Ангел

Андреев Сергей

Сенечка превратился в Семена Журавлева, несостоявшегося медика и любителя модно одеваться. Потом он совершил серьезную ошибку: женился на однокурснице, единственной целью которой было остаться в Ленинграде –

а не ехать по распределению на Дальний Восток.

Я предпринял все, чтобы показать ему: этого делать не следует, но он к тому времени уже не мог слышать меня. Полноватая женщина, в которую всего за несколько лет превратилась его вчерашняя сокурсница, родила ему сына, и оба они занимались тем, что где-то подрабатывали, воспитывали ребенка, снимали жилье, постепенно выветривая из себя очаровательную бесшабашность молодости.

Их выпуск разъехался кто куда. Семен, бросив медицину, поступил в университет, с потерей года обучения, как и хотел – на кафедру генетики. Но из-за вечной своей занятости бытовыми проблемами он вынужден был перевестись на вечернее отделение, и это стоило ему еще одного потерянного года. Знания он получал урывками и, в общем-то, постепенно утратил интерес к опережающим время идеям. Несколько раз я приводил на его кафедру тех, кто мог бы оказать ему солидную поддержку – апостолов науки, столичных гостей и зарубежных специалистов – и любыми способами старался подтолкнуть Семена

к контакту с ними. На кафедре, например, был организован цикл интереснейших семинаров, появилась даже возможность практики в других университетах… Нет, ни одна моя попытка предоставить Семену возможность научного роста так и не удалась. Свои шансы он не использовал, поскольку устремления его лежали в сугубо практической сфере: он постоянно искал, где бы заработать. Меня он по-прежнему не слышал.

С трудом закончив обучение, Семен устроился – вначале в одно учреждение, где числился старшим лаборантом три года, затем в другое и, наконец, оказался на должности младшего научного сотрудника во вновь открытой лаборатории наследственных заболеваний. Там анализировали природу ущербных генов, и способности Семена к моделированию молекулярных цепочек оказались весьма кстати.

Я посылал Семену сновидения, в которых на образных примерах показывал, куда развернуть научный поиск. Он просыпался наутро и все это забывал, а если что-то и пытался вспомнить, то монотонно-обвинительная, длящаяся без перерыва речь его супруги, превратившейся теперь в дородную и несколько обрюзгшую особу – подобная речь окончательно разрушала созданные мною ночью образы.

Конец ознакомительного фрагмента.