Антитело
Шрифт:
— Что там?
— Смотрите!
Перед ними в траве валялась синяя шапочка. Большой черный жук быстро пробежал по ней и пропал из вида.
— Это Аленкина.
Дядя поднял ее и покрутил в руках, рассматривая со всех сторон.
— Что-нибудь чувствуешь?
— Да нет.
Глебу не хотелось говорить о своих ощущениях враждебной энергии и выглядеть при этом идиотом, который слишком много читает фантастических книг.
— Я вот чувствую. Здесь что-то… нехорошее.
Глеб преувеличено равнодушно пожал плечами.
— Пойду еще раз осмотрю поляну. Может найдем еще что-нибудь.
Глеб
«Если встать там, то можно будет сделать точно такой же кадр, а потом сравнить их».
Он едва не упал, запнувшись о толстый корень, и тихо выругался, вспомнив свой сон. Поляна начинало действовать на нервы.
«Надо уходить отсюда», — подумал он. — «Вот только сделаю кадр».
Наконец он отыскал то самое место и посмотрел в видоискатель. В кадр попала темная фигура дяди, стоящего рядом с одним из деревьев и глядящего куда-то вверх. Глеб нажал на кнопку. Дядя обернулся.
— Думаю, мы увидели все, что могли. Пойдем отсюда.
Глеб не стал спорить. Он кивнул а, когда стал убирать фотоаппарат обратно в чехол, руки его слегка дрожали.
После обеда все разошлись, кто куда. Аленка отправилась к себе слушать сказку про Муми-Троля, тетя легла спать, а дядя ушел на крыльцо курить. Глеб остался один, и это его вполне устраивало. Он присоединил фотоаппарат к телевизору и сел перед экраном, ожидая, когда появится изображение. На сером фоне постепенно проступил лес и часть поляны. Глеб придвинулся ближе, внимательно вглядываясь в картинку.
«Ну покажись. Покажись…».
Его взгляд скользил по деревьям, внимательно анализируя каждый сантиметр.
«Ну где ты?».
Он был настолько уверен, что снова увидит ту самую аномалию, которую снял вчера, что теперь не мог поверить своим глазам. Перед ним был лес, обычный лес, и больше ничего. Никакого замутнения или неясного образа — деревья, хилая трава на поляне и два закрученных спиралью ствола.
И все.
«Жаль. Одна фотография ничего не стоит. С ней могло произойти все, что угодно. Просто неудачный кадр. И никаких тебе привидений».
Погруженный в собственные мысли, он нажимал кнопки смены кадра. Вперед-назад, вперед-назад. Последняя фотография сменялась предыдущей и наоборот, как в мультике. Точка съемки оказалась удачной, и кадры почти полностью совпадали. Кроме…
«Это еще что?».
В центре фотографии что-то двигалось, что-то происходило. Глеб уставился в телевизор, не веря своим глазам.
Спиральные деревья — они изменились. Стволы стали выше. Ощутимо выше. И угол поворота спирали теперь был другим, как будто они вылезали из земли, вращаясь вокруг своей оси. Цвет коры сменился с черного на серый, и теперь почти совпадал с другими деревьями. И на них появились побеги. На первой фотографии их не было. Глеб сидел, пораженный, без конца переключаясь между кадрами, и смотрел, как лезут вверх странные стволы.
«Наверное, можно было бы найти этому объяснение, если бы они поднялись на сантиметр,
Неожиданно ему вспомнился утренний кошмар.
«Господи, что тут происходит?»
Дядя долго молчал, глядя на мелькающие кадры, и тер бороду. Глеб тоже притих, ожидая его реакции.
— Может быть, ты встал ближе?
— Но остальные деревья в порядке.
— Да. В порядке.
Он снова замолчал.
— А что это за деревья?
— А? По-моему, осина.
— А осина быстро растет?
— Не знаю… В любом случае, не настолько.
— Что будем делать?
— Останови.
Глеб положил фотоаппарат на пол и посмотрел на дядю, инстинктивно, еще по детской привычке, предоставляя решать старшему.
— Думаю, надо подождать.
— Может сделать еще несколько кадров? Посмотрим, что получится.
Дядя повернулся к нему.
— Глеб, давай не будем торопиться. Ладно? Я не уверен, что нам стоит ходить туда.
— Так что — на этом все и оставить?
— Не знаю.
Глеб замолчал, удивленный и немного испуганный его реакцией.
— Знаешь, ты Ире пока не говори ничего. Она очень… впечатлительная. Мы с тобой сами разберемся.
— Может, вызвать кого-нибудь?
— Кого?
Дядя отвернулся от телевизора и посмотрел на Глеба.
— Кого вызвать?
На этот раз настроения шутить у Глеба не появилось.
— Так… Как ты смотришь на то, чтобы завтра съездить в Горенино?
— Я?
— Да. Надо зайти в хозяйственный и купить что-нибудь от мух. И посылочку передать. Возьмешь машину. Я тебе доверенность напишу. Ну как?
Дьявольские деревья сразу же отошли на второй план. Перспектива прокатится на «Тойоте» моментально завладела вниманием Глеба.
— Я за!
— Отлично. Завтра с утречка и отправляйся. А сегодня я тебя маленько поэксплуатирую. Не против?
— Неа.
— А насчет всего этого. Не знаю… Давай не будем торопить события?
— Ладно.
«Но я все равно туда схожу! Обязательно!».
Глеб выключил телевизор.
«Прокатиться на Тойоте — класс!».
Уже засыпая под громкое жужжание мух, он снова увидел эти деревья. Только в его воображении, они росли еще быстрее. Толстые стволы поднимались из земли, покрытые грязью и насекомыми, и ползли вверх, навстречу полной луне.
День четвертый
Глеб стоял у окна, дрожа от утреннего холода, и смотрел на плотную полосу тумана, медленно ползущего вдоль кромки леса. Туман напоминал облака, какими их видишь из самолета — белая равнина, на которой то тут, то там возвышаются причудливые призрачные фигуры. Вот одна, похожая на человеческую голову, повернутую в профиль, вот другая, напоминающая фонтан — длинные языки поднимаются вверх, а затем стекают к земле четырьмя плотными струями. Туман частично накрыл собой поле, и теперь дом и часть пашни превратились в остров посреди огромного белого озера. Его передний фронт обрывался внезапно, образуя ровную, словно проведенную карандашом, границу.