Последнее андервудское предупреждение. На, выкини, — Саймон бросил ему капустный огрызок и вытер руки о штаны. — Хорошо, пусть святоша забирает ребят, — дал он согласие Нику. — Что-нибудь ещё?
— Нет, мы пойдём отсыпаться, — ответил тот и, перекусив быстренько на кухне, отрубился на десять часов здорового сна.
Следующий день прошёл весь в тренировках. Оставалось трое суток до похода на волков. Задание и все документы Сомс обещал раздать лично перед отправлением. А пока нужно было набивать души на червях, подтягивать боёвку и помогать в строительстве нового здания.