Шрифт:
Глава 1
Увидев, как в пламенной бездне моих нечеловеческих глаз полыхнул недобрый зловещий огонь, Долана истошно закричала. Мой демонический лик стал для нее воплощением самых жутких ночных кошмаров. Вот только пробуждение от этого дурного сна означало для нее попадание в куда более жуткую обитель… Во владения Князя Боли. Но вряд ли домина Амброс это понимала.
Глядя на беспомощную аристократку, сжавшуюся в моих лапах, и ощущая ее яростное желание жить, мне очень сильно захотелось изничтожить эту глупую надежду. Вырвать с мясом, надругаться над ней и разбить даже не на
Долана уже не просто кричала, она надсадно выла, надрывая голосовые связки, а мои когти все смыкались, медленно выдирая интенсивно пульсирующую Искру из ее души. И видит Дьявол, я изо всех сил старался заставить себя остановиться. Но длинные чешуйчатые пальцы продолжали вкручиваться в плоть, терзая вместе с ней и человеческий дух. И совсем близок был тот момент, когда помощница советника отправится за грань, не выдержав тех страданий, что я ей причинял.
Внезапно женщина рухнула на пол, заходясь в приступах судорожного кашля, а мои руки опали бессильными плетьми, окатывая нервы нестерпимой болью. Отчаявшись пересилить распробовавшую вкус крови демоническую ипостась, я попросту прервал связь с темным монументом. Я одномоментно вернулся в слабое человеческое тело, искалеченное и переломанное после многодневных пыток. И навалившееся на меня чувство собственной неполноценности едва не вынудило меня снова рвануть навстречу багровой бездне.
Куда ушла эта невероятная мощь? Куда исчезла непробиваемая чешуя и шипы? Где мои когти, способные взрезать металл легче листа пергамента? Почему я променял хищное совершенство сущности Искателя Боли на это нелепое и хрупкое вместилище, неспособное сейчас даже сражаться?! Зачем терпеть эту презренную слабость, если можно быть по-настоящему сильным?! Для чего…
Пытаясь заглушить собственные мысли, я со всего маху боднул мраморную стену, разбивая себе лицо. Новая порция боли подействовала отрезвляюще, и опасные мысли полностью вылетели из головы, стыдливо уступая место трезвому и холодному разуму. Каким же наивным я был, полагая, что полностью контролирую позывы своей оскверненной Дьяволом души… Граница между человеком и демоном оказалась настолько зыбкой и тонкой, что я едва не провалился в черную трясину, из которой уже не было выхода.
Проклятые Асы! Кто бы мог предположить, что поглощение их Анима Игнис сделает то, что не смогли сделать сотня душ Аль’сура! Нет, так дело не пойдет. Расхаживая в облике демона, я рискую окончательно им стать. А значит, я просто обязан проявлять больше осторожности! Но, черт подери, как?! Как мне выбраться из дворца, оставаясь покалеченным подростком? А если я прибегну к помощи инфернальной ипостаси, то как мне удержаться и не перебить людей во всей столице? Ситуация безвыходная…
– По… помогите! – Сипло выкрикнула домина Амброс, напрягая свой осипший голосок. – Спасите меня!
Я отвлекся от своих дум и перевел взгляд на ползающую в моих ногах помощницу советника. Хм-м-м… а почему бы и не попробовать? В конце концов, хуже уже точно быть не может.
–
Женщина шарахнулась от меня так резко, что впечаталась затылком в стену, но даже не заметила этого.
– Там, – я кивнул через плечо на ведущий в тюремные застенки спуск, – остались лежать разодранные трупы двух Асов. Кажется, их звали Ганадор и Уарид. Даже они не смогли ничего противопоставить ему, Долана. Ты представляешь, что произойдет во дворце, если я снова призову себе на помощь это?!
– Нет-нет-нет! Прошу, не надо! – Зарыдала аристократка. – Я… я не знаю, что ты такое, но умоляю, хватит! Не нужно больше этого ужаса…
– Тогда почему ты пытаешься призвать сюда новых жертв?
– Я не пророню больше ни звука! Клянусь Ворганом! – Помощница советника в самом деле заметно понизила голос. – Только исчезни, пожалуйста! Уходи! Уходи!
– Именно этим я и собирался заняться, моя домина, – иронично хмыкнул я, – но, как видишь, почти сразу же испытал кое-какие трудности. Поэтому, если ты не хочешь, чтобы мои проблемы стали вашими, помоги мне выйти из дворца. Потому что если я буду пробиваться силой… не уверен, что сумею вовремя остановиться и не перебью целый город. Поверь, мне бы этого не хотелось.
– Я… я не могу! – Испуганно выдохнула аристократка, находясь на грани истерики. – Это невозможно! Я не смогу, стража меня не пропустит… Пожалуйста, не надо снова… не делай этого…
– Тише-тише, Долана, успокойся, – ласково попросил я. – От тебя не требуется совершать маленькое чудо. Я прекрасно осознаю о трудностях, с которыми ты столкнешься при этом. Достаточно просто вывести меня на открытую галерею, балкон или даже верхушку башни. Свежий воздух благоприятно на меня воздействует, успокаивающе. Так что я точно смогу сдержать себя. Смекаешь, домина?
На лице помощницы советника сейчас отразилась непримиримая борьба между животным страхом и чувством долга. Она безоговорочно поверила в мою способность превратить столицу Исхироса в воняющий падалью некрополь. А потому истовое желание не допустить этого оказалось способным победить даже липкий и обездвиживающий ужас, поселившийся в ее душе.
– Я согласна! – Вымолвила женщина с таким видом, будто бросалась в омут. – Я не могу ничего обещать, но я попытаюсь! Только поклянись никого больше не убивать…
– Этому не бывать! – Строго отверг я предложение Доланы. – Единственное, в чем я тебе могу поклясться, так это в том, что разорву на части любого, кто попытается меня задержать. И моли своего ложного бога, чтоб я не вошел после этого во вкус…
Сделавшись от моих слов белее мела, аристократка часто-часто закивала головой, показывая, что вняла моему грозному предупреждению. Она стала пытаться подняться на ноги, но они дрожали и подгибались, не спеша ей подчиняться.
– Извини, я бы помог тебе, но твой любимый император приказал переломать мне руки от самых плеч, – усмехнулся я, наблюдая за бесплодными попытками домины Амброс. – Но ты поторопись, моя госпожа, время не на вашей стороне.