Ангел
Шрифт:
Но я не серчаю. Пошёл он нафиг… Вернее, покатился. Постучал? Не суть. Теперь куплю билет на суперсовременный «KTX» и заживем. Прокачусь с ветерком!
«Ковыляй потихонечку, а меня ты забудь… Проживу как-нибудь…» — очередная белиберда воспоминаний! В дальний чулан её, подальше на «чердак». Пусть там пыль собирает.
Интересненько… Слева вытянулись пути междугородки, а справа местная подземка, судя по указателям. Поезда едут по обоим направлениям, но там анти-суицидные двери соорудили, а здесь не поставили… Местные обычаи? Традиция сигать под поезда
Устроив сумку на деревянные перекладины, я присаживаюсь на скамейку и поднимаю взгляд к информационному табло. Жёлто-зелёные закорючки должны дать привязку к местности. Коленки начинает ощутимо подмораживать. Хорошо хоть, ветер утих. Так и простыть можно…
— Ха… — усмехаюсь глупым мыслям. Вот уж о чём стоит беспокоиться в первую очередь, так это, конечно, о простуде!
— С-у-в-о-н-си… — читаю закорючки, пропуская номер поезда и время.
Значит, нас вышвырнули в Сувоне. Довольно большой миллионник и крупнейший промышленный центр, а вообще, пригород Сеула. Каких-то тридцать километров до столицы. Проехать получилось всего ничего… И десятой части пути не набралось! Поезд ушёл, а я не серчаю.
Нет, а чего? Нормаль. Можно в непонятной деревушке на отшибе застрять. И куковать там, ожидая старичка «Мугунгхва».
— Поезд, по маршруту… — женский голос перечисляет название станций на певучем корейском и объявляет прибытие состава к пятой платформе, затем советует на заходить за лини безопасности. Эта жёлтая плитка с мелкими пупырышками вытянулась по обеим сторонам перрона, зажимая серебристые эскалаторы вдалеке.
Бегущие вверх ступеньки устремились в здание вокзала… Кожа на макушке зудит и я чешу растрепанные волосы. Какая мерзость! Салфетка из сумки вытирает ладошку…
— Достало! — Дальше так продолжаться не может.
Тушка требует заботы, а скоростной поезд никуда не денется. Корейцы чистоплотная нация и у местных есть варик, на такой случай! Называется: «Чимчильбан» или общественные бани.
Меняем план! Слетев со скамейки, я шагаю в сторону эскалаторов. Шарик салфетки удачно попал в круглое ведро, торчащее посреди перрона.
— Йес, трёхочковый! — задорный выкрик разгоняет мрачную тишину. Вскинув кольца вверх, я кручусь, пролетая мимо корзины. Ловкие броски продолжают удивлять…
Держусь за бордовые поручни, ползущие над стальным обрамлением стенок. Холодная сырость осталась за спиной и лицо обдувает тёплый ветерок. Меня встречает серый мрамор и яркие блики электрического освещения.
Слышно людское гудение. Народа в здании хватает, стоят очереди у касс, заняты скамейки под высоким куполом. Правильно, кому охота морозить коленки внизу? Только особо одаренным, навроде меня.
Мимо пронеслись красочные вывески магазинчиков со всякой полезной мелочевкой. Различные кофейни и забегаловки внимания не достойны. Вечером удалось неплохо перекусить на халяву. Надеюсь СоЮн не в обиде. Парень отхватил великолепный мобильник за пол цены. От небольшого угощения с него не убудет.
—
Очередные универмаги «Лоте». Видимо, они тут везде! Длинное панно над проходом состоит из множества малюсеньких светильников. Золотистое свечение красиво играет, искрясь переливами. Потрясно выглядит! Кто-то начал подготовку к праздникам.
Миновав одну из стальных колонн, обрамляющих главный вход, спускаюсь по широкой лестнице на площадь. Свинцовое небо затянуло тучами, усиливая окружающий сумрак.
«Зеленоглазое такси… О-о-о… Ты отвези меня туда… О-о-о… Где будут рады мне всегда…» — завывания усатого дядьки? Что за шляпа? Тоже на «чердак». Сегодня прям, как прорвало. Каналья! Дурацкие воспоминания, лезут и лезут. Никакого от них спасения. Похоже, общая усталость тушки берёт своё. Денёк выдался насыщенный…
— Таксон, где тут они? — шепчу, пока изучаю информационный щит на стене голубой будки.
Схема указывает, что шашечки на противоположной от вокзальной площади стороне. Нужно пилить по подземному переходу. Его крыша выгнулась дугой зелёного стекла в нескольких шагах.
Углубляюсь по ступенькам под землю и сбрасываю мелочь в коробку нищему. Мужичок в рваной кепке и старой куртке подрёмывает, расположившись на среднем ярусе лестницы. Ему нужнее.
Телефоны, телефоны… и ещё телефоны! Подземный туннель удивляет многочисленными киосками, где торгуют мобильниками. И зачем столько? Их здесь едят, что ли? Пятый магазин, на крошечный переход. Как они конкурируют друг с другом? Одна из тайн вселенной.
Звучит громкая музыка, в основном задорный «к-поп» на местном. Некоторых прохожих шатает явное подпитие. Ясно, понятно… Если кореец не работает, значит он либо помер, либо так ужрат, что вкалывать не может.
Наконец-то магазинчик одежды. Видны развалы цветастых шапок, висят сумки. Сверху торчат ноги в колготках… Ножки ничё так, жаль пластиковые.
Живые цветы стоят в горшках у киоска. Между прочим, ходовой товар рядом с вокзалом, судя по небольшой очереди. Тут же кафешка с посетителями на высоких табуретках и длинная белизна пластиковой стойки, вылезшей прямо в переход. На прилавке газовая плитка и сковородка, которая аппетитно шкварчит. В глубине умывальник с холодильником, навесная полка с посудой и моющая овощи хозяйка.
Понюхав вкусную еду на сковородке, выбираюсь из перехода. Ступеньки кончились стеклянными дверями, за ними ночная улица. Лупоглазое авто жёлтого цвета стоит на обочине. Дергаю ручку пассажирской двери и падаю на задний диван. Подрёмывающий водитель рывком проснулся, ворочаясь у руля.
Гутен морген, извозчик! Погнали мыться-купаться!
— Чимчильбан, — указываю направление, — палли…
Немолодой таксист молча кивнул и заводит двигатель автомобиля. Пассажир, желающий ночью посетить баню, у него не вызывает удивления. Корейские сауны открыты круглые сутки и местные частенько там зависают, после тяжёлой рабочей недели.