Антимаг
Шрифт:
– А ведь тесты не показали беременности, - отшутился Стриж.
– Блин, надо ж было залететь демоном… - и вгрызся в сухарь.
– Ну а ты чем занимался?
– поинтересовалась Миа.
– Ну, до того, как подался в одержимые. Вроде говорил, что офицер.
– Ну да, - Лёха добавил к сухарю кусок солонины.
– Спецура я. Развед-диверсионные которые.
Отхлебнув чуть из фляжки, он продолжил:
– Только прям даже стыдно: у меня нет ни полётов в космос, ни инопланетников… Всё по Земле родной, да в основном пёхом. Даже
– Это как?
– не поняла Миа.
– Что за “недопёсок”?
– Собака декоративной породы, - объяснил Стриж.
– Не знаю, есть ли они в будущем. Такой шмырёк размером с рахитичную крысу, за которым глаз да глаз нужен, чтоб тараканы ненароком за обои не уволокли.
– Моей Чиките она бы понравилась, - вздохнула эльфийка.
– Дочка?
– Лёха прекратил жевать.
– Фамильяр... Тиаматская гарпия, крупная хищная птица. Умница, но любила пошкодить. Иногда охотилась на мелких городских собак. Сколько штрафов я оплатила...
– Знаешь, если бы она прибила сеструхину самосерьку - тебе с удовольствием заплатил бы я, - усмехнулся Стриж.
– До сих пор хочу придушить доброхота, подарившего мелкой это недоразумение. Манька - ну, кошка наша, - поначалу думала, что это крыса такая и попыталась придушить, но… - он хохотнул, вспомнив тот случай, - …визгливая сволочь обгадилась так, что пришлось отмывать и её, и кошку и половину квартиры.
– Зато теперь у тебя любимец, который грозит сожрать себя самого, - напомнила Миа и Лёха помрачнел.
Да, сегодня он чувствовал себя куда лучше, не говоря уже о практически исчезнувших следах побоев, но даже постоянное движение не могло согреть тело, а в голове, на грани слышимости, всё ещё звучало нечто чужеродное, напоминая о себе. И Лёха мог поспорить, что новый “квартирант” не передумал его жрать, а просто провёл ревизию пищевых запасов и делает всё, чтобы растянуть их на максимально долгий срок.
Наверное, поганец тоже хочет жить. И Стриж хорошо его понимал.
Глава 7
К дороге они вышли примерно после полудня. Солнце припекало так, что Миа обливалась потом, но Лёха так и не смог согреться. Это пугало. Холод пронизывал тело, вызывая непрошенные ассоциации с покойником.
Отгоняя дурные мысли, Стриж оглядел раскинувшийся за кромкой леса тракт.
– Местная федеральная трасса, - нарочито-бодро оценил он, останавливаясь на опушке.
Широкая, мощёная каменными плитами дорога напоминала древнеримские, виденные в исторических фильмах. Движение по ней шло без всякого подобия правил: пешеходы, всадники, повозки, перегоняемые стада животных - все перемещались как им заблагорассудится. Странно, что обходилось без аварий и заторов.
Шум стоял страшный: орали дурниной люди, требуя пропустить, уступить дорогу, обкладывая мешающих руганью, ржали лошади, мычали коровы, скрипели колёсами повозки, создавая натуральную “дорожную
Какое-то время беглецы приглядывались к разношёрстному люду, что двигался к городу. Пешие и конные, одиночки, небольшие группы и организованные караваны - вряд ли ещё пара путешественников с раненой привлекут особое внимание. Тем более, что среди путников было немало и остроухих. В основном они держались возле хорошо одетых людей в сопровождении охраны - очевидно, купцов, или местной мелкой знати. Некоторые полукровки были даже неплохо вооружены, и среди них иногда попадались женщины.
Последним Миа уделяла особое внимание, изучая особенности поведения. Очевидно, статус больше зависел от рода занятия, чем от видовой или половой принадлежности. Жёны торговцев в ярких платьях, удобно устроившись на облучках рядом с мужьями, снисходительно посматривали на идущих пешком “плебеев”. Те одевались попроще, в некрашеную ткань, а некоторые простолюдинки “щеголяли” и в мужской, явно ношеной, одежде. На них посматривали с сочувствием или презрением, но чем-то из ряда вон выходящим явно не считали.
С гиканьем и свистом вдоль дороги проскакал вооружённый отряд, едва не задавив нерасторопных пешеходов. Среди всадников были две хорошо экипированные и вооружённые женщины. То ли охрана какого-то лорда, то ли те самые бойцы, что должны были оперативно реагировать на хаотично возникающие разломы.
– Похоже, мы не будем слишком уж выделяться из толпы, - заключила Миа после продолжительного наблюдения.
– Полуэльфами тут никого не удивить, а появления чистокровных, похоже, просто не ожидают. Если будем прилюдно пожёвывать вяленое мясо - вопросов не возникнет. Насчёт одежды - тоже, таких оборванцев, как мы, хватает.
– Мы не оборванцы - это стиль “грандж”!
– возмутился Стриж.
– Только средневековый!
– Если тебе так легче... Видишь, многие повязывают что-то типа платков на голову? Нам нужно соорудить нечто подобное, чтобы закрыть уши. Меньше внимания привлечём.
Лёха кивнул. Местный вариант “банданы” он уже заценил. Судя по всему, их использовали для защиты от припекающего солнца те, кому оказалась не по карману шляпа.
– Сделаем, - ответил он, вытаскивая из сумки одну из затрофеенных рубах.
Протягивая её спутнице, он добавил:
– Знаешь, я в детстве читал книгу про Ходжу Насреддина. Персонаж такой, средневековый авантюрист-бессеребренник. И вот ему дико нравилась сутолока трактов. А сейчас вот смотрю на самый натуральный тракт и думаю: вот что здесь хорошего? И ведь нам туда переть… Эх.
– Чем больше толпа вокруг - тем проще затеряться, - не согласилась эльфийка, повязывая на голову оторванный от рубахи кусок материи.
– Заодно послушаем, что и как говорят аборигены, присмотримся, как они себя ведут.