Ангел
Шрифт:
Эдриан понимал игру, затеянную Домиником. Он старался не давать ему видеться с Томом, так сам прямо и сказал. Скорее всего, Андреа понятия не имеет о реальной причине, стоящей за этим. Сама она не стала бы провоцировать Эдриана сейчас, когда внешне между всеми наладились хорошие отношения. До длительной поездки за границу она бы не додумалась. Несомненно, Доминик притворился, что делает все ради их маленькой семьи, и Андреа купилась.
– Придется поговорить с твоей мамой. Меня вовсе не радует перспектива не видеться с тобой больше месяца.
– Вот потому я и решил заглянуть к тебе. Соскучился. –
Расплавленное масло капало с уголков губ.
– Кто это к тебе пожаловал, Эдриан?
В кухню вошла Люси. Волосы она собрала в высокий, немного небрежный пучок, но одежда была безукоризненно опрятна. Люси сняла со спинки стула пальто.
– Здравствуйте, – сумел выговорить Том, пережевывая тост и чуть не поперхнувшись от удивления.
– Привет. Я Люси. – Она протянула руку.
Том вытер о брюки масло с ладони и пожал ее.
– Это Том, мой сын.
– Бедняжка. Ты выглядишь в точности как твой отец. – Люси подмигнула Тому.
– Хочешь позавтракать? – спросил Эдриан.
– К кому из нас ты обращаешься? – вернула вопрос Люси.
– К обоим.
– Да, я бы не отказался съесть еще что-нибудь, – кивнул Том.
– Боюсь, мне пора бежать. – Люси подхватила с тарелки Тома половину тоста. – Была рада познакомиться, Том.
– Мне тоже очень приятно. – Том улыбнулся и вопросительно посмотрел на отца.
Люси смачно чмокнула Эдриана в щеку, и он почувствовал, как жар ударил в лицо. Обычно он делал все, чтобы Том не встречался с женщинами, с которыми он иногда проводил время, но к Люси это не относилось. Эдриан даже хотел, чтобы она задержалась и позавтракала с ними. Ему теперь нравилось жить в одиночестве, и это желание удивило его. Услышав, как закрылась входная дверь, он обратился к Тому:
– Как насчет сэндвичей с беконом?
Глава 50
Дверь Сидни Бруд открыл с сигаретой во рту, и в мыслях Дина молниеносно всплыл почти идентичный образ из прошлого. Манеры Сидни остались прежними, хотя, если подумать, с чего бы им измениться. Даже странно, насколько знакомым показался человек, сыгравший короткую, но значительную роль в жизни Дина. Все то же: движения рук, спина, чуть скособоченная вправо, одежда, всегда мешковато сидевшая на тощем теле. Больше всего отличались волосы. Когда-то Сидни зализывал их назад с помощью бриллиантина, теперь же он почти облысел: от шевелюры остались только коротко постриженные редкие седые волосы на висках.
– Я могу вам помочь?
– Привет, Сид.
– Мы знакомы?
– Я ребенком жил в семейном приюте неподалеку. Меня зовут Дин Кинкейд. Не знаю, помнишь ли ты меня.
– Да, я тебя помню. – Сид нервно поежился.
– Можно войти?
Это был вовсе не вопрос, и Сид понял это.
– Сейчас я как раз несколько занят. – Он медленно попятился вглубь прихожей.
– Я не отниму много времени.
Дин легким движением руки впихнул Сида внутрь и закрыл за собой дверь.
Хозяин явно жил один. Это было к лучшему. Если прикинуть, сколько денег он заработал на детях за многие годы, странно, что его дом выглядел жилищем человека, не слишком обеспеченного. Дин всегда считал, что Сид проделывал это ради мзды, но если нет, то, черт возьми,
– Чего ты от меня хочешь? Денег у меня нет, если ты явился за ними. – Сид в волнении натянул рукава, зажал в кулаках излишки ткани. Этот жест вернул Дину еще одно воспоминание.
– Это сразу видно. Но мне не нужны твои деньги. Я хочу получить информацию.
– Я ничего не знаю.
– Очень хорошо. Скорость, с которой ты эту фразу выпалил, заставляет думать, что у тебя точно есть то, за чем я пришел.
– Не уверен, что смогу помочь, Дин.
Даже интонация, с которой он произнес его имя, напомнила Дину их прежнее знакомство.
– Я хочу узнать все о Доме.
– Там теперь супермаркет.
– Не о том доме. – Дин сунул руку в мешок и достал молоток.
– Эй, послушай, не надо.
– Ты возил нас в какой-то дом. Помнишь?
– Я не могу рассказывать об этом.
– Как будто у тебя есть выбор!
Дин поиграл молотком.
– Я нуждался в деньгах.
Сид скрестил руки на груди. Дина неожиданно поразила мысль, вызванная этим движением. Нечто, почему-то не приходившее ему в голову прежде. Он никогда не видел Сида в рубашке с короткими рукавами. Даже в разгар летней жары тот носил вещи, закрывающие руки. Можно было и раньше догадаться, что Сид – наркоман. Еще один фрагмент мозаики встал на место. Деньги имели четко определенное назначение: они позволяли удовлетворять потребность. Теперь не приходилось гадать, почему Сид беден. Все заработанное ушло в его вены.
– Где он находится?
– Они убьют меня! А может, и тебя тоже.
Дин шагнул к нему.
– Или тебя убью я. Мы оба в курсе, что я на это способен.
– Я знаю, что случилось с тобой. Дошел слух, что тебя отправили в «малолетку», когда ты сжег того типа.
– Он получил по заслугам.
– Мы все, наверное, это заслужили. По крайней мере, большинство из нас.
Сид выглядел искренне раскаивавшимся и как будто уже не рассчитывал на прощение.
– Я просто хочу узнать о том месте. Остальное меня не интересует.
Сиду явно было не по себе.
– Они прекратили это много лет назад. Я был там всего несколько раз, потому что платили очень хорошо. Вскоре после того, как тебя от нас перевели, они остановились. Причина мне не известна.
– Кто? Кто владел Домом? – прошипел Дин сквозь стиснутые зубы. Его терпение иссякало, но цель казалась настолько близка, что пути назад уже не было. – Вас в то время не беспокоила перспектива попасться с поличным?
– Мы все были в одной лодке. Нас можно было обвинить в том, что привозили туда детей, а их – за то, что платили и устраивали шоу. Поэтому никто не собирался стучать. Кажется, они даже не задумывались, что может случиться через пять или десять лет.