Антимаг
Шрифт:
— Ясно, а где бывал? — Она уже почти полностью погрузилась в воду, виднелась лишь одна голова.
— Это церковный секрет, который я обязан хранить, я дал слово пресвитеру, что не скажу никому не слова.
— Ладно не хочешь говорить дело твое, заходи в воду, помойся сам, и не забудь про одежду. Смелее, вода теплая.
Антонио прогрузился в воду, несмотря на заверения девушки, она была прохладной, во всяком случае для него. Он стал окунаться и отмываться от грязи. Квинта пронзала его взглядом,
Он подошел к ней ближе, с трудом шагая будучи по горло в воде. Она прикоснулась к нему рукой. Нежно проводя по его щекам, улыбалась.
— Нам уже пора.
— Как жаль, — прошептала она.
Мужчина вышел из воды, а девушка не стесняясь ринулась за ним, она шла по траве в чем мать родила, в сторону лошади. Квинтисенса вытащила из вьюка платье и стала его натаскивать на холодное мокрое тело.
"Вот девица, не стыда, ни совести, а еще говорят, что раньше такого не было, все были скромные, ага расскажите мне" — промелькнула мысль.
Он уже собирался залезть на лошадь, увидев что девушка проворно отвязала ее от дерева.
— Только на этот раз не упади лицом в грязь, здесь под травой камни да ветки, падать будет больно.
— Я постараюсь, — ухмыльнулся он. Как вдруг раздался писклявый голос, прямо из леса.
— Отстаньте дядьки, я ничего вам плохого не сделал, дураки вы!
Квинта отправилась туда, Антонио схватил лошадь за поводья и повел за ней.
Впереди возле грунтовой дороги, они увидели, как два разбойника грабят какого-то бедолагу. Он был метра полтора в длину, казалось будто перед ними вовсе ребенок.
Рядом с ним лежал осел, из которого торчали стрелы.
— Отдавай золото, — пригрозил тесаком один из налетчиков.
— Нет, Луциан вам ничего не даст.
— А ну давай, — залепив ему по морде, — вскричал разбойник. Бедолага упал на пол и в этот момент появилась она. Увидев ее суровый взгляд, они закричали: Ведьма!
Мгновением позже их пятки засверкали вдали.
— Поняли с кем, связались, говнюки, — вскричал путник.
— Чего это они? — спросил Антонио, подойдя к девушке. — Как тебе это удалось?
— Люди считают что я ведьма, хотя из магии я только умею лечить, снадобьями всякими. Молва про меня ходит разная, многие шарахаются от меня как от проклятой, но так даже лучше, можно ходить по лесам не опасаясь за свою жизнь.
— Вы кто такие? — спросил Луциан, его глаза испуганно бегали из стороны в сторону.
— Добрые люди, вижу тебя так здорово ограбили.
— Да не то слово. Трусы, трусы, да за осла ответите, — вскричал он вслед убегающим мужчинам.
— Да не кричи, они тебя не слышат уже, — подметил Антонио.
— Они убили, ослика моего, гады, чтоб их волки съели, — возмутился он.
— Тебя как зовут? — уточнила
— Филипп Луциан, мама называет меня Филипок. Мне до Фьордена надо, может подбросите, ваша лошадь я посмотрю выносливая, а я не тяжелый, пожалуйста.
— Ну садись Филипок, — проговорил мужчина.
Квинта проворно вскочила на лошадь, после чего протянула руку Филипку.
Он сел позади, и с грустью взглянув на своего мула, прошептал.
— Прощай ослик, я буду тебя помнить.
Антонио стал карабкаться на лошадь, как вдруг услышал крик Филипка.
— Они бегут сюда, что смелости набрались.
На этот раз их было больше, десять разбойников приближались к ним.
— Хватайте ведьму, а мы займемся сорванцами, — раздался голос разбойника.
— Это кто оборванец, я вам сейчас наваляю.
— Трогай, — вскричал Антонио, он схватился за поводья и запрыгнул на лошадь.
— Пока дураки, — крикнул им мальчуган и тут же лошадь поднимая пыль умчалась по лесной дороге.
— Ничего не видно, одни ветки да ёлки, сейчас белки шишками закидают, — снова раздался голос Филипка. Он уже начинал бесить мужчину, но он сдержанно слушать его нытье и реплики, иногда даже улыбаясь.
Наконец оторвавшись они покинули лес и выехали на дорогу, которую с обеих сторон окружали поля. Впереди виднелся город, за которым было море, которое окружало его с трех сторон.
А на востоке от него расположилась башня, с едва заметным стягом.
— Что это за люди? — вскричал Филипок, увидев десятки воинов.
С каждой секундой они приближались все ближе и ближе. Их становилось все больше и больше. Целая армия шла по дороге. Впереди конница с изображением волка на груди. Их было довольно мало. Сразу же за ними шла пехота, вот среди них можно было насчитать не одну сотню воинов, которые несли свои боевые знамена. В самом конце строя двигаясь одна из самых многочисленных групп, это были лучники. Они были в синих стеганых гамбезонах, а на их спинах висел лук и колчан со стрелами. Филипок с удивлением рассматривал их.
— Вот они, лучники-каблучники, хей, надерете зад дентросийской коннице или как обычно, сбежите с поля боя до первых петухов? — вскричал мальчуган.
Один из воинов остановился и спросил.
— Ты что там вякнул? — его голос был угрожающим, кажется слова мальчугана обидели его.
— Рад тебя видеть усатый, скажи как служба в армии, еще не приходилось трусливо бежать с поля боя?
— Ты сейчас получишь, — возмутился он, хватаясь за кинжал.
— Какие у тебя густые пышные усы и смелости много как я погляжу, неужели ты зарежешь меня, маленького мальчика, вижу вражеские воины тебе не по силе, собрался сражаться со мной? — насмехался Филипок.