Ангел
Шрифт:
С верхней ступеньки Нора услышала аплодисменты. Она отстранилась от миленькой сабы и увидела хлопающего Гриффина и удивленного Микаэля. Микаэль посмотрел на Гриффина, который смотрел на Ангела, затем парень посмотрел на Сатерлин. А вот Гриффин продолжал смотреть на Микаэля.
Нора застонала.
– Робин, забери меня с собой обратно в город.
– Мне очень жаль, Госпожа. Мистер Кинг сказал, это не разрешено. А, и вам послание от Мистера С.
– И что, скажи на милость, за послание оставил мне Мистер С?
– спросила Нора с опаской, не зная, что еще решил передать ей Сорен через другого
– Он велел спросить, есть ли у вас то письмо, которое он оставил вам? То, на котором было «Не открывать до получения дальнейших инструкций»?
– Да. С собой. И что с ним?
– Он сказал, что вам все еще нельзя его открывать.
Нора кивнула.
– Отлично. Прекрасно. Просто замечательно. Можешь передать Мистеру С, что он может взять свое письмо, и засунуть его…
– Нора?
– крикнул ей Гриффин.
– Поцелуй Робин еще раз. Хочу сделать фотку.
Нора потерла лоб. Впереди было долгое лето. Слишком долгое.
Нора пожала руку Робин на прощание, что вызвало разочарованный свист с галёрки на лестнице. Робин села в Роллс и укатила, оставляя Нору наедине с робким подростком и развратным Гриффином.
Глядя в голубое небо над нею, Нора вознесла короткую молитву Святой Марии Магдалине, покровительнице бывших проституток, и Святому Иуде, покровителю безнадежных. Ее молитва состояла из одного слова.
– Помогите.
* * *
Сюзанна сделала глубокий вдох и прошептала только одно слово - "Афганистан".
Это было странной мантрой, но работало. Последние три месяца она была в Афганистане, и в этой брошенной и разоренной стране она сражалась со страхами. Лейтенант Хаттон, красивый техасец, называл ее Рыжая - взрывом ему оторвало правую руку. Штаб-сержант Циммерман, еврей из Нью-Йорка, который никак не мог не флиртовать с ней – умер от проникающего ранения в грудь. И рядовой первого класса Горан, застенчивый мужчина из Северной Дакоты с годовалой дочкой дома - получил пулю в лоб. Навылет.
Она видела все это. Будучи свидетельницей этих ужасов, девушка едва ли могла вспомнить все, потому что разум запрятал эти кошмары так глубоко, что даже она не могла найти их. Никто толком не понимал, почему она делала то, что делала. Даже она сама не могла понять. Когда Сюзанна решила выбрать основным предметом журналистику в университете, консультирующий ее преподаватель сказал, что она выглядит как первоклассная девочка с прогноза погоды на экране.
«С вашим умом вы можете далеко пойти», - сказал он.
– «С таким личиком и телом, как у вас, вы можете получить абсолютно все, что хотите».
Схватив ее за задницу он сказал, чего бы хотел получить он, в обмен на его помощь. В ответ она донесла все это до декана и заставила профессора с наградами в своих областях уволиться. Когда он собирал свои вещи, она постучала в дверь его кабинета, и, улыбнувшись произнесла: «Сегодня облачно, возможно увольнение», перед тем, как уйти. Пускай засунут свою погоду себе в задницу. Человек, который не смог держать руки при себе, стал причиной смерти ее брата Адама. Преподаватель в университете был первым оскорбившим ее мужчиной со слишком большими запросами, которого она разоблачила. Отец Стернс мог быть следующим.
– Афганистан, -
Она была в зонах боевых действий. Она могла это сделать. Сюзанна переоделась в достаточно невзрачное черное платье и завязала длинные рыжие волосы в узел. Еще утром этого дня, когда она почти в буквальном смысле билась лбом о стенку, за которой хотела найти хоть что-то на Отца Стернса, девушка решила, что у нее больше нет выбора, кроме как встретиться с ним лично. Просмотрев веб-сайт Пресвятого Сердца, она обнаружила, что Отец Стернс будет проводить вечернюю мессу в четверг. Сюзанна намеренно не говорила Патрику о своей поездке в Уэйкфилд. Он беспокоился о ней, боялся, что она пострадает. "Афганистан", - говорила она ему каждый раз, когда он начинал относиться к ней покровительственно. Он преследовал лживых политиков в Верхнем Ист-Сайде. Она была в зонах военных действий. Достаточный для него повод, чтобы заткнуться.
Перед выходом Сюзанна надела обычные черные балетки. При росте в метр семьдесят пять без каблуков, Сюзанна была такой же высокой, как и большинство мужчин, которые ее окружали. Священники из ее детства были невысокими, старыми и хилыми. Она хотела, чтобы этот священник мог чувствовать себя комфортно рядом с ней. Достаточно комфортно, чтобы он разговорился. Ее преимущество в росте над ним не поможет ситуации.
Будучи городской девушкой до мозга костей, Сюзанна не водила автомобиль. К счастью, водил Патрик и доверял ей достаточно, чтобы разрешить взять его машину. Либо он просто хотел возобновить их отношения любой ценой. По карте GoogleMaps она нашла церковь Пресвятого Сердца; до вечерней мессы оставалось всего пять минут. Девушка вылетела из машины и вошла в церковь через черный ход, чтобы остаться незамеченной. Войдя внутрь и усевшись, Сюзанна воспользовалась возможностью, чтобы осмотреться и достать свои вещи. Покопавшись в сумке, она вытащила свой маленький стенографический блокнот и открыла его.
Красивое святилище, написала она. Витражи с изображением чудес Христа, традиционная архитектура - Ричардсонский неороманский, наверное? Хоралы находятся выше меня, вмещают около 300 человек. Действительно великолепный храм. Ненавижу его.
Она не была в католической церкви несколько лет, еще раньше, чем умер Адам. Еще до этого девушка отказалась от церкви, от детской веры, от молитвы. Она отказывалась верить в того Бога, который позволил править тому злу, что она видела за свою жизнь. А так как, похоже, Богов получше не предвиделось, Сюзанна просто отказалась от концепции Бога в целом. Она совершенно не скучала по Нему, или что там было вместо Него.
Сюзанна напряглась от волнения, когда гимн, который она не слышала уже сотню лет, заполнил святилище. Даже для вечерней мессы в полшестого в церкви присутствовало громадное количество людей, около сотни по ее оценке. Ну, если Отец Стернс попал в краткий послужной список на кандидатуру следующего епископа в сравнительно молодом возрасте, он явно должен был быть каким-то особенным. Может быть, он был одним из тех либеральных теологов с их общественно-направленными работами. А возможно, при церкви была довольно крупная группа молодых активистов или музыкальный кружок. Или, может быть...