Ангельская ярость
Шрифт:
– Ой! Папка! – обрадовалась малышка, на мгновение оторвавшись от своей живой игрушки. – Смотри, какого пушистика мне тетя Лекс подарила! Можно я оставлю его себе? – И, будто совсем забыв об отце, вновь вернулась к прерванной игре.
– Можно-можно, – ответил все тот же голос.
Девочка, радостно засмеявшись, заключила зверька в объятия. А голос чуть тише добавил:
– Сиротам вообще многое можно…
– Кто ты?! Покажись! – рявкнул мужчина, наводя дуло пистолета на то место, где, судя по звуку, находилась незнакомка.
– Ладно, – хихикнул
Теперь голос звучал уже со стороны окна. Вздрогнув, мужчина резко развернулся.
На подоконнике открытого окна с комфортом разместилась молодая девушка в светлых одеждах. Левая нога была подтянута к подбородку, а правая свободно болталась по ту сторону окна. Ни дать ни взять – принцесса в романтично-меланхолическом настроении перед тем, как ложиться спать… Но картину портило отрешенное выражение ее лица. От которого звериное чутье Кичинского просто взвыло, предчувствуя смертельную опасность.
– Кто ты?! – переборов испуг, более жестко и с угрожающими нотками в голосе повторил свой вопрос мужчина.
– А что – не узнаешь? – Огромные голубые глаза, которые сейчас выглядели как самые непроглядные глубины Мирового океана, смотрели прямо на него. Ее губы тронула холодная, змеиная улыбка. – Как это нехорошо – не запоминать тех, кого убил…
– Что за бред ты несешь?! – рявкнул мужчина, спуская курок. Все-таки нервы у него не железные.
Грохнул один выстрел, второй, третий… Но девушка продолжала все так же флегматично сидеть на подоконнике. Пули зависли прямо напротив ее лба.
– Папа! Зачем так шуметь?! – обиженно закричала дочка, зажимая ладошками уши. Ее поддержал возмущенный писк зверька на ее коленях. – Лекс, ну скажи ты ему! – кинулась она к незнакомке.
В ответ та ласково ее обняла и прямо из воздуха достала какую-то замысловатую игрушку.
– Вот – мне ее один знакомый эльф сделал. А я дарю ее тебе. Так что не надо на него обижаться. Хорошо?
– Угу… – кивнула девчушка, сосредоточенно крутя игрушку в руках.
– Да кто же ты? – обессиленно спросил мужчина, падая на колени.
– Ты уже получил ответ. Теперь тебе осталось лишь вспомнить… Хотя… – Она как-то странно на него посмотрела. – Четырнадцать человек, убитых собственноручно, и приказ о смерти еще трех десятков… это все-таки много, чтобы узнать среди них меня… К тому же тогда я имела совсем другой вид… – Последние слова были произнесены уже далеко не женским голосом. Теперь перед братком все в той же позе сидел молодой парень…
Вот его Кичинский узнал мгновенно.
– Ты?!! Но как же так?! Ты ведь мертв! Я сам видел, как тебя закапывали!
– Ну… Воскреснуть не так уж и сложно, если знаешь, что надо делать, или если тебе просто очень повезет, – ответил покойник, вновь принимая облик девушки.
– Что тебе надо?
– Мести. Чего же еще? Ведь ты повинен и в смерти моего отца…
– Делай со мной что хочешь, лишь молю – не трогай моих родных…
– Я и так сделаю с тобой все, что захочу. А они… – На мгновение визитер улыбнулся мертвенной улыбкой. – Их я не трону – не имею привычки
– Что со мной будет? – мертвым голосом спросил побелевший как мел мужчина.
– Ну… умрешь. Убивать я тебя буду быстро – через пару часиков скончаешься от болевого шока… А потом настанет самое интересное – я возьмусь за твою душу. Что? Не веришь мне? А вот это зря. Смотри. – Девушка грациозно спрыгнула с подоконника. Когда ее ножки коснулись пола, за спиной появилось два огромных белых крыла. – Сейчас прочувствовал? Что ж, тогда приступим… – С этими словами из ниоткуда в ее руке появилась настоящая коса…
Я как-то отстраненно наблюдал, как за моей невестой… теперь уже бывшей, закрылась дверь. Мне хотелось кинуться вслед за ней. Но как я это сделаю? В моем теперешнем состоянии я могу только слегка повернуть голову в сторону да раздраженно уставиться в потолок уцелевшим правым глазом… Ах да, еще я туда могу плюнуть… И все!
А как все прекрасно начиналось! Окончил институт с отличием, и меня нелегкая дернула пойти в армию. Послужить за отчизну. Горячие точки подогрел на ее благо… Показал себя как хороший пилот всего, что летает. Даже «старички» признавали меня за равного. А теперь…
М-мать! Да чтоб она горела синим пламенем, эта отчизна с ее тварями-депутатами, которые больше кладут себе в карман, чем служат народу, и докторами-взяточниками, которые ради денег готовы любого на органы разобрать.
Поубивал бы. Если бы мог… А вместо этого лежу в этой палате в виде овоща без малейшей возможности пошевелиться. И лежать мне здесь всю оставшуюся жизнь… А все из-за чего? А из-за вконец пьяного водилы, который на полной скорости вылетел на тротуар. Я тогда лишь успел оттолкнуть в сторону свою невесту… бывшую. И что? А ничего! Лежи, отдыхай теперь… Сходил, называется, в увольнительную. До конца жизни… И водиле, гаду такому, ничего не сделали – менты-братья отмазали, а отцы-командиры даже не почесались, чтобы если не посадить, так хоть бы денег на лечение с него выбить… Р-р-р…
– Добрый день, – послышался от двери нежный, с легкой хрипцой, женский голос. Приоткрыв глаз, я увидел рыжеволосую девушку, на вид лет двадцати. Одета она была в строгий и, несомненно, дорогой деловой костюм, который изумительно подчеркивал каждый изгиб ее тела.
– Угу, щаз, – рыкнул я. – Какой на фиг добрый?!
– Ну-ну, не надо так волноваться, вам это противопоказано.
Я лишь яростно сверкнул на нее глазом.
– Ну, как бы там ни было, – продолжила она, – я уполномочена предложить вам работу…