Антитело
Шрифт:
— Я хочу к маме, — захныкала она.
Девочка снова попыталась подняться и опять упала. Ее рыдания перешли в истерику и сменились криками. Глеб вздохнул и вдруг вспомнил про мобильник.
«Господи, дай мне сигнал!»
На дисплее виднелись две черточки. Он набрал дядин номер.
— Алло?
— Дядь Сереж, мы на поле. В дальнем углу от дома. Аленке плохо. Приезжайте скорее.
— Что…
Дядя не закончил фразы и замолчал. За спиной Глеба кричала сестра.
— Еду, — бросил он и отключился.
Глеб убрал телефон и подошел к Аленке. Она продолжала кричать, ползая на четвереньках взад
— Не трогай меня!
Со стороны дома раздался автомобильный гудок. Глеб повернулся на звук и увидел облако пыли, вырывающейся из-под колес пикапа. Он замахал рукой.
Машина быстро приближалась, вырастая прямо на глазах. Глеб увидел напряженное лицо дяди и тетю Иру, что-то кричавшую и указывающую на них пальцем. «Тойота» резко затормозила. Не дожидаясь, когда она остановится, тетя распахнула дверь и выскочила на пашню. Пробежав мимо Глеба, она схватила дочь.
— Мама! — закричала Аленка страшным, хриплым голосом и крепко вцепилась в нее руками.
Сергей открыл дверь и остановился на пороге, внимательно разглядывая племянника. Поднимаясь наверх, он был готов шуметь и обвинять.
«Зачем мальчишка потащил мою дочь в эту проклятую чащу? Ведь сказано было, что в лесу опасно! Это не городской парк, неужели ему не ясно? Ребяческий, безответственный поступок!»
Но стоило ему увидеть парня, как весь запал мигом улетучился. Глеб сидел на кровати, уставившись на ковер у себя под ногами. Услышав шаги, он даже не пошевелился, чтобы посмотреть, кто пришел. Сергей неловко потоптался на пороге.
— Как ты себя чувствуешь?
— Нормально.
Он сел на стул напротив племянника и наклонился вперед, упершись локтями в колени.
— Что случилось?
Глеб ответил не сразу, но Сергей не стал его торопить, хотя внутри все переворачивалось от страха и беспокойства.
— Мы дошли до водопада, а потом решили пройти немного дальше. Вдоль ручья. Там было болото.
Глеб говорил медленно, будто параллельно пытался что-то обдумать, что-то решить для себя и не мог. Его голос звучал спокойно и отстраненно.
— Большое болото. От него мы повернули на восток. Я посмотрел на компас и решил, что так мы сможем выйти к полю. Срезать, чтобы быстрее вернуться. Там очень густой лес. А потом Аленка попросилась в туалет и увидела эти деревья. Мы решили посмотреть поближе…
— Какие деревья?
Дядя наклонился и положил руку ему на плечо.
— Глеб, посмотри на меня. Не засыпай. Что за деревья?
Глеб поднял голову, и в его глазах немного прояснилось.
— Ну, такие странные. Как будто закрученные, и кора у них необычная — почти черная и гладкая.
Глеб принялся подробно и сбивчиво описывать поляну. Его оцепенение слетело, сменившись болезненным возбуждением, словно в голове переключилась передача. Образ странного места возник у него перед глазами неожиданно ярко, во всех подробностях, и выливался на обеспокоенного дядю потоком междометий и мелких деталей. Постепенно в лихорадочном изложении Глеба стала проступать картина произошедшего — совершенно немыслимая мешанина мистики и видеофильмов. Дядя слушал его, пытаясь одновременно
«Такого не может быть! С ними произошло что-то другое…»
Глеб дошел до того момента, когда он сам ступил на поляну, и вдруг умолк. Он нахмурился и стал тереть лоб.
— Ну? — поторопил его дядя.
— Дальше как-то… Не могу вспомнить. Какая-то ерунда. Вроде бы меня кто-то ударил, и я упал. Еще был какой-то шум.
— Кто тебя ударил?
— Не ударил. Наверное, толкнул. Я упал и… Я помню, как сидел на краю поляны.
— Подумай. Попробуй вспомнить. Там еще кто-то был?
Глеб медленно покачал головой.
— Не… — протянул он. — Не было. Точно не было.
— Ну хорошо. Ты сидел на краю поляны. Дальше?
— Я взял Аленку на руки и понес к дому.
Дядя встал и принялся расхаживать по комнате, засунув руки в карманы.
— Может быть, ты что-то упустил? Там точно никого не было?
— Точно не было. Я рассказал все, что помню.
— Это какой-то бред!
Глеб промолчал. Дядя остановился у окна и стал барабанить пальцами по стеклу.
— Нда…
— А что с Аленкой?
— Не знаю. Так все в порядке. Кровь давно остановилась… Пара синяков… Но она какая-то вялая. Как и ты.
Он замолчал.
— Может быть, это какие-нибудь магнитные поля? — предположил Глеб. — Или радиация?
— Может быть. Но это мы выясним завтра.
Дядя оторвался от окна и повернулся к Глебу.
— Мы везем Аленку к врачу. Поедешь с нами?
— Да я вроде в порядке.
— Дело твое. Вернемся ближе к вечеру.
Глеб кивнул.
— Ладно.
Дядя еще несколько секунд постоял неподвижно. Потом повернулся и молча вышел.
Глеб упал на кровать и прижал ладони к лицу. То, что он рассказал ему, было правдой. Но не всей. Он не рассказал главное — то, что почувствовал там. Внезапное и пугающее осознание чужого присутствия, какой-то невидимой и враждебной силы. Чувство было мимолетным и смазанным, но Глеб точно помнил, как оно возникло. Оно было как-то связано с образом сестры. Глеб попытался восстановить свои ощущения в тот момент, но не смог. Его чувства устали и отказывались возвращаться назад.
Он встал и подошел к окну. За стеклом темнел лес: тысячи деревьев и кустов, просто деревьев и кустов, но по спине пробежал холодок. Глеб почувствовал что-то нехорошее в них, какое-то необъяснимое единство, и от этого ему стало не по себе.
«Только не расклеиваться! Всегда есть простое объяснение. И — зуб даю на анализ — все окажется по-дурацки просто!»
Глеб увидел, как они вышли из дома. Аленка шла сама, держась за руку матери. Ее переодели в зеленый дождевик с капюшоном, но на ногах оставались все те же красные сапожки. Глеб, как зачарованный смотрел на них, готовый вот-вот вспомнить что-то — что-то крутящееся у самой поверхности сознания. Сапоги вызывали у него неприятное чувство, но ничего конкретного не всплывало. Он наблюдал, как дядя открыл дверь пикапа, пропуская дочь и жену внутрь. Дверца машины захлопнулась, и Глеб вздрогнул — ощущение исчезло, не оставив следа. Глядя, как «Тойота» отъезжает от крыльца, он уже не мог вспомнить, о чем думал несколько секунд назад.