Античеловек

Кунц Дин Рей

Поэтому я принялся думать. То есть сначала я пытался не думать, но у меня ничего не вышло. Все время, проведенное в тюрьме, я предавался размышлениям, но до сих пор не пришел ни к какому определенному выводу.

Андроид – Бог? Он так сказал. Но почему Он решил прийти на Землю столь трудоемким и утомительным путем? И что Он намеревается делать? Было ли это вторым пришествием? Да вообще, является ли Он христианским Богом? Может, это Бог буддистов? Или иудеев? Или индусов? Или – это казалось мне наиболее вероятным – это Бог, еще ни разу не описанный людьми?

Я знал, что последнее утверждение почти наверняка соответствует истине.

Мы

никогда не понимали природы Бога. Земные религии – все без исключения – со всеми их теориями, доктринами и догмами были в корне неверны. Но я отношусь к тем людям, которые предпочитают не выступать с критикой, если они не располагают новым конструктивным предложением. А я не мог сформулировать собственной теории об истинной природе Бога. Это была тайна, недоступная моему разумению.

Я подумал: а что произойдет с миром, когда начнутся принесенные Им перемены? Вдруг ткань нашей реальности изменится так резко, что многие люди не смогут к этому приспособиться? Нет, Он сказал, что мы изменимся, что человеческий мозг сможет работать на полную мощность. На что будет похож мир, населенный гениями, – бабушка надвое сказала. Теоретически это звучит весьма заманчиво, а на практике может оказаться невыносимым. Общество хладнокровно мыслящих машин – нет, я не так представлял себе Утопию.

Прежде чем я успел это осознать, мой "пузырь" перешел из основного туннеля в отводной, а оттуда – к выходу. При проходе из отводной трубы в фойе "пузырь" рассыпался, а пыль улетела вниз, сквозь решетку. Там она будет собрана и использована для создания нового "пузыря", потом еще одного и еще – и так будет продолжаться, пока существует система "пузырей". Кресло остановилось у платформы. Я встал и вышел в коридор.

Я нашел свободный лифт и поднялся на сто четвертый этаж своего уровня.

Это был уровень жилых квартир. Здесь движущиеся дорожки не встречались – считались дурным тоном. Я прошел по ковровой к своей квартире, приложил палец к идентификационному замку и подождал, пока компьютер определит, имею ли я право войти. Секунду спустя дверь открылась. В то мгновение, когда я шагнул через порог, в дверной косяк врезались две пули, да так, что только щепки брызнули. Я упал, перекатился вперед и громко скомандовал закрыть дверь.

Она захлопнулась ровно в ту секунду, когда с другой стороны в нее врезался убийца. Когда я встал на ноги, меня трясло. Я никак не мог сообразить, что же мне следует делать. Мое состояние приближалось к шоку.

Вкатившись в квартиру, я успел обернуться назад и увидеть убийцу. Это был тот самый мертвый двойник андроида в Его человеческой форме...

Глава 11

Я добрел до ближайшего кресла и без сил упал в него. В сознании у меня бушевал ад кромешный – я пытался осмыслить увиденное. А из какого-то уголка сознания, словно леденящий ветер, неумолимо ползло слово "Франкенштейн".

Сперва я попытался убедить себя, что это было просто случайное сходство, что какой-то вор просто-напросто сидел на этаже и поджидал. пока появится одинокий прохожий, которого можно ограбить. Но зачем вору забираться так далеко? Чтобы попасть на ближайшую станцию "пузырей", ему пришлось бы воспользоваться лифтом и спуститься на несколько уровней. Если бы я поднял тревогу, лифт бы остановили, а телефонная будка находится в десяти футах от моей квартиры. Но если он собирался просто ограбить меня, зачем ему понадобилось

стрелять? Почему было просто не отнять деньги и не убежать с ними? Не стоит заниматься самообманом. О случайном сходстве не может идти и речи. Нападавший был одним из Его андроидов, и он пытался убить меня.

Но почему? Почему?..

Единственным объяснением, пришедшим мне в голову, было предположение, что Он испугался, что я расскажу властям о Его местонахождении и Его убьют.

Но это не имело никакого смысла. Он не мог не знать, что я никогда не предам Его. Даже если бы я захотел Его выдать, я сделал бы это тогда, когда сидел в тюрьме и думал, что мне больше не на что надеяться. В принципе, конечно, я мог расколоться, чтобы облегчить собственную участь. Но убивать меня сейчас?

Это бессмысленно.

Кроме этого, Он – Бог. А Бог не станет убивать, не имея на то весомых причин. Так ли это или нет? Я напомнил себе, что Он не похож ни на одно известное описание Бога. Физически он иной. А что, если он и мыслит иначе?

Кто сказал, что божество не может быть садистом? А возможно, Он солгал мне.

Кто сказал, что Бог не может лгать?

Но на кой черт Он попытался это сделать? Зачем Ему понадобилась моя смерть? Какую цель Он преследовал? Я вновь вернулся к исходной точке размышлений, так ничего и не решив. У меня осталась только куча предположений, ни одно из которых ничего не объясняло.

И тут я услышал шум. Я думал, что Он ушел, увидев захлопнувшуюся дверь.

Теперь же я услышал, как Он всем телом бьется о дверь, в надежде высадить ее или сломать замок.

Я вскочил. Меня охватил приступ бешенства.

Дверь заскрипела. Я огляделся в поисках оружия. Дверь затрещала; нижняя ее часть выскочила из пазов.

И никакого оружия под рукой!

Дверь приподнялась и начала прогибаться вовнутрь. Верхний паз лопнул и разлетелся на куски. Дверь упала.

Я бросился в спальню, быстро задвинул дверь и защелкнул замок. В это же мгновение на дверь обрушился мощный удар, так что в ней образовалась огромная дыра, и пластик пошел трещинами, сделавшись похожим на паутину. Еще секунда – и дверь разлетится на куски!

Я повернулся, посмотрел на ванную и вспомнил о сигнализации. С ее помощью можно было вызвать механического полицейского, дежурившего на другом конце этажа. Я кинулся к кровати, нажал кнопку на стене, потом помчался в ванную, а Он тем временем выламывал дверь у меня за спиной. Я захлопнул дверь ванной – последнюю преграду между Ним и мной, запер ее и поискал, нельзя ли чем-нибудь ее подпереть. Подпереть было нечем. Все крупные предметы, находящиеся в ванной, были прикреплены к полу. Я уселся на унитаз, стоявший слева от двери, чтобы не находиться на линии стрельбы, и стал ждать полицию, надеясь, что она не опоздает.

Я слышал, как Он ломится. Наконец дверь гостиной рухнула, и Он вошел в спальню. Теперь нас разделяла лишь хрупкая пластиковая дверь. Из-за нее донесся Его голос – хриплый, невнятный шепот.

– Джекоб... Джекоб, ты здесь?

– Чего ты хочешь? – спросил я.

– Тебя, – ответил Он.

– Но зачем?

– Джекоб...

– На помощь! – изо всех сил закричал я. Конечно, это не имело смысла.

Квартиры в этом здании были почти полностью звуконепроницаемыми. А ванная вообще была самым отдаленным помещением. Я закричал лишь потому, что мой ужас требовал выхода. В Его шепоте появились такие жуткие нотки, каких я никогда прежде не слышал. Мне показалось, что в Его голосе звучало безумие.