Аня
Шрифт:
– Есть, - удивленно отозвался он.
– Поделишься?
– Хочешь проинспектировать?
– поддел он, легко поднявшись с кровати.
Пару минут спустя на кровать легли свернутые веревки. Хорошее качество, почти новые. Разная длина. Аня глотнула еще вина и размотала одну из длинных. Приятный материал на ощупь.
– Раздевайся, - сказала она.
– Поверх одежды работать неудобно, по крайней мере - мне.
–
– Да. Я, можно сказать, только ради этого в гости пришла, - усмехнулась Аня.
– Ты категорично против?
– Нет, я почти что "за".
Он задумчиво посмотрел на Аню и молча разделся. Она похлопала по кровати.
– Попробуем другие варианты. На живот.
Он, не споря, подчинился. Аня, лаская, начала медленно обвязывать ноги:
– Неприятные воспоминания?
– спросила она.
– Ты о чем?
– Дома я раздеваюсь, избавляюсь от ненужного. Ты же, наоборот, остался в броне. Или это не то место, которое ты называешь домом, или же что-то еще. Но, судя по квартире, ты тут бываешь довольно часто, значит - дело в ином, в Илье? Или в сравнении не в твою пользу?
Александр дернулся, но Аня уже достаточно зафиксировала, чтобы попытка освободиться успеха не принесла.
– Так что?
– Ты хочешь сказать, что действительно не сравниваешь?
– негромко спросил мужчина.
– Правда. Знаешь, почему? Сегодня это стало особенно заметно. Твой сын меня боится, даже ни разу не увидев с Кимом. Меня завораживает его страх, это меняет мировоззрение, но при этом ни в каком качестве он меня не интересует. Меня не возбуждает ни страх в сексе, ни страх в Теме. Это просто демонстрация моей силы, моего преобладания. Поэтому - да, сравнивала вас только однажды. Но ты не испугался и не испытал отвращения, застав с Кимом, а для меня это важно, - негромко закончила она.
Саб под ее руками неожиданно расслабился. Тело поплыло, и появилась возможность воздействовать сильнее.
– Расскажи, - попросила Аня шепотом.
Он вдруг хрипло рассмеялся. Коротко и резко.
– Знаешь, сейчас я хочу совершенно другого, - с легким придыханием отозвался он.
– Заводит подчиненное состояние?
– Аня немного расстроилась.
Ладно, сильно расстроилась. Это не просто слабости, это другое восприятие. К такому она не готова, снова ошибка...
– Нет, - усмехнулся он.
– Заводит твой мечтательный голос, твой вес на спине, твои нежные ручки
– Вот еще, - усмехнулась Аня и чуть поерзала на пояснице.
Стало лучше. Не все так плохо, как она думала. Руками провела по его шее и спросила:
– Даже так?
– Ань, - негромко позвал он.
– А я не сплю с сабами, - обрадовала Аня игриво.
– Ты садистка.
– Есть такое.
– Ань...
– Что? Хочешь еще пару узелков?
– предложила она компенсацию.
– Нет. Хочу тебя.
– Вот и зря. Но, так и быть, могу порадовать...
Аня поднялась и отошла на пару шагов. Алекс повернул голову и посмотрел на нее. Девушка игриво улыбнулась и, медленно стянув верх платья вниз, продемонстрировала замечательное белье и красивые чулочки.
Зрачки расширились. Оценил комплект.
– Зачем надела?
– спросил вдруг ревниво.
– Это все, о чем ты думаешь?
– возмутилась Аня и уперлась руками в бока.
– Это просто немыслимо - так относится ко мне!
– Анют, а что я должен подумать, увидев тебя в таком виде?
– Что так я выражаю свою женственность и хожу в таком виде на работу?
– предположила она.
– Ты так работаешь?
Странную смесь эмоций по голосу распознать не смогла. Слишком много всего намешано.
– Да, так я хожу на работу. Под платьем не видно, зато я ощущаю себя женственной и желанной. Мило, да?
Аня повернулась вокруг своей оси. Алекс застонал:
– Аня!
– Что, Аня?
– Пожалуйста...
– Точно?
Он вдруг невесело рассмеялся:
– Я вообще не прошу, честно. Обычно распоряжаюсь. Убеждаю иначе. А с тобой - все не так, все непривычно.
Серьезный и задумчивый голос показал степень его адекватности. Аня решила освободить. Достаточно.
Алекс напрягся, так что потребовалось больше времени, чем хотелось бы, но Аня справилась. Спустя мгновение, она неожиданно оказалась на кровати, подмятая под Алексом.
– Вот теперь я буду делать, что захочу, - мечтательно сказал он и поцеловал.
Резко, напористо, страстно, даже чересчур. Но Аня ответила, обняла его руками и расслабилась, но ненадолго. Алекс быстрыми короткими поцелуями переместился ниже к груди, где и застрял. Белье, которое лишь требовалось слегка подвинуть, чтобы освободить соски, вызвало восторг.