Антимаг
Шрифт:
Вновь свиснув девчонке, Миа ткнула пальцем в Лёху, затем в Лауру и демонстративно провела ножом у горла.
Молчаливое предупреждение поняли все. Новость о невосприимчивости пустотников к магии ставила Мию в позицию, позволяющую диктовать свои условия. Вообще, с того самого момента, как “эльфийка” услышала о судьбе пустотников, её симпатий к спасённой явно поубавилось.
Лёхе стало интересно: сумеет ли Мия при необходимости выполнить угрозу? Сам он вряд ли смог бы спокойно зарезать подростка. И очень не хотел проверять это на практике.
На Лауру, похоже,
Повинуясь жесту девчонки, Стриж закатал рукав нижней рубахи до плеча.
– А на жопе ничего не нарисовали хоть?
– мрачно поинтересовался он, разглядывая затейливый золотой узор, охватывающий бицепс.
Сложный, полный мелких деталей рисунок напомнил Лёхе виденные по научно-популярному каналу национальные орнаменты. Передача была то ли про инков, то ли про ацтеков, то ли про какой-то ещё глубоко безразличный Стрижу народ.
Там, в графском лагере, было не до подробного осмотра и татуировку он попросту не заметил. А на переодевающуюся напарницу вежливо не смотрел. Как оказалось - зря. Кто знает, какие ещё сюрпризы скрывают их новые тела?
Пока Лаура, закусив губу, сосредоточенно изучала рисунок, Лёха рассматривал странный предмет в её руке. С виду - литой кусок металла без всяких видимых отверстий, желобов для краски, или завинчивающихся деталей.
– Будет очень больно, - “обрадовала” его девчонка.
– Но недолго. Мне нужно нанести семь линий, чтобы изменить плетение.
– Вот где ты раньше была, когда я тату-мастера искал?
– хмыкнул Стриж, жестом подбадривая Лауру.
Всё ещё ожидая появления иглы, Лёха с недоумением наблюдал, как его руке приближается золотое стило.
Когда острие прикоснулось к телу, вместо укола Стриж ощутил жжение, будто от попавшего на кожу кипящего масла. Лёха зашипел от боли, но руку удержал, хотя очень хотелось прекратить пытку и влепить подзатыльника юной садистке. Вспомнилось, как на втором курсе с однокашниками по пьяной лавочке “проверяли силу воли”, держа запястье над огнём зажигалки. Тогда алкоголь играл роль обезболивающего, а вот сейчас такой “анестезии” не было. Пришлось терпеть, благо хоть было, на что отвлечься: наконечник стила плавился, нанося на кожу золотые линии.
– Гребучее средневековье, - выругался Стриж, отворачиваясь, чтобы скривить от боли рожу.
– Что ж вы, гады, всё по живому норовите…
Совершенно некстати вспомнилось, что раны в Европе вплоть до девятнадцатого века лечили, заливая в них кипящее масло. Лёха от души понадеялся, что здесь медицина шагнула подальше.
Боль в плече сменилась зудом.
– Убери это!
– удивительно властно для малолетней соплюхи приказала Лаура.
– Тон смени, - отозвался Лёха, оборачиваясь.
– Пока…
Что “пока”, - он не договорил, обнаружив очередной сюрприз от своего демонического “тамагочи” - на плече выросла чешуя, защищающая от ожогов.
– От души спасибо, братан, - поблагодарил Лёха “квартиранта”.
– Но вот сейчас - вообще не в тему.
Откуда-то изнутри поднялась волна нечеловеческой злобы. Хотелось порвать
Последнее желание вызвало у Лёхи чувство полного охренения и осознание чужого присутствия. Тот, кто сидел в его теле, бился в бессильной ярости, желая растерзать мучительницу.
Наверное, что-то отразилось на его лице. Возможно даже в буквальном смысле - очень уж по-хозяйски “пассажир” Стрижа начал менять его тело. Во всяком случае Лаура уже не пыталась приказывать, а медленно, не делая резких движений, поднялась и попятилась.
– Если демон овладеет им, то убьёт всех нас, - теперь в её голосе звучала даже не тревога, а плохо скрытый страх.
И обращалась она к Мие, обеспокоенно наблюдавшей за Лёхой.
– Мои силы истощены, я не сумею его остановить, если он переродится в какую-то тварь, - предупредила Лаура, не особенно заморачиваясь тем, что Стриж тут и слышит её.
– И ты вряд ли сумеешь. Но вместе...
Взгляд эльфийки не отрывался от Лёхи, но она приглашающе махнула рукой, предлагая девчонке развить мысль.
– Ты - пустотница, я могу черпать из тебя силу после привязки, - быстро проговорила Лаура.
– У меня есть с собой артефакты, привязка происходит почти мгновенно.
– Ну абзац… - протянул Стриж, с тревогой прислушиваясь к своим ощущениям.
Для полного счастья ему только одержимости демоном не хватало. Нет, ну что за грёбаный мир: попаданец тут либо марионетка какого-нибудь сраного местечкового Дэвида Блэйна, либо - транспорт для демона. Срань полная. Ну вот почему он не попал, как все нормальные люди - в земное прошлое? Учил бы сейчас советских конструкторов командирскую башенку к танку приваривать, или в средневековье нормальном прогрессорством занимался.
Но демон не торопился с подчинением. Стриж всё ещё чувствовал чужие злость и желание убивать, но телом вполне владел. А вот милая девочка Лаура стелила мягче чужеродной твари, но вела к тому же результату. Сама же недавно рассказывала, что маги лишают свои “батарейки” воли. А также то, что пустотники невосприимчивы к её магии.
Похоже, Миа тоже прекрасно помнила эти нюансы и отрицательно покачала головой. А потом снова указала на Лёху, а затем повторила связку “ухо-губы”.
– Я не могу завершить плетение, пока он обрастает чешуёй!
– в голосе Лауры недовольство смешивалось с плохо скрываемым страхом.
– И зачем это, если его подчинит демон?
Миа вопросительно посмотрела на Лёху. Тот пошевелил руками, встал, подпрыгнул, затем пару раз отжался и, удостоверившись, что всё с ним в порядке, показал Мие большой палец.
– Норма, - объявил Стриж результат нехитрого теста, а затем озадаченно уставился на чешую, придумывая, как её убрать.
Ничего дельного в голову не приходило. Вообще как приручают демонов? На Земле такая живность если и водилась когда, то вымерла немногим позже динозавров. Последних выживших всякие рыцари и святые доколошматили, не сообразив даже инструкцию потомкам на всякий пожарный оставить. Сиди теперь, соображай, что да как.