Античеловек

Кунц Дин Рей

Потом компьютер пустил в ход свое обещанное средство устрашения. По проволочкам-"ресничкам" прошел электрический ток. Заряд хлестнул по моему телу так, что у меня все волосы встали дыбом, потом схлынул. Я упал.

Проволока впилась в руку. Я стряхнул ее и встал.

– Нарушение правил пользования транспортной системой карается тюремным заключением на срок... – снова завел свою волынку компьютер.

Я пустился бежать. "Реснички" вокруг меня колыхались, повизгивали, кололись, впивались в мое тело. В двадцати футах от выхода меня настиг еще один разряд. Я ухитрился не упасть, но в глазах у меня потемнело. Глаза слезились и отчаянно болели, а в правом,

похоже, лопнул мелкий сосуд. У меня сосало под ложечкой, все кости ныли, а тело болело, словно его опалило огнем. Я кое-как справился со своей головой, прижал чемодан к груди – на тот случай, если я опять упаду, – и побрел дальше.

Проклятый компьютер еще раз долбанул меня током.

– Стойте! – приказал он. – Если вы остановитесь, вам не будет больше причинен вред.

На этот раз я опять устоял на ногах. Ток прошел по моим жилам и заставил меня выпрямиться. Еще один удар – но на этот раз "реснички" касались только подошв моей обуви. Я чувствовал жужжание электричества у себя под ногами, но меня оно не задевало. Потом я прошел через мембрану и оказался в фойе.

– Вам приказано остановиться! – возопил компьютер и снова начал объяснять, чем карается нарушение правил пользования транспортной системой.

Я прошел через фойе и выбрался на платформу. За ней начинался коридор.

С обеих его сторон располагались магазины, по движущимся дорожкам ехали люди. Полицейских не было видно. Я вышел, стараясь выглядеть как можно более естественно, но это мне плохо удавалось, учитывая мое исцарапанное лицо, изорванную одежду и хромоту (у меня было такое ощущение, словно какая-то злобная тварь с весьма острыми зубами старательно пожевала мои ноги). Отойдя на полквартала от станции "пузырей", я взошел на первую, самую медленную движущуюся дорожку, потом попытался перейти на следующую, более скоростную, и тут впереди взвыла полицейская сирена...

Глава 13

На крайней дорожке встречной полосы ехали несколько полицейских и внимательно осматривали всех встречных, выискивая подозрительно выглядевших пассажиров. Само собой разумеется, они искали исцарапанного и оборванного человека – они-то знали, что бывает с тем, кто пытается пешком пройтись по туннелю. У каждого полицейского рука лежала на кобуре: они были готовы пустить наркопистолеты в ход в тот же момент, когда завидят свою дичь. Люди вокруг меня начали переговариваться и строить предположения, пытаясь догадаться, что тут потребовалось полиции. Через несколько секунд копы увидят меня и узнают, а если даже они каким-то чудом и просмотрят меня, то другие пассажиры обязательно заметят мое окровавленное лицо и изорванную одежду.

Я остановился, дождался просвета и перешел на другую дорожку, потом еще на одну, едва не толкнув при этом почтенного седовласого джентльмена.

Следующая дорожка была относительно свободной – и самой быстрой. Когда я пересекал ее, меня встряхнуло – эта дорожка двигалась со скоростью несколько миль в час. Наконец я преодолел последнюю, самую медленную дорожку, которая двигалась рядом с краем тротуара. Подъехав к аптеке, я соскочил на тротуар и прошел через вращающуюся стеклянную дверь.

Аптекарю я сказал, что какой-то идиот переходил с дорожки на дорожку, не глядя по сторонам, и толкнул меня в промежуток между встречными дорожками. Аптекарь тут же преисполнился сочувствием, помог подобрать необходимые медикаменты и проводил меня в комнату отдыха, где я мог оказать себе первую помощь. Я заперся в ванной, закрыл крышку унитаза и сел, чтобы изучить свои травмы. Первым делом я снял туфли и носки, поморщившись при виде исцарапанных

ног. Царапины были относительно неглубокими, но еще продолжали кровоточить. Я покопался в купленных медикаментах, смочил марлевую прокладку спиртом и вытер кровь. Потом я намазал царапины антисептической мазью, способствующей свертыванию крови, и натянул туфли.

Носки погибли безвозвратно. Затем я обработал рану на ладони и исцарапанные руки, а потом хорошенько промыл царапины на лице. По завершении этой процедуры я стал выглядеть почти прилично, если не считать одежды, а мазь значительно смягчила боль.

Я отправил оставшиеся медикаменты в мусорный бачок и покинул аптеку. На улице я встал на самую медленную дорожку и ехал до тех пор, пока не заметил магазин, торгующий одеждой. Там я купил новую одежду и переоделся в примерочной кабинке.

После этого мне понадобилось сделать всего одну остановку. Я нашел крупный магазин спорттоваров и приобрел арктический утепленный костюм. Все содержимое моего чемодана я вытряхнул в мусоропровод, а новый костюм положил на освободившееся место.

Через полчаса я уже находился на борту ракетоплана, который должен был доставить меня в Анкоридж. Путешествие имело ностальгический оттенок: я снова направлялся на Аляску, в ее ледяную ночь, и все мои мысли и действия вновь диктовались ролью преследуемого. Я подумал о Нем, сидящем в погребе домика Гарри, думал о кривой ухмылке на лице андроида, пытавшегося убить меня, гнавшегося за мной по туннелю. От этих мыслей ностальгия быстро улетучилась и сменилась гневом. И страхом...

Я сошел в Анкоридже – высадился в капсуле, – нанял машину и поехал по знакомой дороге на Кантвелл. В кантвелльском аэропорту я нашел пункт проката и арендовал там снегоход. В подземном переходе, в небольшом магазинчике, торгующем всякой всячиной, я приобрел ножницы, способные резать проволоку.

Погрузив снегоход в машину, я направился в сторону парка. Ворота конечно же были заперты, но это никогда меня не останавливало, не остановило и сейчас.

Я поставил машину у ограды, рядом со столбом номер 878, переоделся, выгрузил снегоход и подтащил его к ограде. Минут двадцать я сражался с проволочным забором и наконец прорезал достаточно широкую дыру и протолкнул снегоход на ту сторону. Потом я включил магнитное поле, уселся и пристегнулся. Через полчаса, максимум через сорок минут я буду в хижине. Я вздрогнул, подумал, не вернуться ли обратно, пока не поздно, потом нажал на акселератор и помчался к лесу.

Теперь я управлялся со снегоходом как опытный водитель. Та бешеная гонка с раненым судьей Парнелом на заднем сиденье разбила мой страх на кусочки, кусочки стерла в пыль, а пыль развеяла по ветру. Я вел машину безрассудно и вместе с тем расчетливо. Раз я едва не врезался в неожиданно возникший холмик и чуть не опрокинулся, но в последнее мгновение успел вывернуть руль и избежать катастрофы.

Я находился в миле от домика Гарри, проезжал мимо домов первого уровня, и тут-то это и произошло. Когда я поднимался по длинному склону, оставив справа домик с неосвещенными окнами, через гребень перемахнул белохвостый олень и остановился, осматриваясь по сторонам. Он пока что не увидел меня, но я был уверен, что это дело пары секунд. Однако бедное животное так и не успело меня заметить, поскольку умерло прямо у меня на глазах. Из земли поднялись блестящие щупальца – какая-то желеобразная масса в коричневато-розовой оболочке – и окружили оленя со всех сторон. Олень подскочил, взвизгнул и попытался убежать, но щупальца оплели его и повалили на землю. Несколько мгновений он бился, пытаясь вырваться из смертоносных объятий, потом затих.