Апофеоз
Шрифт:
– Я надеялся, что до этого не дойдет, - смежил веки Оопсан. – Что мы успеем короновать нового императора или провозгласить новую республику.
– Не успеем, - провибрировал Мородо. – Конгресс в раздрае. «Единый Парифат» в смятении. Сразу после декламации Мартобрация пятеро конгрессменов переметнулись к разделителям – и еще пятеро явно намереваются последовать за ними.
– Это всего десятеро, кхех-хех, - хихикнул Ильтокелли. – Из тысячи.
– Это дополнительные десятеро, - процедил Даскомедаль. – В придачу к уже желающим
– Четыреста девять провозглашают себя ими открыто, - ответил Мородо. – Еще сто семь входят в число нейтральных, но явно тоже склоняются к разделителям.
– Итого пятьсот шестнадцать. Это почти половина. Если мы прямо сейчас не схватим Мартобрация и не совершим показательную казнь, конгресс посыплется, как замок из сухого песка.
В качестве иллюстрации Даскомедаль сотворил такой замок посреди стола. Какую-то секунду тот стоял неподвижно, пока реальность осознавала совершенное в ней изменение, а потом его настигли законы природы – и песок посыпался на пол.
Оксатти ударил рукой по столу. Ильтокелли закатил глаза. Акк-Ва скрипучим голосом перечисляла расходы, которых потребует умиротворение целой провинции, но тут же заметила, что умиротворение нескольких провинций обойдется гораздо дороже.
– Может, просто распустим Конклав? – устало спросила Лунарда. – Мне так это все надоело... Давайте просто объявим о самоликвидации и разойдемся по домам. Пусть [цензура] дальше без нас.
– Хе, - осклабился Ильтокелли. – Хе-хе. А не так уж и плохо.
– Мы не можем, - провибрировал Мородо. – В самый разгар кризиса – не можем.
– Это будет предательством, - тихо произнес Оксатти. – На нас надеются.
– Никто на нас не надеется! – поморщилась Лунарда. – Нас ненавидят! Откройте глаза – они все нас терпеть не могут! Давайте просто уйдем – и пусть они грызутся, сколько им влезет! Можно, я подам в отставку?!
– Я уже несколько раз подавала... – пробормотала Акк-Ва.
– Не сметь! – рявкнул Даскомедаль. – Мы клялись императору! Я клялся императору! Я буду служить империи, пока император меня не отставит!
– Императора больше нет, дурак! – крикнула на него Лунарда.
Оопсан сидел молча, сцепив пальцы замком. Воистину Конклав – это просто конгресс в миниатюре. Их тут всего семеро, а они все равно удручающе часто не могут договориться. Неудивительно, что для целой тысячи конгрессменов это становится почти невозможным.
Возможно, он ошибается, полагая благом для Парифата республику. Возможно, без единоначалия все-таки не обойтись. Возможно, именно так в свое время рассуждал Бриар Всемогущий – и именно поэтому взвалил на себя эту ношу.
– Голосуем, - произнес он негромко.
Споры сразу прекратились. Ильтокелли первым вскинул костлявую, увитую сизыми венами руку и затрясся в визгливом смехе.
Погодный советник иногда уже плоховато соображает. Не будь он одним из величайших волшебников,
– Кто за немедленное усмирение Человекии и показательную казнь Мартобрация? – спросил Оопсан.
Ильтокелли задумчиво посмотрел на свою вздернутую руку, обдумал вопрос – и медленно опустил ее. Зато руки подняли Даскомедаль, Акк-Ва и Мородо.
– Кто за дипломатические методы решения проблемы?
Руки подняли Оксатти, Лунарда и, с задержкой, Ильтокелли. Три против трех, решение принимать Оопсану.
Помолчав несколько секунд, он сказал:
– Мартобраций – один из сильнейших волшебников на планете.
– Как и почти все наместники, - напомнил Даскомедаль. – Но мне он не ровня.
– Хорошо, что ты в этом уверен. Твое предложение принимается. У тебя час, чтобы собрать оперативную группу, портироваться в Человекию и взять Мартобрация под арест. Возглавишь лично.
– Естественно, - хмыкнул Даскомедаль, резко поднимаясь с места. – Могу я применить душепронзатель, если возникнет необходимость?
– Можешь, - чуть промедлив, ответил Оопсан. – Но живым будет лучше.
Даскомедаль ничего не ответил. Он поправил клинок на поясе, прищурился, разыскивая нужные координаты, несколько секунд прицеливался, а потом исчез в яркой вспышке. Остальные члены Конклава уставились друг на друга.
– Если он не справится, все станет очень плохо, - сказала Лунарда.
– Возможно, если он справится, все станет еще хуже, - отстраненно произнес Оопсан. – Мэтр Оксатти, насколько близок к завершению ваш проект?
– Начать тестирование можно уже в этом году, - чуть промедлив, ответил астральный советник. – Я собирался выдать членам Конклава ключи спектральных плетельщиков, а потом начать набор проверяющих.
– Проверяющих?.. – не поняла Лунарда.
– У Спектральной Сети не было аналогов. Перед тем, как впустить в нее десять миллиардов разумных индивидов, я хочу годик-другой подержать ее в «закрытой комнате». Раскрою всего несколько узлов и линий и выдам пароли паре сотен пробных участников. Если они смогут нормально пользоваться проектом, если не вскроется никаких скрытых неудобств или проблем... будем двигаться дальше.
– Кто будет проверяющими?
– Примерно половина – мои же подмастерья. Они уже работали над Спектральной Сетью, примерно знают, что их ждет. Но вторую половину я хочу набрать из сторонних индивидов. И желательно самых разных. Чтобы были и немогущие, и малоодаренные, и очень одаренные... Весь диапазон возрастов, профессий, социальных статусов... Возможно, кто-то из ваших родственников захочет поучаствовать, какие-нибудь светские лица... деятели искусства, возможно... жрецы всяких конфессий...