Ангел
Шрифт:
Она вышла добровольно – не очень хотелось демонстрировать ему свои прелести, ничем хорошим не закончится, уж в этом она не сомневалась. От завтрака отказалась, сославшись на головную боль. Кастет разрешил ей прилечь на кровать, но заботливо пристегнул за правую руку к спинке.
– Так надежнее! – подмигнул он, выходя.
Марина легла и вытянулась во весь рост, наслаждаясь горизонтальным положением и относительно удобной позой. Совершенно очевидно, что в ее планах не значится работа проституткой, это же просто смешно! Но убежать вряд ли получится – уж слишком бдительный охранник и слишком
О том, что творилось сейчас дома, она предпочитала не думать... да и с Хохлом наверняка что-то произошло, иначе он ни за что бы ее не отдал... Только бы был жив! Занятая этими мыслями, Марина и не заметила, что через чуть приоткрытую дверь ее внимательно разглядывают.
– Молодцы парни! – восхищенно произнес тонкий мужской голос. – Где только откопали такую телку?
– Говорят, в торговом центре выпасли, прямо из примерочной взяли, – ответил Кастет.
– Вагиф доволен будет – такая дорого пойдет, особенно если перед этим по кругу ее не пускать, как вы это любите. Столько девок перепортили – поубивал бы вас!
– Эту Вагиф велел не трогать, видишь, я даже от двери не отхожу, чтобы у молодых яйца не сводило. И потом... Напоминает она мне кого-то, но вот вспомнить не могу никак. Знаешь, что она мне втирала вчера? Что она – Наковальня.
– Так ее что – по наводке взяли? – настороженным тоном произнес тонкоголосый, и Марина затаила дыхание, чтобы не пропустить ни слова. – Слушай, а ведь похожа, между прочим – я пару раз Наковальню видел, классная сучка.
– Да ладно! – отмахнулся Кастет. – Заливает мочалка эта, ну, похожа немного, и что? Будет тебе Наковальня по нашему торговому центру разгуливать!
– Знаешь, если честно, Кастет, эта девка не выглядит обычной телкой, – задумчиво протянул его собеседник. – Ты видел, какое на ней платье? Да и вообще – маникюр свежий, такой штуки на три «деревянных» в салоне потянет, прическа... И то, что Вагиф велел ее не трогать, меня напрягает – не было такого. Что-то не так с этой дамочкой, это я тебе говорю!
– А-а, тебе вечно тараканы мерещатся! Ну, платье, ну, маникюр... И что? Это совершенно не значит, что она – Наковальня. А Вагиф мог кому-то под заказ ее взять. Мало ли дураков в городе?
– Нет, погоди... Ты видел, какой у нее булыжник на пальце? Такой в ювелирке не купишь, штучная работа, заказная. Не может быть, чтобы такая упакованная баба одна по бутикам разгуливала. Ты не в курсе, с ней был кто-нибудь? – спросил тонкоголосый, и Кастет пробормотал:
– Пацаны говорили, что мужик сидел в магазине, здоровый такой, с усиками. Да, еще татуировка у него интересная на кисти была – пантера в прыжке...
– ...твою мать! – заорал его собеседник. – Ну, лохи позорные, во вы встряли! Ты знаешь, кто это был?! Жека Хохол, охранник Наковальни! И значит, вот это – она и есть, баран ты беспонтовый! Что с Хохлом?
– Вроде наглухо...
Маринино сердце сжалось от боли. Женьку убили... ее Хохла, ее мальчика...
– Ох, мать твою!.. – простонал тонкоголосый. – Ты хоть понимаешь, что теперь будет?! Да от нас мокрое место останется, когда все вскроется! Вагиф открестится – ему нет резона с Макаром рамсить, «крышу» зудить –
– А у меня есть идейка, – вдруг изрек Кастет. – Давай мы вот как поступим. Если это и в самом деле Наковальня, в чем я лично сильно сомневаюсь, то мы с тобой, Радик, еще и в плюсах окажемся. И Вагифа обуем – чтоб знал, как втемную задания давать. Мы ему не мальчики.
– Ты о чем?
– А вот о чем – у Наковальни муж реально богатый чувак, некто Малыш – слыхал? Если мы ему предложим маленькую сделку, пока Вагиф в город не вернулся...
– А вдруг откажется? – с сомнением протянул тонкоголосый.
– Баран ты, Радик, – вздохнул Кастет, раздосадованный непроходимой тупостью напарника. – Ты отказался бы от такой телки?
– Я? Нет.
– Ну, так и Малышев тоже мужик, понятно? Борзеть не станем, много не запросим, хотя за такую ляльку бабла не жалко. Осталось обдумать детали...
Голоса стихли, оба «бизнесмена» ушли в другую комнату обсуждать план действий, а у Марины появилась наконец хоть какая-то информация о том, где и у кого она находится.
В голове все более или менее встало на места. Вагиф – содержатель борделя, подкрышный Макара, и его люди прихватили ее. Не иначе Макара и заказ – он давно грозился поквитаться с ней за все. Эти двое – что-то типа службы безопасности, они же отвечают за «товар» и его качество. Теперь главное – выбраться живой, а уж потом-то она от этого местечка камня на камне не оставит.
В связи со сделанным охраной открытием ее положение не улучшилось – скорее наоборот. Кастет, входя в комнату, орал прямо с порога, как подорванный, наручники снимали только утром, выводя в ванную, курить тоже не давали, и от этого последнего Коваль на стену была готова лезть.
Рождественская ночь ознаменовалась дебошем охраны и истошными криками проституток. Еще хорошо, что Кастет запер дверь на ключ, иначе никто не поручился бы за поведение пьяных отморозков.
«Бедный Егор, он, наверное, с ума сошел там, – думала Марина, прислушиваясь к залпам петард на улице и звукам музыки за стеной. – Разумеется, ни на какой банкет не поехал... сидит, наверное, в каминной, изводит себя мыслями о том, куда же залетела его дорогая супруга».
Прошло уже три дня, обещанный Вагиф так и не появлялся. Вся охрана злачного места шумно гуляла, отмечая Рождество. Марина начала всерьез опасаться того, что Кастет и его молодые отморозки, что регулярно заглядывали в комнату, решат все же проверить ее в деле, а вот это уж совсем лишнее. К концу пятого дня Кастет явился к ней, держа в руках видеокамеру.
– Дело такое, красавица, – начал он, присев на кровать рядом с Мариной. – Возможно, ты и в самом деле та, за кого себя выдаешь. И я хочу это проверить. Я слышал, что муж настоящей Наковальни готов за нее на любое безумство и на любые бабки, так вот – сейчас я сделаю запись и передам ему, и если он тебя узнает, то будем разговаривать дальше. Если нет... – Он выразительно глянул на нее. – Тогда не обижайся.