Антифэнтези
Шрифт:
Внезапно они остановились на обширной поляне, заставленной какими-то низенькими хатками или землянками. К нам из этих убогих жилищ высыпало немало Чувырлинных сородичей, своей чувырлистостью мало уступающих нашему знакомому. Судя по тому, что выскочили они, вооруженные какими-то палками, прием грозил оказаться слишком теплым.
– Ну что, тебе еще хочется помогать этому Чувырлу? – усмехнувшись, спросил я у своей сердобольной напарницы.
Однако та, не обращая на меня внимания, спрыгнула со спины единорога и помогла скатиться оттуда своему подопечному. А дальше этот шельмец слезно поблагодарил Машуху и с выражением
Кажется, крокодилье племя решило, что два коня и пара людей тоже могут оказаться неплохой пищей, так как стало бодренько брать нас в кольцо заостренных палок и не менее заостренных зубов.
– Ах, так! – возмущенно воскликнул я. – Это вся ваша благодарность?
– Мы вам очень благодарны, - крикнул чувырл размером побольше, наверно, их вождь. – Но, все равно, кушать очень хочется…
Я сообразил, что они, наверно, никогда не видели единорогов и думали, что это простые лошади. В отличие от наших оппонентов, у меня не было сомнений, что эти существа способны вынести нас из этой «гостеприимной» компании, но беда была в том, что Машуха была на земле, а все магические прибамбасы, типа накидок-невидимок опять оказались в сумках.
Ах да! Не все… – я крикнул Машуне, чтобы она, по своему вампирскому обычаю, прикинулась незаметной, встав между сблизившимися и воинственно набычившимися единорогами, а сам залез рукой во внутренний карман, в котором хранил несколько Гарольдовых шариков, но не таких, какими мы пулялись в академии, а раз в десять посильнее. Почувствовав, что ставшая незаметной Машуня совсем даже не незаметно ухватилась за мой башмак, я кинул под ноги окружающим нас чувырлам пару шариков. Когда впереди и сзади раздались два оглушительных хлопка, сопровождаемые немалыми вспышками, я нащупал руку тщетно пытающейся вскарабкаться подружки и крикнул:
– Дай мне сначала сумку!
Вскоре сумка была у меня в руках. Но одновременно с этим, чувырлы поняли, что мои шарики не более чем пустые шумелки, и начали наступление, сжимая круг и выбирая с какого места лучше начать праздничную трапезу. Я мысленно благодарил единорогов, которые, несмотря на явную угрозу, ждали, пока Машка не окажется наверху. Стоя головами в разные стороны, они стали угрожающе фыркать и бить копытами землю, озвучивая свое набычившееся настроение. Ситуация грозила вот-вот выйти из-под контроля.
В этот момент нам с Машуней каким-то невероятным совместным усилием удалось закинуть ее на спину моей единорожицы, так что бедненькая принцесса оказалась нагружена сразу двумя немаленькими седоками, да еще и отягощенными поклажей. Понимая, что ей надо помочь выбраться из западни, я вспомнил совет Гарольда – на миг закрыл глаза и повторил урок: «…формируем эктоплазму… трансформируем эктоплазму… концентрируем внимание…» Стабилизировать объект ни времени, ни необходимости не было. Как раз наоборот – я с предвкушением восторга выпустил перед собой всю эту сконцентрированную энергию, только в последний момент сообразив придать ей вид воздушного потока, а не, к примеру, огня.
Длинногривая умница, поняв мои намерения, вовремя низко наклонила голову, и все передние ряды вооруженных чувырл буквально сдуло с нашего пути. Мой восторг немного омрачился тем, что я по запарке хватил лишку: многие уродцы буквально
Отбежав от агрессивно-гостеприимного племени, наши скакуны остановились, и мы, не сходя на землю, перегрузили Машуню на ее фаворита. Я подслушал, как она мысленно извинялась и раскаивалась перед единорогами, обещая впредь не доверяться всяким пройдошистым встречным-поперечным. Вот перед всякими горделивыми лошадьми, так она раскаивается, а передо мной? Я же предупреждал… но оставим это на ее женской совести, которая, как и все женское, гораздо выносливее нашей, мужской…
***
Дальше мы без забот проскакали, а точнее сказать, пролетели по пересеченной местности до самого вечера. Я заметил, что единороги умудрялись обходить поселения, как людей, так и других существ, видимо, чувствуя или зная их заранее. Дороги им тоже не особенно были нужны. Неудивительно, что их в этом мире видели и знали совсем немногие.
Когда я понял, что Машуня держится на спине своего скакуна только за счет его волшебных способностей (про себя, будучи преисполненным заботой о слабом поле, я дипломатично промолчу), а солнце стало стремительно спешить к горизонту, я мысленно взмолился: «Спасибо, единорожки вы наши! Дайте юным путникам отдохнуть, а то есть и спать, прям как чувырлам хочется!»
Наш быстроходный и комфортабельный транспорт почти незамедлительно начал тормозить. Мы еще немного прокатились и выехали на открытый мыс, глубоко выдающийся на просторы немаленького озера. На этот раз наши скакуны нашли просто сказочное и совершенно уединенное место. Мы еще некоторое время сидели на их спинах и зачарованно смотрели на вечернее солнце, зависшее над водной гладью.
Затем я взял себя в руки и, вернувшись в реальность, спрыгнул на землю. Машуня последовала моему примеру, затем мы еще некоторое время благодарно обнимали своих скакунов и отпустили их до утра в неизвестность вечернего леса. Где они проводили время – было полной загадкой. Но загадками в этом мире никого не удивишь, а вот с ужином надо было поспешить. Темнота грозила наступить внезапно, так как на противоположной стороне озера, куда спешило солнце, вздымались далекие горы, и светило долго улыбаться нам оттуда явно не собиралось.
Так что лениться нам этим вечером не стоило. Но на что мы с Машуней были уже бывалые экотуристы? Спустя полчаса мы уже наслаждались ужином, и наблюдали, как краснеет западный небосвод, а по воде убегает (а может, и к нам спешит) нескончаемая солнечная дорожка. Берега озера начали тонуть в густых сумерках, разбавляемых белесым молоком тумана. Я же все удивлялся предусмотрительности единорогов – по опыту предыдущих ночевок на природе я понимал: место нашей стоянки настолько высоко располагалось над уровнем воды, что нам не стоило бояться ночной сырости, особенно если расположиться под сенью огромных сосен, росших за нашими спинами.