Аннабелла
Шрифт:
– По-доброму! Поступи он иначе, это нанесло бы урон его репутации, – парировала Аннабелла.
Ее охватил ужас. Одно дело – притвориться Розой и жить спокойно в Лондоне с леди Ордуэй, пока Джайлс Стантон находится в Париже. Но совсем другое – вести себя как хозяйка дома, развлекать великосветских гостей – при том, что она совершенно не умеет этого делать! Да еще под оценивающим и недоброжелательным взглядом орлиных глаз… Справится ли она?
– Тетя Лаура, я совсем не уверена, что у меня это получится!
– Должно получиться! Если Роза настолько нездорова, как ты говоришь, то разве она сможет с этим справиться? Анна, дорогая,
– Милая тетя Лаура, мне придется! Розе это не под силу. Но не таким я представляла свое пребывание в Лондоне. К тому же я уже говорила: я не обучена светским манерам.
– У тебя все получится, – заверила ее леди Ордуэй. – Я тебе помогу. Роза ведь была очень юной, когда вышла замуж за Стивена, и они не часто выезжали в свет. Никто не станет ждать, что ты обойдешься без чьего-либо покровительства.
– Но я не обладаю изяществом манер Розы, тетя Лаура! Она интуитивно чувствует, как надо себя вести. Даже в Беркшире я общалась с соседями только по мере необходимости, и мне не раз намекали, что мои манеры оставляют желать лучшего. Я привыкла поступать по-своему. Со мной никто никогда не спорил…
– Во многом виноват твой отец! – неожиданно сурово произнесла леди Ордуэй. – Я неоднократно говорила ему, что тебя необходимо вывести в свет, а ему собственный покой был дороже. Но не отчаивайся. Ты умная, сообразительная девушка и такая же очаровательная, как моя Роза. Кое-чему тебя научу я, а остальное восполним уроками хороших манер и танцев. Скажем Джайлсу, что тебе необходимо немного поупражняться, так как ты давно не выезжала в свет. Уверяю: мы еще с тобой повеселимся, милая Анна!
На следующее утро Аннабелла проснулась совсем неотдохнувшая, так как пол ночи мучилась мыслями о том, удастся ли ей «заменить» собой сестру. А когда наконец глаза у нее сомкнулись и она погрузилась в сон, то ей снилось, что она совершает одну ошибку за другой и в результате ее разоблачают перед лондонским высшим светом.
В комнате было совсем темно, а в доме – тихо. Когда глаза у нее привыкли к темноте, она разглядела узкую полоску света слева. Ставни на окнах! Она осторожно приблизилась к окну. Неумело отдернув шторы и откинув крючки, подняла ставни. За окном был ясный день.
Аннабелла оглядела комнату: не такая большая, как ее спальня дома, но потолок выше и обстановка более современная и удобная. Она увидела дверь в гардеробную, вошла туда и в шкафах обнаружила огромное количество платьев, шалей, туфель, мантилий, шляп и прочих предметов туалета. Большую часть одежды явно долго не носили, а на передних вешалках были наряды скромных расцветок, так как Розабелла последний год провела в трауре.
Аннабелла вернулась в комнату. Интересно, который час? В этом лондонском доме на удивление тихо по сравнению с деревенским шумом, врывающимся в окна в Темперли. Она взглянула на изысканные французские часики, стоящие на каминной полке. Уже десять! Как она могла столько проспать? Что о ней подумают? Торопливо сполоснув лицо над симпатичным умывальником, стоящим у стены, Аннабелла надела простое бледно – зеленое платье для прогулок, которое принесла из гардеробной. К нему прилагался зеленый бархатный жакет. Она поспешно вышла из комнаты, но около дверей спальни леди Ордуэй остановилась. Оттуда не доносилось ни звука. Тогда она спустилась вниз и вошла в столовую: там было пусто, а на
– Ой, простите меня! Я… я…
– Ничего страшного. Где… где полковник Стантон?
– Уехал, мэм. Верхом. Он каждое утро так делает.
– Понятно. – Аннабелле тоже захотелось подышать свежим воздухом. – Ты сможешь открыть мне дверь?
– Открыть дверь? – Служанка разинула рот. – Вы собираетесь выйти? Так рано?
– Ну да, собираюсь. По-моему, утро чудесное.
Аннабелла быстро пошла в сторону Гросвенор-сквер. Она дважды обошла площадь, наблюдая за снующими слугами, посыльными и уличными торговцами, которые в свою очередь останавливались и глазели на нее. Наверное, это оттого, что рядом с ней нет ни грума, ни лакея. Даже в Беркшире молодую даму обычно сопровождали. Когда наймут новых лакеев, она должна позаботиться о том, чтобы к ней приставили одного из них. Вдруг около нее возник большой гнедой конь, вставший на дыбы, так как всадник резко натянул поводья.
– Розабелла! – Джайлс спрыгнул на землю. – Почему, черт возьми, ты здесь?
Аннабелла непонимающе взглянула на него. Что она сделала не так? Неужели отсутствие лакея – причина такого гнева?
– Доброе утро, Джайлс, – вежливо поздоровалась она. – Я просто вышла подышать воздухом. Правда, прекрасное утро?
Джайлс шагнул к ней.
– Ты знаешь, который час?
– Должно быть, половина одиннадцатого. Я долго спала.
Джайлс обернулся – вокруг них начала собираться толпа зевак.
– Пойдем домой. – Он поискал глазами в толпе какого-нибудь конюха. – Эй, ты! Возьми мою лошадь, отведи на конюшню и передай ее Госсу. – Он бросил конюху монету и, подхватив Аннабеллу под руку, повел ее обратно на Верхнюю Брукскую улицу.
– Вы слишком быстро идете, Джайлс.
– Я тороплюсь, потому что хочу поговорить с тобой без свидетелей.
– Джайлс, вы очень сильно сжали мне руку. Пожалуйста, отпустите! – Он не обратил внимания на ее слова, и тогда Аннабелла неожиданно остановилась, изо всех сил стараясь удержаться на ногах. Она не на шутку разозлилась. – Джайлс, вы не в армии, а я не военнопленная! Я буду рада вас выслушать дома, но мы пойдем туда нормальным шагом. Я не потерплю, чтобы меня тащили волоком!
– Ты осмелела после отдыха в деревне, – заметил он. – Хорошо. Могу ли я попросить вас пройти со мной до нашего дома? И могу ли также попросить вас уделить мне время за завтраком?
– Можете. – Аннабелла величественно кивнула и поспешила высвободить свою руку.
Этот жест почему-то развеселил Джайлса, он улыбнулся, и его лицо сразу преобразилось: напряженное выражение исчезло, в глазах засветились веселые искорки. Но это длилось недолго – он опять помрачнел.
Когда они вошли в дом, Джайлс безапелляционно заявил:
– Жду в столовой. Через десять минут. – Аннабелла молча взглянула на него. Тогда он со вздохом сказал: – Розабелла, не доставите ли мне удовольствие позавтракать со мной? Через десять минут. Пожалуйста.
– Через четверть часа, – уточнила она. – Спасибо, Джайлс. Я буду рада. – И стала подниматься по лестнице.
Он с недоумением проводил ее глазами.
Ровно через пятнадцать минут Аннабелла появилась в столовой. Слуг она не увидела и догадалась, что Джайлс их отпустил. Он уже сидел за столом и читал газету, но, когда она вошла, поднял голову.