Анна Фаер
Шрифт:
– Ты выглядишь жутко,- посмотрел на меня Дима.
– Расслабьтесь. Ничего страшного не будет.
Но что-то страшное было! Конечно, я соврала тогда!
На репетицию мы почти опоздали. Но в итоге, когда нас пустили за занавес, я радовалась, что мы опоздали. Мне нужно было много времени, чтобы осуществить мои планы.
– Дима,- сказала я с недоброй улыбкой на губах,- присядь и закрой глаза.
Он меня послушал. Жаль, что этот славный парень привык мне доверять. Когда-нибудь это сыграет с ним поистине жуткую
– О, нет. Ты не серьёзно! – Макс смотрел на то, как я доставала из сумки мелки для волос.
– Что происходит? – закрутил головой Дима.
Он сидел, закрыв глаза и улыбался, ожидая чего-то весёлого. Когда он откроет глаза, что-то весёлое появится. Розовые волосы, например.
– Ты мне волосы красишь? – сразу же догадался Дима.
– Зачем ты такой умный? – сказала я недовольно. – Ведь так же совсем не интересно!
– Что за цвет? Что-то крутое?
– Да. Ты слишком светлый для этой тёмной песни. Я сделаю твой цвет чуть-чуть темнее.
– Макс, там точно всё нормально? – на лице у Димы были две милые ямочки.
– Ну, она говорит правду. Будет немного темнее.
– Да? Ладно, тогда всё хорошо.
Когда я закончила красить волосы, я отпустила Диму к зеркалу и обернулась к Максу.
– Теперь займёмся тобой!
– Нет. У меня волосы, слава богу, чёрные. Ты их не покрасишь.
– Я и не собиралась! С розовыми прядями ты бы был эмо! А у нас тут панк-группа!
– Панк-группа?
– Да! «Орион»!
– Ну, нас двое. Это дуэт.
– Нас трое. Я просто не выступаю, понял? И вообще, не отвлекай меня от работы!
– Какой ещё работы? Ты же ничего не делаешь,- усмехнулся он нахально.
– Я стилист, дорогой! Поэтому снимай свою майку! Она здесь неуместна.
– И в чём я буду выступать?
– Снимай майку, а я сейчас всё достану.
Макс снял майку, я её забрала и протянула ему чёрную кожаную жилетку Алекса.
– И?
– Это всё! – расплылась я в улыбке.
– Думаю, под ней должна быть майка или вообще хоть что-то.
– Нет! Одевай на голое тело!
– Не стану.
– Я тут стилист! Моё слово – закон!
– Фаер, отдай майку,- Макс стал наступать на меня.
Я пятилась и говорила:
– Хочешь, я тебе глаза подведу? Они будет ещё ярче! Они и без того яркие, а если я их подведу…
– Отдай мне майку, Фаер,- Макс угрожающе протянул ко мне руку.
Я быстро надела на неё кожаный браслет с металлическими заклёпками, который так великодушно одолжил мне опять же Алекс.
– Это всё твой сценический образ, ты не можешь спорить с моим вкусом!
– Что происходит? – это вернулся розововолосый Дима.
– Он хочет забрать майку!
– Твою майку?
– Да нет же, мою собственную! – вырвалось у Макса. – Посмотри, во что она меня нарядила!
– О, я не один буду выглядеть, как придурок!
– Лучше помоги мне забрать у
В этот момент объявили их выход.
– Я тебя ненавижу,- посмотрел на меня злобно Макс.
– Удачи! Я знаю, что вы пройдёте!
Дима добродушно рассмеялся, и они вышли на сцену.
Я даже не смотрела на них. Я прекрасно знала, что они делают, как выглядят их лица, как напрягаются руки Димы, когда он стучит по барабанам, и как запрокидывает голову вверх Макс, когда нужно брать высокие ноты. Я всё знала. Я столько раз слышала эту песню на репетициях, что она мне уже порядком надоела. Я знала, что песня отличная, я знала, что исполнение парней превосходных, я знала, что они пройдут. И поэтому мне было скучно.
После нас выступало ещё четыре человека. Все девушки. Все поют. Всё это время я смеялась над Максом, который любыми путями пытался забрать у меня свою майку. Ему пришлось постараться, чтобы заполучить её назад. Потом, когда он всё-таки сумел её забрать, я, под угрозой смертной казни, заставила их сделать фотографию на память.
– Вы только подумайте,- говорила я, сильно размахивая руками,- что будет, если вы в будущем станете музыкантами! Ведь у вас так хорошо получается! К чёрту врачебную карьеру! Создали бы группу! Это ведь гораздо интереснее!
В итоге я уговорила их сделать фото. Пришлось ссылаться на то, что если в будущем они и станут музыкантами, то у нас было бы фото того, как всё зарождалось.
И вот настал момент, когда объявляли тех, кто прошёл. Называли участника, делали какие-то замечания и переходили к следующему. Я была в шоке, когда парней не назвали. Нет, я ведь ни на секунду не сомневалась, что они пройдут! А тут такое!
Но в самом конце их имена всё же назвали. Я радостно вскочила с места, и все на нас обернулись, кое-кто даже рассмеялся. Женщина, зачитывающая список, посмотрела на меня строго, а потом продолжила говорить. Она делала замечание. И знаете какое? Ей, видите ли, не понравилось то, как выглядели парни! Я слушала её, пожирала взглядом и сжимала руками спинку сидения, которое было передо мной.
– Только не истери, - добродушно шепнул мне Дима.
– Я и не собиралась, - соврала ему я.
Но мне стало ужасно обидно! Обидно не из-за слов той полненькой женщины на сцене, а из-за слов Димы. «Не истери». Почему я не должна истерить, если я хочу этого? Все твердят, что мы должны показывать свои эмоции, но видеть их не хотят. Это так неправильно.
– Мы прошли! Ты рада? – улыбнулся мне Дима, и подступившая ко мне обида сразу же растаяла в воздухе.
Дальше в их с Максом репетициях я не участвовала. Песня мне надоела, стилист из меня вышел никакой, поэтому я совсем отстранилась от этого дела. Я только в очередной раз отметила для себя то, что в моей жизни нет такого занятие, которое могло бы кого-то удивить. Нет таланта.