Анимон
Шрифт:
Система сработала и выстрелила оба зонда в заданном направлении. Заняв своё местоположение, позади круглого корпуса каждого раскрылся стабилизатор полёта в форме зонта, и они начали движение в сторону сингулярности.
– Никаких колебаний в показаниях, ничего необычного вообще, лишь космическая пыль и слабое излучение Хокинга. Как думаете, она спит? – поинтересовался Бэджи.
– Вполне может быть, – согласился Акива, – а может, просто не хочет привлекать к себе внимания.
– Прибавить скорость на пять единиц, – произнёс капитан, – так мы и за пятьдесят лет до неё не доберёмся. – Есть у ваших зондов возможность просканировать синаптическиую активность или нейро-импульсы? –
– Задаю необходимые параметры, – торжественно объявил Бэджи, водя руками по экрану управления. – Инженерный поработал на славу.
– Не кради её у научной поддержки, сержант, – одёрнул его Вайс.
– Прошу прощения, профессор, без вас бы мы не справились, – виновато ответил Бэджи.
– Не спешите радоваться раньше времени, лучше скажите, есть ли у Толстяка признаки «мозговой» активности? – спросил капитан, прервав спор.
– Очень слабые возмущения, сэр, – ответил ему доктор Бизо. Народу сейчас на мостике было больше обычного, отчего он стал больше походить на оживлённый базар. – Больше похоже или на остаточный след или, что вероятнее всего, помехи, вызванные космическим излучением.
– Она, словно затаилась и спрятала все следы своего воздействия, – капитан старательно подавлял внутри всё разраставшееся чувство тревоги.
– Расстояние до цели одна астрономическая единица, – произнёс Акива. – Идём ближе, капитан?
– Ещё пятьдесят миллионов километров и стоп, – ответил он.
– Серьёзных изменений в показаниях нет, но вот окружающий космос, – Бэджи постучал по монитору, – такое ощущение, будто откуда-то идёт посторонний фон, – с сомнением произнёс он и тут же воскликнул: – Да ладно, помехи? У нас уже давно цифровое оборудование.
– Принимаю шипяще-свистящий сигнал, капитан, – обратился к фон Хотторну связист. – Он повторяется, такое ощущение, что кто-то пытается настроиться на нашу волну.
– Толстяк решил поздороваться? – вскинул бровь капитан.
– Зонды достигли конечной точки. Полный стоп, – скомандовал Акива и зонды остановились.
– Что с оборудованием, сержант Бэджи, мы готовы к знакомству? – спросил капитан старшего инженера.
– Пытаюсь настроить, сэр. Они вдруг вышли из строя без видимых на то причин, – отвечал сержант, крутясь вокруг аппаратуры и то стуча по ней, то пытаясь вернуть параметры в исходное состояние. Наконец, ему это удалось и приборы вновь заработали в штатном режиме.
– Сэр, сигнал пропал, радиомолчание на всех частотах, – рапортовал связист.
– Всем быть начеку, начинаем. Включить режим сканирования сингулярности, – скомандовал капитан, сосредоточенно всматриваясь в главный экран. – Увеличить разрешение изображения на сто единиц, – изображение увеличилось и теперь оба зонда были уже не маленькими точками, а предстали в своих истинных размерах.
– Ничего капитан, только фон да помехи, – разочарованно произнёс Бэджи. – Состав сингулярности определить невозможно. Попробую выпустить капсулу, посмотрим, не затянет ли её внутрь, – сержант нажал на кнопку и от одного из зондов отделилась маленькая сверкающая деталь, стремительно направляясь в сторону чёрной дыры. Преодолев радиус Шварцшильда 11 , капсула стукнулась о поверхность и, отскочив, по инерции полетела в обратном направлении.
11
Гравитационный радиус (или радиус Шварцшильда) представляет собой характерный радиус, определённый для любого физического тела, обладающего массой: это радиус сферы, на которой находился бы горизонт событий, создаваемый этой массой (с
На мостике воцарилась полнейшая тишина, все взгляды были прикованы к экрану.
– Она твёрдая, – прервав молчание тихим голосом произнёс сержант Бэджи.
– Это невозможно. Чёрная дыра не способна по своему желанию менять свою плотность, – недоумевал профессор Вайс. – Она просто не может быть твёрдой.
– Вы ещё не поняли, что мы находимся в зазеркалье, где возможно всё, что угодно? – спросил его Акива.
– Ущипните себя и выйдите из ступора все, – грозным голосом возвестил капитан. – Мы здесь для того, чтобы дать логическое объяснение этому феномену. Проверьте архивы, возможно до нас уже кто-нибудь сталкивался с чем-то подобным.
– Нет капитан, ничего похожего на наш случай до сих пор зафиксировано не было. Во всяком случае в архивах подобной информации нет, – почти сразу ответил Акива.
– Интересно, сингулярность, способная менять своё агрегатное состояние, – задумался капитан. – Есть ли способ вскрыть её, проделать отверстие или отколоть кусок? – спросил он всех присутствующих, ни к кому конкретно не обращаясь.
– На зондах стоит небольшой лазерный бур, можем попробовать его, – предложил Бэджи.
– Давайте рискнём, – согласился Гвидо и тут же один из зондов пришёл в движение, управляемый сержантом, и, сократив расстояние, развернул бур, направив его на поверхность сингулярности.
– Не спешите, сержант. Медленно, – предостерёг его Акива.
Из бура вырвался пучок лазера и, чиркнув по поверхности дыры, тут же исчез, не оставив на ней ни царапины.
– Увеличиваю интенсивность и продолжительность, – предупредил Бэджи. На этот раз пучок оказался толще и был виден в течение пяти секунд, но никаких видимых повреждений он также не нанёс.
– Что с показаниями приборов? – осведомился капитан.
– Без изменений, сэр, тишина, – ответил профессор Вайс.
– Сержант, увеличьте интенсивность до десяти единиц и время до одной минуты, попробуем ещё раз, – капитан обратился к Бэджи и тот согласно кивнул головой. Пучок стал ещё толще и трудился уже целую минуту, как вдруг, неожиданно прошёл поверхность насквозь и утонул в глубине сингулярности.
– Нам удалось, мы её пробили? – с недоверием в голосе спросил Вайс.
– Больше похоже на то, что нам открыли входную дверь, – скептически ответил капитан.
– Зафиксирован выброс излучения Хокинга, сэр. Она ожила, – воскликнул Бэджи.
– Не нравится мне всё это. Поскорее бы убраться отсюда, – со страхом произнёс кто-то из команды.
– Не раньше, чем вернём реактор в рабочее состояние, – отозвался на это Акива. – Кстати, как там обстоят дела с ним, Бэдж?
– Не можем стабилизировать нашу сингулярность, – сразу же ответил он.
– Никакие наши расчёты не позволяют выжать из неё хоть каплю энергии, сэр, – поддержал коллегу Вайс.
– Значит, пробуем и дальше вернуть украденное. Есть идеи как нам выкачать энергию из Толстяка? – спросил капитан.
– Было бы намного проще, оставайся он в своём классическом агрегатном состоянии постоянно, – ответил капитану сержант. – Пока, боюсь, шансов никаких.
– Сделаем перерыв и обсудим дальнейший план действий. Жду всех в кают-компании через пять минут, зонды пусть продолжают сканирование, – с этими словами капитан двинулся к выходу с мостика, как вдруг корабль тряхнуло.