Ангел
Шрифт:
– Что ж, учту. А теперь тебе, кажется, пора на службу, ангелочек.
Кстати, Васька с детства не выносит это прозвище, а потому меч света, вспыхнувший в его руках, меня совершенно не удивил.
– Не порежься. – Это Дик, довольный, будто кот, наевшийся краденой сметаны.
Я задумчиво смотрела на свои руки. А может, колдануть что-нибудь? Душ, например, им холодный устроить, а то взбесились непонятно из-за чего, того и гляди, вцепятся друг в друга, а кого мне надо защищать в такой ситуации, я понятия не имела. Точно! Надо наколдовать дождик. Хм. Как же это там было? А-а, вспомнила!
Что-то грохнуло,
Я сидела вся довольная, радуясь, что колдовство удалось, ребята все еще стояли друг против друга, будто что-то не поделили.
Ветер крепчал, холод окутал ноги и скользнул в коридор. Снова вспыхнуло, и ветвистый разряд ударил с потолка сразу в обоих спорщиков.
Сноп искр, запах горелого и моя ненатуральная улыбка, все еще приклеенная к лицу под выпученными от ужаса глазами. Оська присвистнул и прошептал что-то вроде «аминь». А я все пыталась понять, что мне будет за убийство своего подопечного и одного из боевых ангелов за раз? По всему выходило – ничего хорошего.
– Э-э-э… ребята… – Мой писк был очень тихим и каким-то жалостливым.
Две черные лысые рожи медленно повернулись ко мне. Оська меня старательно перекрестил.
– Вы как?
– Скажи, – тихо и как-то зловеще произнес Вася, – это твоих рук дело?
Дик смотрел на меня, как восставший труп, и что-то сжимал в руке. Гм… будут бить?
– Э-э-э… ну-у-у я хотела, чтобы вас намочил дождик.
Дик с Васей переглянулись. Вася ощупал лысину и, плюнув, спрятал в ножны световой меч.
– Ладно. Я пошел. Разбирайся с ней сам.
– А может, – Вася остановился, оглянувшись на говорящего это Дика, – ты ее возьмешь с собой?
Я стала пунцовой и умоляюще взглянула на слегка подгорелого ангела. Тот так садистски улыбался, что мне стало нехорошо.
– Нет уж, теперь это чудо твое. Так что и жить с ним будешь ты.
Дик застонал, а я радостно подпрыгнула на постели.
За окном утихал дождь, Дик на повышенных тонах объяснял мне, как и когда не надо применять магию без его личного разрешения, а Оська куда-то улетел исследовать замок.
Ой, точно! Я ведь в замке. Неужели Дик принес меня в свой собственный дом?
– И если ты еще хоть раз… – разорялся несчастный.
– А это твой дом?
Дик споткнулся, потерял мысль и удивленно на меня взглянул.
– Да.
– Здорово!
Тяжелый вздох – и вот я уже снова одна сижу на постели, а дверь с грохотом ударяет об косяк. А теперь-то я чем его обидела?
Еще немного повалявшись в кровати, я решила все-таки встать и привести себя в порядок, чему немало способствовало бурчание в животе. Свет упорно не хотел зажигаться, так что пришлось передвигаться в полной темноте. Ну точнее, не совсем полной, но в зеркале нормального отражения я не увидела, а потому расчесывалась и одевалась в валявшуюся неподалеку на полу одежду как придется. Я искренне надеялась, что не слишком шокирую внешним видом окружающих.
В ванную я также не пошла, так как там было совсем уж страшно.
– Итак, я готова к новым подвигам, – буркнув что-то вроде этого себе под нос, решительно повернула вниз дверную ручку
Что?!
Ах так, ну ладно. Я не хотела!
Сила скатилась, подобно капелькам ртути, на ладонь и тут же переместилась в замочную скважину. Я отошла и на всякий случай спряталась за кроватью. Так, у меня еще три секунды.
Но тут послышался скрип поворачиваемого ключа. Я с любопытством выглянула из-за кровати, как раз, чтобы увидеть нахмуренное лицо Дика в дверном проеме, после чего грянул взрыв. Дика волной снесло обратно в коридор, ударило о стену и припечатало дверью. Я смущенно почесала нос, понимая, что это нехорошо. А тут как раз влетел Оська уже в образе летучего мыша и громко заорал, что там кого-то убило! Я помахала ему рукой.
– Ирлин, ты представляешь, там так грохнуло, что я… А чего ты за кроватью делаешь?
Я встала.
– Гм, понимаешь, Ось…
– А, ладно, неважно, главное, что пока ты тут сидишь, твоего Дика какие-то террористы замочили дверью в коридоре!
Я с трудом понимала смысл сказанного, но покорно пошла в коридор вслед за взбудораженным мышом.
– Вот! – Мне трагично указали на дверь, за которой предположительно был Дик. Я всерьез подумала о внеплановом бегстве. В конце концов, за Диком можно проследить и издалека… но тут дверь рухнула на пол, а красный, ободранный и очень злой Дик бухнулся на четвереньки следом, тяжело дыша и, кажется, тихо рыча. Хм. Не знала, что люди умеют рычать.
Дик встал. Я мужественно отошла на шаг назад, Оська сел мне на плечо и завопил о бегающих по замку садистах, извращенцах, минирующих двери. Дик при этом в упор смотрел на меня, медленно поднимаясь на ноги. А он крепкий – после всего, что я сегодня натворила, выжил. Круто.
– Ирлин!.. – прорычал он, протягивая ко мне руки со скрюченными пальцами.
Мне поплохело.
– Ир-р-рлин!..
– Чего это он? – прервался Оська, с интересом наблюдая за приближающимся Диком.
– Я тебе потом расскажу, – пообещала я и, развернувшись, что есть сил рванула вперед по коридору, старательно перепрыгивая через все препятствия и слыша его рычание за спиной.
– Бедный. Наверное, повредился в уме, – проорал мне в ухо мыш и на всякий случай перелез на голову, вцепившись в волосы.
Бегали по замку мы недолго, Дик в конце концов меня догнал, долго тряс за плечи, уча «уму-разуму», а напоследок еще и взял обещание, что я буду вести себя тихо, после чего меня опять где-то заперли. Я сидела на полу, внутренне переживая бурю эмоций, которая буквально захлестывала с головой, и стараясь не обращать внимания на попытки Оськи выбраться из-за ворота рубахи и «всех покарать». Если бы я его вовремя не спрятала, тут были бы глобальные разрушения и местный катаклизм в придачу.
– Задыхаюсь!!!
Я тяжело вздохнула и все-таки отпустила ворот рубашки. Встрепанная, с горящими глазами голова мыша тут же в него протиснулась, изо всех сил ловя воздух и пытаясь при этом на меня напищать.
– Ладно, ладно, поняла, больше так не буду.
Мыш кое-как выдернул правую лапу и, не удержавшись, грохнулся на пол. Подергивая крыльями, он живописно на нем раскинулся и старательно симулировал обморок. Я на провокации не поддавалась.
– Ладно, давай хоть изучим, где мы.