Ангел боли
Шрифт:
Люк инстинктивно отступил назад.
– Разве не это ты мне обещал? – спросил Стерлинг. – Или ты не готов поверить?
Он не был зол, его голос дрожал от слабо сдерживаемого возбуждения. До сих пор, рассудил Дэвид, Стерлинг не решался поверить, но перед лицом доказательств требовал продолжения. Люк, с другой стороны, не был уверен, что хочет наблюдать это странное оживление, и с ужасом ожидал момента, когда глаза мертвеца откроются без посторонних усилий.
Впервые Люк оглянулся на стеклянные баки, расставленные рядом со столом. Его взгляд встретился с ответным взглядом. Взгляд этот не мог испугать Люка – который, должно
Люк снова посмотрел на господина.
Стерлинг опять поднял руку мертвеца, и на этот раз уколол её иглой. Он аккуратно проткнул кожу, и когда на внешней стороне руки не появилось ни капли крови, сделал повторную попытку с внутренней стороны запястья, направив иглу в просвечивающую голубым вену. Теперь, когда он вынул иглу, появилась тонкая струйка жидкости. Казалось, это была обычная кровь, краснеющая от контакта с воздухом.
– Либо его не бальзамировали, – задумчиво сказал Стерлинг, – либо процесс бальзамирования каким-то образом был обращен вспять, пока он был в могиле.
Люк согласно кивнул, не имея ничего добавить по существу.
Теперь Стерлинг взял шприц и аккуратно ввёл иглу в вену над предплечьем человека. С необходимыми старанием и терпением он вытянул жидкость из вены. Застоявшаяся кровь не поддавалась, но давления вакуума хватало, чтобы втянуть её в цилиндр шприца, который медленно наполнился темно-красной жидкостью.
Стерлинг отнес полный шприц на второй стол, уставленный приборами. Здесь заранее были приготовлены три запечатанных стеклянных цилиндра с кровью, количество которой варьировалось от четверти пинты до кварты, к каждому подходила пара электродов, соединенных изолированными проводами с медными сульфатными батареями. Стерлинг осторожно сцедил взятую у Адама Глинна кровь в четвертый подобный цилиндр, откачал воздух насосом и запечатал емкость. Он предусмотрительно проверил, чтобы этот цилиндр тоже был подключен к батарее, прежде чем отойти посмотреть на мертвеца. Он снова взял скальпель и задумчиво осмотрел тело.
Люк просто смотрел на него и ждал, но мысли Дэвида унеслись вперед, он размышлял, как может подействовать ранение. Восстановится ли поврежденная ткань?
Стерлинг, видимо, слишком нервничал, чтобы попытаться. После небольшой паузы он отложил скальпель. Он сдвинул тяжелую крышку, которая лежала около гроба, со стола и опустил её на пол.
– Помоги мне вынуть его из гроба, – сказал он Люку. – Берись за бедра, я возьмусь за плечи.
Люк неуверенно двинулся, чтобы сделать то, что ему сказали. Только когда он поднял обнаженное тело, он и Дэвид поняли, каким легким и хрупким оно было. Адам Глинн никогда не был ни высоким, ни плотным, и он был достаточно худощав, чтобы казаться почти истощенным.
Когда тело положили на деревянную поверхность, Люк убрал гроб со стола, волоча его по полу в один из немногих пустых углов в лаборатории. Он осмотрелся вокруг, также без интереса, как и раньше, его взгляд бездумно
Дэвид хотел, чтобы Люк сосредоточился на содержимом банок, потому что ему было сложно самому рассмотреть то, на что не обращал внимания его носитель, но он не мог повлиять на него. Дэвида очень интересовали обитатели банок, но он мог уловить только неясное впечатление, которое их природа производила на Люка.
Там были стеклянистые насекомоподобные существа, которых Люк называл клещами, были большие черви разных видов, там были жутковатые гротескные создания, вроде человечка, выведенного из жабьей икры, которого он уже видел, – но для Люка эти существа уже не были странными или удивительными. Он привык к ним за годы, хотя уже не мог выбросить из головы то, что это были монстры, – неестественные существа, созданные человеком, а не Богом. Но это лишь придавало ему желание не приглядываться к ним.
Когда Люк вернулся к столу, Стерлинг уже прикрыл наготу Адама Глинна саваном и растирал тонкое запястье человека между своими ладонями, словно пытаясь восстановить циркуляцию крови.
– Вы можете разбудить его? – спросил Кэптхорн с тревожным любопытством.
– Надеюсь, – с сомнением ответил Стерлинг. – Следует быть осторожным, так как я могу нечаянно повредить его способность к пробуждению. Но он, кажется, довольно мягко перешел в это состояние сна, подобное смерти, и ускорить пробуждение должно быть не сложно. Попроси миссис Тролли вскипятить немного супа из бычьих хвостов, прежде чем она отправится спать. Не стоит говорить ей, зачем. Принеси также немного бренди.
– Может быть, вам не стоит пытаться разбудить его прямо сейчас, – поколебавшись, сказал Люк. Дэвид чувствовал смятение и тревогу юноши и знал, насколько нерешительным сатанистом тот был. Из всех людей, чье сознание ему приходилось занимать, Люк был наиболее разумным, и Дэвида удручала невнимательность и нерешительность ума, которые делали его таким жалким орудием.
– Почему бы и нет? – вкрадчиво спросил Стерлинг. – Чего нам бояться?
– Не знаю, – медленно ответил Люк. – Но я знаю, что Джейкоб Харкендер чего-то боялся, и его это не спасло от уничтожения, когда он слишком сильно забрался в материи, которые ему не стоило бы трогать.
– Харкендер был всего лишь колдуном, – сказал помощнику Стерлинг. – Я из лучшей породы, какие бы слухи ни ходили о том, что я продал кому-то свою душу. Ты видел, чего я добился, развлекаясь с Творением. Этот человек – всего лишь ещё один игрок, которому от природы дано то, чего я должен добиться искусственно. Он не демон, а человек, и то, что его природа прочнее нашей, не означает, что нам не дано в ней разобраться.
– Харкендер тоже так думал, – несколько обиженно ответил Люк. – Но в конце все обратилось в ничто, в огонь и пепел. Это опасно, я знаю.
Однако Дэвид хорошо видел, что почтительные предостережения Люка питались надеждой на более чем одно вознаграждение.
– Ты боишься, что он будет разгневан, когда пробудится, и проклянет нас? – поддразнил слугу Стерлинг. – Сомневаюсь. Возможно, он будет благодарен. По крайней мере, он будет заинтригован.
– У него есть друзья, которым вряд ли понравится его похищение, – пробормотал Кэптхорн. – Вы читали книгу и знаете, кто они такие. Я никогда их не видел, но я знаю, что это были оборотни, которые прокляли Харкендера, похитив его чудо-ребенка.