Аннабель
Шрифт:
— Прости, но я сегодня не в настроении. — ведьма продолжила свой путь к кухне. — Знаешь ли, не охота заниматься любовью, зная, что у тебя под окнами пару часов назад была гора трупов, а тебя саму чуть не выпила мёртвая тётя.
— Ты преувеличиваешь.
— А ты преуменьшаешь. Хочешь насиловать — насилуй. Добровольно я тебе сейчас не отдамся.
Остановившись в нескольких шагах от Аннабель, дух нервно закусил губу и нахмурил брови. Девушка вновь повернулась к нему, понимая, что последние слова всё-таки были лишними.
— Я не собираюсь тебя насиловать. — металлическим голосом произнёс Деймос, не сводя мерцающих зелёными искорками
Последовала какая-то неприятная немая сцена, где Бель вроде бы и хотелось что-то сказать, чтобы разбавить гнетущую тишину. Но в то же время боялась снова выдать что-нибудь лишнее или неподходящее. Поэтому лишь мотнула головой, будто бы избавляясь от нехороших мыслей, и как ни в чём не бывало, вернулась к поиску еды.
Ужин прошёл всё в том же молчании, под пристальным взглядом духа. Как рассудила для себя Аннабель, мужчина был обижен на неё, но не подавал виду. Хотя, с другой стороны, а как ещё трактовать вот это постоянное наблюдение с кричащим укором во взгляде?
— Ты на меня обиделся? — не выдержала ведьма. Деймос не ответил. Ни сразу, ни через несколько минут. Продолжал смотреть. — Слушай, ну хватит, я же не хотела тебя задеть. — дух многозначительно поднял брови. — Если будешь и дальше сверлить меня взглядом, я просто уйду спать!
— То есть тебе будет приятнее спаться, когда я за тобой наблюдаю? — насмешливо хмыкнул мужчина, улыбаясь уголками губ. Кажется, предположение об обиде не подтверждалось.
— Ты просто издеваешься надо мной, да? — наконец поняла Аннабель. — Наказываешь таким ужасным способом, верно?
Деймос тихонько рассмеялся.
10. Белая змея, погребение, и судьбы
— Так, ты будешь изучать эти книги, — Вольфганг, одетый в домашний халат, принял несколько фолиантов из рук кровавого духа. Тот покорно стоял со стопкой, вытащенной из закромов развалившегося особняка Аннабель. — я возьму себе несколько этих, — для себя чернокнижник тоже выбрал парочку с наиболее состаренными переплётами и непонятными надписями на корешках. — а для тебя оставляю всё что держишь в руках. — мужчина похлопал по оставшимся книжкам, которые держал Деймос. — Приступаем как можно быстрее, я думаю, что где-то среди этих писанин найдётся более верный и гуманный способ избавиться от призывателя Мёртвых, чем тот, что мне предложили в Службе.
Демос окинул четыре разноцветных тома различной степени убитости задумчивым взглядом. Сел на стул рядом со сосредоточенной ведьмой, и зачем-то понюхал одну из книг.
— А что тебе предложили? — свои книжки Аннабель аккуратно отодвинула в сторону, не будучи до конца уверенной что именно ей предстоит там найти. И насколько более гуманным должен оказаться способ, описанный внутри.
— Поверь, ничего хорошего для тебя, и всех, кто живёт в месте контракта Дженны и Мёртвых.
— А они уже нашли это место? — удивлённо спросила девушка. Деймос уже приступил ко вдумчивому чтению, и больше, похоже, не слушал разговор. Хотя однозначно отвлёкся бы на него, если бы появилась какая-то интересная информация.
— Ты думаешь, в СКИР совсем не работают? То, что их перебила эта тварь вовсе не значит, что они не были осведомлены об опасности. Просто она
— А его то за что посадили?
— За то, что по его вине погибло по крайней мере трое карателей, два следопыта и несколько простых солдат. — резко ответил Вольфганг.
— Такое чувство, что если бы ты принимал решение о наказании для него, ты бы его вообще казнил. — в голосе Аннабель скользило лёгкое раздражение. Она вины за координатором не чувствовала, а вот за собой ещё как. На соседнем стуле подавился смешком дух крови. — Что такое?
— Я и принимал это решение. — отпечатал чернокнижник. — Ещё вопросы?
— Понятно. — коротко бросила Бель, осознавая, что дальше эту тему продолжать бессмысленно. Особенно если пост Вольфа в СКИРе гораздо выше, чем она думала. — Что я должна найти?
— Любую информацию, связанную с призывом и изгнанием Мёртвых. Всё что найдёте, записывайте. Как можно более развёрнуто. После чего сопоставим и будем думать, что делать дальше. Времени в обрез. — мужчина облокотился ладонями на стол. — С момента нападения прошло два дня, значит она вернётся очень скоро, с каждым днём стоит быть всё больше на стороже. Ясно?
— Куда уж яснее. — меланхолично произнёс Деймос, лениво кладя голову подбородком на стол, а книжку выставляя перед собой ширмой.
Шкатулка, стоявшая на кухне всё это время, теперь была переставлена на стол. Аннабель начала именно с её изучения, то и дело замечая, с каким кошачьим любопытством на сокровище косится дух крови. Непонятно, чем его привлекала «кусающаяся» игрушка, но мужчина не мог упустить возможности хоть немножечко к ней прикоснуться.
Едва стоило открыть шкатулку, как знакомая мелодия опять напевала, как когда-то мама ведьмочки. И становилось хорошо, светло, и радостно. Вот только чернокнижник брезгливо морщился, не воспринимая светлое целительство. А Деймос, прикрыв глаза, ритмично покачивался из стороны в сторону, наслаждаясь звуком. Бель же поглаживала фарфоровую балерину по струящимся волосам, и целиком уходила в свои воспоминания.
Там её мама ещё была жива, и всегда приходила на помощь, если девочке было грустно или тяжело. Если кто-то обижал, если где-то поранилась. Она постоянно была рядом. Добрая, светлая, надёжная. И та противная злобная гарпия, её сестра, смотрелась на фоне светловолосой Марии настоящим порождением ада. В общем-то, с течением времени, как оказалось, она свой образ целиком оправдала.
А теперь не осталось практически ничего. Ни семьи, ни дома. Только эта белая шкатулка с позолотой, единственное, что сохранило в себе звуки маминого голоса, и теплоту прошлого.
От прикосновения тёплой ладони к запястью Аннабель вздрогнула всем телом, и облизнула от чего-то солёные губы. Повернулась к Деймосу, по лицу которого невозможно было понять о чём он думает. Но дух явно был обеспокоен тем, что девушка… кажется, плачет.
Поняв это, Бель спешно вытерла непрошенные слёзы и закрыла шкатулку.
— Я в порядке. — соврала она голосом, не очень похожим на свой собственный. — Просто задумалась.
— Я заметил. — Деймос скептически кивнул головой.
Первый день корпения над книгами не принёс должного результата. Найти что-то полезное получилось разве что у кровавого духа. Но тот и читал текст последовательно, не пропуская ни строчки, в отличие от Вольфа и Бель.