Аннабель
Шрифт:
— Они обе, как и я, гнались за бессмертием. И почти его догнали, могу сказать. А всё по инициативе моей матери. И я бы могла быть на месте сестры, если бы родилась не ведьмой, а целительницей. Какая несправедливость, не так ли? — Дженна скривила и без того отвратительное лицо.
— Могла бы быть на её месте? — внезапный укол злости пронзил сердце Бель. Дух продолжал набирать силу. — То есть быть убитой своей же сестрой? И правда, не справедливость.
— Ты где так дерзить научилась? Или ты всё это время только строила из себя тихоню?
— К чему
— А к тому, что твоей бабке было далеко за сотню, когда она передала этот «дар» Марии. А та в свою очередь хотела подарить вечную жизнь ненаглядной доченьке, которая каким-то образом умудрилась уродиться ведьмой, но при этом унаследовать искру целителя. А значит вполне могла использовать знания, хранившиеся в книге, и силу, запечатанную в шкатулке. Я вырвала оттуда страницу, изучила каждую буковку. И теперь мне осталось совсем немного до исполнения желаемого.
От неожиданного всплеска магии перед глазами Аннабель пошли пятна, заставив на секунду даже потерять равновесие. Дженна почему-то застыла, а потом нервно заозиралась. Дальше она говорила куда более торопливо, чем до этого. Кажется, что-то всё-таки поменялось.
— Я поделюсь бессмертием, отдай шкатулку! — зачем-то тётка протянула ладонь вперёд, словно эта шкатулка находилась прямо сейчас у Аннабель. — Мне не придётся платить Мёртвым за помощь, и я сохраню жизнь тебе. Хочешь?
— Ты заплатишь, и не только им! — снова тот самый голос, который Бель слышала от Деймоса, когда он был в полной боевой готовности. Нездешний, пробирающий до самой души.
Купол с шуршанием тысяч змей опал туманом на землю, представляя взору ведьмы страшное зрелище. Духов Мёртвых здесь больше не было. Но и живых, кажется, не осталось. И только облачённый в боевую ипостась дух крови, с пылающими глазами тянет покрытую шипами руку к девушке. Ему нужна сила, здесь и сейчас. И ни мгновением позже. И несмотря на то, что Аннабель знала, чем для неё это закончиться, другого выбора больше не было. Ведьма вложила свою ладошку в его когтистую лапу. От самого запястья и до локтя появилось несколько глубоких порезов. Мир перед глазами ведьмы пошатнулся.
Где-то сбоку завизжала Дженна, из земли вырвались щупальца, чтобы нанизать её на себя, как в первый раз, а затем волна зелёной магии полностью впиталась в труп тётки, чтобы тут же взорвать её изнутри, и позволить свету вновь озарить покрытый густым сизым смогом дом.
Какое-то время Аннабель буквально висела на руке у духа крови, пока тот сам приходил в себя. Мужчина с трудом возвращал дыхание в норму, и сам менял ипостась на человеческую, втягивая крылья-кости в спину. Он не ожидал, что в этот раз будет настолько тяжело. И насчёт следующего возвращения Дженны были серьёзные опасения. А оно произойдёт. И вряд ли до этого момента пройдёт много времени.
— Нам *****. — непонятно с какой стороны прозвучал голос Вольфганга. Измученный, хриплый. Бель сейчас была не совсем в состоянии оценить откуда же он исходил.
— Он жив? — не в силах двинуться,
— А ты не слышишь? — Деймос ответил практически монотонно. Ему тоже теперь требовался отдых.
— Лучше бы сдох. — честно признался сдавленный голос чернокнижника. — А ещё лучше, если бы сдохла эта мразь.
— Я её тоже ненавижу. — девушка вздохнула, и кое-как переползла на живот полусидящего Деймоса. Получилось не очень продуктивно, но Аннабель была благодарна духу за посильную помощь в переносе её тушки с холодной земли на тёплое Деймосово брюхо.
— В этот раз было сложнее. — через некоторое время дух крови пошевелился.
— Эта тварь почти всех наших перебила. — злоба в голосе Вольфа была настолько яркой, что передалась и самой Бель. Девушка буквально до кончиков пальцев прочувствовала как защищённый от ментального воздействия чернокнижник желает собственноручно отправить Дженну на тот свет окончательно.
— Она хочет быть бессмертной. — выдала новую информацию Аннабель. — В книжке мамы… я не знаю в какой именно, был ритуал, если я всё верно поняла. И мама с бабушкой им пользовались. Каким-то образом продлевали жизнь.
— Как они умудрились до самого конца оставаться на свободе? — удивился Вольфганг.
— А за что их было лишать свободы? Они ведь никому не вредят.
— В любом случае, такие «ритуалы» в разрешённых фолиантах не описываются.
— Какие же вы, люди, всё-таки завистливые. — вставил своё мнение Деймос, мягко подтягивая Аннабель поближе к груди.
— Это с чего такие выводы? — чернокнижник принял чуть более удобную позу, насколько хватило сил.
— Ну вам лишь бы отнять у другого, чтобы он не смог жить дольше. Все эти книги, знания. Вы от зависти убивать готовы. А спятившая тётка Бель живое тому подтверждение. — мужчина рассуждал расслабленно, глядя в затягивающееся облаками небо. Одной рукой он гладил обессиленную ведьму по волосам, вторую положил под голову.
— Можно подумать, у кровавых духов не так. — Вольф презрительно фыркнул.
— Конечно не так. Мы относимся друг к другу спокойно, пока не появится повод убивать. Но эволюция распорядилась так, чтобы мы старательно избегали создания таких поводов. Взаимоуважение и умение не лезть за чужие границы, вот что до сих пор сберегает нас.
— Ей нужна моя шкатулка. — грустно произнесла Аннабель через несколько долгих минут тишины. — И я.
— А тебе больше жалко себя или шкатулку? — со смешком уточнил Вольфганг.
— Мне жалко тех, кто из-за всего этого пострадал. — честно призналась девушка. — И я солгу, если скажу, что не чувствую за собой вины. — голос Бель дрогнул. Деймос прижал её ближе.
— Ну давай ***** порыдай теперь из-за этого. — чернокнижник чуть не зарычал от раздражения. — Пусть тебя все вокруг пожалеют, а те, из-за кого ты устраиваешь этот спектакль и дальше гниют в земле.
— Лучше замолчи. — Деймос повернул голову к Вольфу и одарил того ледяным взглядом. — Твои способы обратить на себя внимание не лучше.