Апофеоз
Шрифт:
Все это – и еще многое другое. Хаштубал Огнерукий, абсолютный властелин пламени, применял свою силу тысячей разных способов – и были в его арсенале такие заклятия, которым позавидует и старый пердун Локателли. Заживляя остатки повреждений, он с бешеной скоростью возвращался в бой.
Там уже бурлило столпотворение. Галлерия Лискардерасс снова взялась возрождать искалеченный холм – земля оживала, из нее повсюду били ручьи. Повсюду взрастали пышные цветы, воздух становился чистым и свежим. Отовсюду струились природные духи и сотнями поднимались элементали. Галлерия создавала целую
– Арамет токар дарака, - произнес Антикатисто. – Котура дека тарага зо. Арамет ота арага. Секеторон истакара марида. Иневорк Паргорон.
В воздухе раскрылись трещины. Нитевидные в первый миг – они тут же расширились, и из них посыпались демоны. Бессчетные твари Паргорона – храпоиды, развраги, чрепокожие и другие демоны-солдаты.
– Убейте их, - скомандовал Антикатисто.
Демоны явно не обрадовались приказу. Увидев, против кого их бросают, они без раздумий попытались отступить, сбежать с поля боя. Но их призвали Криабалом – заклятием Демонической Армии. Не в силах сопротивляться, солдаты Паргорона с ревом протеста ринулись вперед.
Естественно, они сразу стали убывать. Один, другой, третий... Все меньше и меньше.
Бельзедор убивал их просто голыми руками, отрывал головы и вырывал сердца. Не отставал и Хаштубал – обычный огонь почти не причинял демонам вреда, и полудракон палил Очищающим Пламенем. Целыми фонтанами белых искр. Для тварей Паргорона они были опасней кипятка для льдышек – и демоны с диким ором горели в нем, не умея даже подойти ближе.
Бельзедор и Хаштубал изничтожали рядовых демонов, как сорняки на грядке. Поэтому большая часть разврагов и чрепокожих стремилась к элементалям Галлерии – с ними они могли биться на равных и даже с преимуществом.
Осаждали они и Медариэна. Тот не изменял своему правилу никого не убивать. Развраги разлетались от кинетических толчков, Медариэн глушил их и подвешивал в воздушных пузырях – но никого еще не лишил жизни.
В то же время его хватало и на битву с Антикатисто. Телекинетик колоссальной мощи, Медариэн сгущал воздух до твердого состояния, рвал Антикатисто на куски, растягивал, как кусок резины. Словно миллион невидимых рук плескался вокруг Медариэна – и каждой находилось свое дело.
Но ему приходилось тяжело. Сотни призванных демонов не могли навредить волшебнику такой силы, но он немало на них отвлекался. Чрепокожие носились повсюду со страшной скоростью, норовили сбить на лету, вцепиться зубами. Огромные храпоиды лупили цельнолитыми палицами – за ними тоже приходилось следить.
Причем делать это приходилось лишь краем восприятия. Основное внимание оставалось за Антикатисто. Сфера Криабала переливалась над головой бывшего элементаля Тьмы – и время от времени из нее исторгался очередной кошмар. У Антикатисто было вдоволь времени, чтобы изучить все Криабалы, запомнить там каждое заклинание – и теперь он одно за другим кидал их в бой. И это не говоря уж о том, что он и сам по себе не уступал никому из присутствующих.
Чуть-чуть следить приходилось даже за союзниками. Медариэн в буквальном смысле видел все вокруг себя,
И когда Бельзедор ударил его сзади мечом – Медариэн лишь в последнее мгновение успел сместить себя в сторону.
– Ты что делаешь?! – выкрикнул он.
– Ты спиной повернулся, - дружелюбно ответил Бельзедор.
Медариэн шумно втянул воздух. Он прочувствовал этот удар. Тот был нанесен в полную силу. Чуть-чуть промедли Медариэн, окажись чуть-чуть нерасторопней – и голова отделилась бы от тела.
– Ты можешь хотя бы сейчас забыть, что ты Темный Властелин?! – гневно произнес он.
– Сам знаешь, что не могу, - укоризненно ответил Бельзедор. – Так что не поворачивайся ко мне спиной, если тебе дорога жизнь.
В тот же миг он исчез – и появился между Антикатисто и Галлерией. Вскинув руку, Темный Властелин остановил заклятие Смертной Тени. Оно с хлюпаньем исчезло в поглощающем диске – Бельзедор разрушил мановый поток и пожрал убийственный импульс.
Его собственная ладонь при этом рассыпалась в пепел, но под доспехами этого никто не увидел.
А через несколько секунд она выросла снова.
В ответ Бельзедор не ударил. Он вообще ни разу еще не попытался атаковать Антикатисто. Темный Властелин перемещался по полю с огромной скоростью, истреблял призванных демонов и принимал на себя большинство атак. Разбивал мечом, вспарывал огненным кнутом, выпивал поглощающим диском или просто брал на грудь. На эту битву он надел свои лучшие доспехи – и пока что они выдерживали все, что обрушил Антикатисто.
Вот шесть синих молний окутали Локателли – и его кресло с гулом пошло к земле. Но рядом хлестнул Верберус – Бельзедор рассек им заклинание, точно гнилую веревку. Председатель ученого совета высвободился – и воздух заполнили миллионы крошечных сфер. Каждое несло в себе только одну искру – но эти искры гремели настоящим фейерверком, заставив Антикатисто на миг зажмуриться.
У Бельзедора в этот момент была отличная позиция – но он снова не ударил. Только крикнул во все горло, отвлекая Антикатисто – и хлестнул кнутом так, что загорелся воздух. Антикатисто обернулся к нему – и его осыпали фейерверки Локателли, а с двух других сторон полыхнули заклятия Медариэна и Хаштубала. Элементали Галлерии тем временем полностью захватили внимание демонов – мешать волшебникам те не могли уже никак.
Но Бельзедор по-прежнему не атаковал.
– Почему он не атакует?! – растерянно выкрикнул Фырдуз, который только сейчас начал приходить в себя.
– Потому что он глиномес! – огрызнулся Плацента. – Наверняка надеется, что колдунцы с Антикатисто перережут друг друга, а он, тля, загребет все себе!..
– Антикатисто всего один. Их пятеро. Это нечестный бой, - сухо сказала Имрата. – Этот мерзавец здесь единственный сохранил достоинство... даже странно.
– Мораль титанов относится к тем временам, когда на свете были только титаны, - хмыкнул Танзен. – Их не пятеро против одного – их пятеро против Антикатисто. И даже среди них у Антикатисто нет равного противника. Просто нет.