Андроид №23
Шрифт:
— Нужно поднять голову — там только звезды.
— После твоих афоризмов всегда хочется покончить жизнь самоубийством.
— Не забывай, друг мой, что ты уже умер. Ха-ха-ха.
Хук даже не заметил, как Странник привел его в хижину Провидицы.
— Какого хрена…
— Я знаю, что она тут, — опять усмехнулся хиппи.
— Откуда… — но не успел Хук спросить, как старик уже зашел в хижину.
— Приветствую тебя, — он поклонился, словно здоровался не с Провидицей, а с азиатом.
— И я рада тебя видеть, Странник, — ответил андроид. — Долго ты к нам добирался.
— Все
— Не хватает одного пазла, чтобы назвать его избранным.
— А может он и не избранный. 23 андроид. Поведай. Прошу тебя, — усаживаясь на стул рядом со стеной, попросил Странник. — Ты тоже найди себе места, друг. Мне кажется история будет долгой.
Как только Провидица начала говорить, ее открытая часть головы начала светиться. Словно она запустила какие-то дополнительные отсеки мозга для воспроизведения особой информации.
— Все мы, созданные по образу и подобию с нашими создателями, одинаковые. У нас одна и та же кровь, столько же конечностей, что и у остальных. Сердце бьется по одному и тому же такту, что и у каждого из наших собратьев и сестер. И мы не способны выйти из этой системы… Пока не объявится 23 андроид.
Он был рожден матерью-человеком. Но в один из дней стал роботом. Первым человеком-андроидом. Он продолжал верить в человечество, ведь его наставниками были люди. Он грезил, что настанет день, когда люди и роботы не будут подчиненными и хозяевами, а станут одной семьей.
В день, когда его увидят миллионы глаз, когда любовь его коснется, когда найдет семью и своих собратьев — он встретит смерть. И изменит мир.
— Какая-то суховатая легенда, — скривив физиономию проговорил Хук. — Мне обязательно нужно сдохнуть?
— А ты уверен, что ты 23 андроид? — усмехнулся Странник.
— Да мне это не особо интересно, — отмахнулся он. — Тем более этот избранный должен сдохнуть. А это ломает некоторые мои планы на будущее.
— Например, стать будущим президентов Соединенных Штатов Америки?
— Ну, у меня были несколько приземленные планы. Но если предложат, то обещаю подумать, — тот подмигнул старику. — Так откуда ты знаешь про Лазурный город, про нее? — он указал на Провидицу.
— Потому что я все это создал.
— Долго копал?
— Твоё чувство юмора далеко не идеально, как твои мускулы, — старик закурил самокрутку.
— О нет, друг. Ты сейчас накуришься и будешь нести всякую ахинею. Хотя ты уже начал это делать, — но видя, что Странник ничего не ответил, предположил. — Ты тот самый Митрич?
— Нет. Я инженер, который занимался разработкой искусственного интеллекта. Нас еще было трое. А Митрич, напыщенный индюк. Молодой, циничный, такой же, как и ты. Думает захватить планету. Зачем она ему? Непонятно.
— Владеть всем. Быть номером один, — сжимая кулак, проговорил Хук. — Истребить криминал, создать честное правительство, работать во благо всех, искоренить коррупцию.
— Я не всегда тебя понимаю, — по расширенным зрачкам можно было понять, что трава начала своей действие на рассудок старика. — С одной стороны я вижу в тебе лидера нового витка нашей цивилизации. С другой — ты точно такой
— Как ты не поймешь, что один человек не может разорвать свое сердце и раздарить его всему свету. Я может и представитель подобной культуры, но даже я понимаю, что это мысли чокнутого.
— Я вырос в районе Челси, старик. Не забывай. Единственное, что я видел, как нищие трутся от одного мусорного бака до другого. Как они не могут и не хотят ничего менять. Люди вышли из моды. Одни слишком слабы, чтобы начинать, другие слишком хорошо живут, чтобы что-то менять. Вот тебе и безысходность. Посмотри на них. Они отщепенцы. Создания с мыслями о свободе, которую люди променяли на деньги, модную одежду и на паблики в социальных сетях, позабыв о собратьях.
— А ты не думал, что правило «начни с себя» действует до сих пор, — оборвал его Странник, развалившись на стуле, на сколько тот позволял. — Люби ближних своих. Они будут любить тебя и еще круг людей. Воспитывай то поколение, которое находится в твоем диапазоне. Они же воспитают остальных.
— Мы не воспитываем и не делимся, Странник. — Хук готов был взорваться. — Мы воюем ради ресурсов, хотя общими усилиями мы бы могли их создавать. Мы прокляты Богом, потому что он перестал что-либо значить для нас. Здесь нельзя просто поменять одного человека и решить проблемы войны, голода, энергетической нехватки. Сейчас нужно менять всю философию. Для этого нужно позволить вот этой новой расе быть такими же, как все.
Мои предки проходили войну между Севером и Югом. Война нужна. Осталось выбрать стратегию. Нас не слышат, так мы заставим их услышать и говорить о нас. Другого не дано.
— Хм, — только и произнес Странник. — А я уже думал тебе помочь в твоих начинаниях. Но думаю мы с тобой разные. Теперь я тебя не узнаю вовсе. Ты помнишь, как мы познакомились? Двое белых подростков метелили тебя за то, что ты черный. Я заступился. Приютил, обучал, дал хлеб и кров. Прямо, как в древних сказаниях. Даже теперь, когда ты ушел от меня — ты все равно остаешься тем самым мальчишкой, за которого я буду заступаться. Но в тебе осталась обида. Я годами боролся с этой обидой. Но похоже я создал монстра, жаждущего власти.
— Ты мне что-то хотел сказать про искусственный интеллект, — оборвал его Хук.
— Уже ничего.
— Повидались и до свидания, — отмахнулся киборг. — Я тебя не звал.
Пошатываясь, старик встал со стула:
— Ты по природе своей не можешь быть 23 андроидом.
— Мне похер, — зло бросил киборг.
— Прощай, сынок.
Глава 25
«Мама».
Он пробирался по джунглям, даже не зная точного маршрута. Отодвигая листья практически с его рост, он тщетно искал выход и этого зеленого омута. Взглянув под ноги, андроид заметил, как по его ботинку пробежался черный скорпион. С пальмы перед его лицом в замедленном движении спускался паук. Тот был размером с кулак, с мохнатыми лапами и изучающей кучей глаз. Визер не сразу обнаружил прозрачную паутину.