Антимаг
Шрифт:
— Берите весла в руки, — в панике вскричал Луциан. — Какие весла, что я несу? Хватайте щиты, топоры и рубите врага.
— Похоже мы обречены, — донесся голос какого-то, он устало примкнул к дереву, прижавшись спиной, сжимая в руках меч.
Вдали послышался боевой клич, это был голос Джонайтона, он из последних сил пытался спасти ситуацию, выкрикивая приказы. Эльсильдорские воины встали в плотно кольцо, а затем предприняли попытку прорыва. Каждую секунду у ног Луциана кто-то падал, навсегда закрывая глаза, в какой-то момент стрела настигла и его, пронзила спину, разорвав
Дорадос ухмыльнулся и что было сил дернул его. Оказавшись на лошади, он прислонился к плащу инквизитора, пытаясь не свалится, в тот момент, когда конь с визгом стал прорываться через окружение.
Им в след послышался смех Энтерии.
Вскоре эльсильдорские воины побежали. Их ряды дрогнули перед малочисленной, но превосходящей армией.
Организованности в отступлении не было, Эльсильдорские воины бросали штандарты, раненных и павших товарищей и бежали, пока ещё было можно.
Энтерия узрев что ее армия также немногочисленная, не стала преследовать убегающих врагов, а лишь кричала проклятия им вслед, обзывала их трусами.
С рассветом Дентросийцы добили раненных и собравшись в единое войско стали лагерем.
Глава 24: Мы с тобой одной крови
Гром пронзал тела павших копейщиков, освещал темное ночное небо, вырисовывая на нем зловещие узоры.
Из разорванных доспехов рыцарей, торчали мечи, копья и топоры. Поле было щедро усеяно телами. Они были измазаны кровью и плотно впивались в грязь. Латники, воины в стеганых гамбезонах, лучники, солдаты в кольчугах, лошади, все они были мертвые. Дождь неустанно обливал их трупы, а из мокрой земли торчали дентросийские и эльсильдорские знамёна. Они развевались под силой бушующего ветра, который нередко срывал их с пик.
Ушлые птицы клевали мертвую плоть, вгрызались в тела словно свирепые хищники.
Посреди мрачной черной поляны шла израненная женщина, ее красное платье было залито кровью измазано грязью, а на остатке ее войска пировали вороны.
Королева Энтерия, — одна из тех немногих кому удалось пережить эту битву.
На склоне виднелся небольшой укреплённый лагерь, она шла туда. Ведь над ним возвышался Дентросийский стяг.
Грязь впилась в ботинки, прилипала к ее ногам.
Сбросив капюшон, ведьма вошла в шатер.
На пол ее лица виднелся кровавый потек, а возможно даже шрам.
Воины стоящие внутри преклонили свои головы.
Волосы королевы настолько сильно вымазались, что их белый локон едва ли пробирался через слои грязи.
— Сколько нас осталось?
— Пока удалось собрать две сотни целыми, чуть больше сотни ранены, остальные пали.
— Две тысячи пало, о боги, — страх и гнев появился на ее лице.
— Войско Айкалатоса в двух днях пути отсюда, нужно закрепиться и дождаться подкрепления.
— Дельный совет, но мы не может стоять без дела, лечите раненых, а я займусь воскрешением павших. В нашем распоряжении есть мертвецы, три с половиной
Этерия покинула шатер, и взошла на холм, стала там собирать какие-то травы. Многие часы она вела сбор, но еще дольше варила в зелье солдатском котелке.
Густой отвар, что получился довольно вонючим, но в то же время обладал великой силой. Кипящий котел она взяла в руки, ее пальцы покрылись ожогами. Она прикоснулась к нему губами, и стала пить, несмотря на ожоги, Энтерия даже не дрогнула. С ее уст вырвалась ярость, а в руках будто из воздуха появился посох, с сияющим зеленым рубином. На нем была надпись: "Ему подвластна жизнь и смерть"
Из ее губ и пальцев стекала кровь.
Она вонзила посох в землю, размешивая грязь, он расплавился причиняя ожоги пальцам рук. Энтерия сдержав стон, посмотрела на то как свет озарил поляну и тысячи воинов восстали, неторопливо начали подымать голова, а затем и тела с промокшей поляны. Мертвецы что-то бормотали себе под нос. Энтерия вскричала, задав им вопрос: Готовы ли вы служить мне?
— Да, моя госпожа, — послышались мертвецкие голоса, они говорили неторопливо и часто заикались, но все же славили свою новую хозяйку. Кровавые ожоги в мгновение стали исчезать, затягиваться, будто и не было их, ведьма приподняла руки к небу и вскричала.
— Я владыка этой земли, — в ее глазах читалось высокомерие и величество, ведьма чувствовала силу своей магии. — Ваши души в моих руках, я приказываю вам выстроится в ряды.
Легионы эльсильдорских и дентросийских покойников в едином порыве слились ряды.
Под залитыми кровью забралами виднелись изуродованные лица, а под разорванными доспехами были порубленные тела, обожженные и окровавленные тела.
Квинтисенса
Она очнулась в холодном поту, с криком: Антонио!
За окном была ночь, зловещая луна угрожающе светила прямо в глаз, ослепляла девушку.
Квинта вышла на балкон, и взглянула в сторону леса, над которым виднелось едва ли заметное свечение, и где-то вдали был слышен лай собак и крики птиц.
В ее душе было не спокойно, сердце билось словно старый колокол, недолго думая, она выбежала из комнаты, набросив на себя платье. Во дворе девушка проворно оседлала лошадь, украла ее из конюшни и подкупив стражу покинула город.
Она мчалась, будто быстрее ветра, он рассекая по округе трепал ее волосы, девушка не знала жив ли Антонио, но в сердце все еще был лучик надежды.
От лунного света, кровь в ее жилах закипала, из уст вырывался львиный рев.
Квинтисенса всеми силами пыталась подавить свой дар, которое она считала проклятием. Ее ушлая лошадь мчалась по разбитой дороге, острые камни впивались в копыта кобылы, причиняя боль.
Вдали слышались мертвецкие вопли, словно стая несчастных душ слились воедино в своем крике.
В какой-то момент лошадь рухнула прямо под девушкой, стремительные стрелы пронзили ее.
Конный визг, грохот и Квинтисенса оказалась на земле. Измазаная грязью с головы до ног, она с ужасом огляделась по сторонам.