Аннотация
Шрифт:
Домин тяжело плюхнулся за крайний стол, опершись спиной о бревенчатую стену. Сэм, аккуратно приставив к стене гитару, помог Арине снять рюкзак, который положил тут же рядом и, повернувшись к внимательно наблюдающему за ними хозяину, вежливо поинтересовался:
— Домин, а где у вас удобства?
— Чего? — мужик даже подался вперед, с удивлением глядя на парня.
Сэмуил засмущался и моментально покраснел. Арина, которая не была настолько щепетильна, перевела:
— Где можно справить нужду и умыться?
— А! Так бы сразу и сказали. Хонька! — Гаркнул корчмарь, — проводи гостей во двор и скажи мужикам, что откроемся, как стемнеет!
Из низкой двери, скрывающейся за цветастой ширмой,
Арина осторожно заглянула внутрь заведения именуемого «МЖ». К ее тихой радости все оказалось не настолько ужасно, как представлялось избалованной роскошью теплых клозетов девушке. Внутри возвышалась сколоченная из оструганных досок высокая тумба с овальной дыркой посредине, на полке кувшин с водой и стопка мягких листиков похожих на лопух. Вполне терпимо, тем паче в кармане еще оставалась пачка бумажных салфеток.
Сделав свои дела, друзья собрались на «малое совещание» у бочки. Сэм снял рубашку и с удовольствием помылся в теплой воде. Арина с завистью на него посмотрела, но, заметив любопытных сельчан, толпящихся неподалеку, решила не смущать общество и ограничилась мытьем рук и лица.
— Что будем говорить? — спросила она Сэмуила.
— Думаешь, правду не стоит? — настороженно поинтересовался друг.
— Уверена. Насколько я поняла из рассказа парня, они считают, что мы местные, только с другого континента. Этой версии и будем придерживаться. Меня смущает ведьма. Если она пришла, когда дед Хоньки был пацаном, то, сколько же ей лет? И еще, мы ничего не выяснили насчет магии и религии, поэтому предлагаю не называться своими настоящими именами. Вдруг они здесь на имя порчу наводят? Я читала, что такое возможно. Поэтому я возьму свой игровой ник — Гельтруда, а как называть тебя?
— Так, как и звала. Сэмуил. Это мое короткое имя. А полное звучит так длинно, что я сам его с трудом выговариваю. Так что мне никакое колдовство не страшно, — парень весело улыбнулся. — Позвольте предложить вам руку, сударыня?
Арина с удовольствием оперлась на предложенную руку, и друзья под любопытные взгляды крестьян прошествовали в корчму.
Пока их не было, народу в зале прибавилось. Рядом с корчмарем сидел невысокий моложавый мужичок с аккуратно постриженными волнистыми волосами и хитрыми глазками. Одет он был в нарядную отбеленную рубаху навыпуск с богатой вышивкой по вороту, из-под нее виднелись новые синие шаровары, заправленные в кожаные черные сапоги. По левую сторону от него, сверкая в полумраке выразительными темными глазами, тихонько примостилась худенькая темноволосая женщина в платье из такой же ткани, что и рубаха мужика. На шее у нее матово блестели бусы из мелкого желтого камня. Из всех встречаемых до этого путниками сельчан эта пара выделялась богатством и опрятностью своих одежд. Хонька что-то рассказывал, эмоционально размахивая руками, зажатой в углу кудрявой девушке лет пятнадцати в аккуратном светлом платье. Она с недоверием слушала его, наматывая на палец прядь волос и бросая нетерпеливые взгляды в сторону накрытого стола. Из большой глиняной кружки пил пиво мускулистый, загорелый мужик с коротко остриженной черной бородкой в темной одежде со следами пропалин. Когда друзья подошли к столу, он как раз, запрокинув голову, вылил внутрь последние капли и с грохотом опустил кружку на стол.
— Эх, хорошее у тебя пиво, Домин. Сладкое и крепкое.
От мужика явственно пахло дымом и горячим металлом. Местный кузнец, решил Сэмуил, окидывая взглядом компанию.
— Садитесь, ноги, чай, не чужие, —
Сэм, дождавшись, пока Арина присядет, упал на жесткую скамью рядом с подругой с наслаждением вдыхая ароматы, витающие над столом.
— Ташка, тащи тетеря! Да пива еще налей, — заорал Домин. — Ну, благородные яры, разрешите, значит, представить наше небольшое обчество. Это — староста наш, Борода, с хозяйкой, — староста улыбнулся одними губами, — и кузнец местный — Макай. За ведьмой я Ришку послал, вскоре подойдет, тогда к разговору приступим, а пока угощайтесь. Ташка! Где ты там! Иди к столу.
Ташка оказалась жена Домина — молодая крепкая женщина с миловидным усталым лицом. Она с улыбкой водрузила на стол деревянную доску, на которой аппетитно благоухала большая зажаренная птица, размерами напоминающая гуся. Увидев такое богатство, Сэмуил сглотнул моментально набежавшую слюну и потянулся за тарелками, которые стопкой возвышались на углу стола.
— А как величать уважаемых ельфов? — поинтересовался староста, наливая в кружки темное пиво.
— Эльфов, — автоматически исправила Арина.
— Чего?
— Правильно говорить — эльфы. Мое имя Гельтруда, можно Геля, а имя моего спутника Сэмуэль, — она специально немного подправила имя Сэма, чтобы оно звучало созвучно имени ролевика Анатолиэля, и тут ей в голову пришла озорная мысль, Арина хихикнула и, лукаво глядя на Сэма, добавила. — Мы не эльфы, уважаемый. Мы — киборги.
— Вона как….
— И надолго ли уважаемые ки-бор-ги прибыли в наши края? — поинтересовался Борода, с прищуром глядя на Сэма, который с наслаждением впился зубами в большой кусок птицы, только что не стонал от удовольствия.
— А это, господин староста, будет зависеть от ряда причин, — улыбнулась Арина, осторожно пробуя пиво. На удивление оно оказалось вкусное — немного с горчинкой, с ярким солодовым вкусом, напиток оставлял на языке послевкусие меда.
— Как ты его назвала? Господин? Это что значит? — влез Хонька, до сих пор тихонько жующий пирожок на дальнем конце стола.
— В нашей империи так обращаются к свободным уважаемым людям, принадлежащим к привилегированному сословию, — пояснила Арина и уткнулась в тарелку, с удовольствием загружая в желудок приготовленные щедрою рукой Ташки блюда. Конечно, питаться сбалансированными «жвачками» чистой энергии было здорово и, вероятно, жутко полезно, но…. Как же они соскучились по вредной жареной пище с калорийным домашним хлебом! Она так увлеклась процессом, что не сразу обратила внимание на повисшую вокруг тишину.
— Что? — Арина обвела притихшее «обчество» взглядом.
— Это чего твоя девка счас сказала? Кому принадлежит староста? — впервые за все время подал голос кузнец.
— Гельтруда хотела сказать, что уважаемый Борода имеет в деревне власть, — быстренько пояснил Сэм, закатывая глаза.
— А! Тады ясно. Так бы сразу и говорила.
Арина скорчила Сэму рожу и дальше старалась молча жевать, не влезая в разговоры, тем более, еда была вкусная, ее было много, а попробовать хотелось все. Остальные не отставали, изредка перекидываясь незначительными фразами. Когда Ташка принесла на стол большой румяный пирог с ягодой, Арина застонала и расстегнула ремень.
— Столько есть нельзя! Но как вкусно! Уважаемая, ты — волшебница! Так вкусно не готовят даже в самых дорогих ресторанах, в которых мне довелось побывать! — Арина с сожалением смотрела на кусок пирога, который ей щедро отрезала Ташка, но который никак не хотел вмещаться в переполненном желудке.
Жена корчмаря заулыбалась от похвалы:
— Может, травяного настоя чтоб, значица, пропихнуть пирожок-то?
— А что такое ревсторан? — воспользовавшись паузой, тут же вмешался любознательный Хонька.