Апостолы Дьявола

Пустыня мрачная. Перепутье… Откуда эти глюки? Переутомился. На отдых пора. На дачу… Но у меня нет дачи. Ни в Переделкине. Ни в Малаховке. Нигде нет. И никогда не было. Не надо. Мне и так хорошо. Я живу у леса. Последние двадцать

лет.

Русский лес. Стоит. Колышется. Гудит гудом волшебным. Его пока не украли. Не присвоили. Ни сволочи олигархи, ни заезжие хазары с печенегами. Им нынче раздолье. Все их. Все под ними. Но стоит лес. Качает кронами. Завораживает. Манит к себе. Тянет в себя… И не страшны ему нашествия саранчи, крыс и гусениц. Лес всех переможет…

Скорее всего, это даже и не лес никакой. Иначе олигархи (сволочи) уже отгородили бы его колючей проволокой от таких простофиль, как я… Ведь даже сибирскую тайгу, как говорят санитары, уже выкупили — то ли Оврамович, то ли Вексельбергер с Аксельбантером, то ли сам великий и ужасный Швыдкой, продавший в Фатерлянд все трофеи за все войны всех времен — с бонусом впридачу, Большим театром. Наш лес не выкупишь. В нем русалка на ветвях… В нем леший бродит…

Когда голова набухает от дрязг и бестолковщины, я иду в лес. Лес всегда разный. Он меняется от погоды, от настроения, от прихотей — своих собственных и наших.

Нельзя дважды войти в один лес. Лес как река. Темны его воды. В сухом и солнечном лесу нет колдовства. Там одна волжба, ворожба да прелесть. Колдовством лес напояется под давящими черными тучами, хлестом молний и потоками ледяных вод из прорвавшихся небес. Исполнись волею моей! — грозит он. Сырая земля израстает лесом.

Она его Мать. Имя Отца неизреченно всуе. Огненной вязью во мраке след Его имени: «Мне отмщение…»

Тяжко, тяжко давит кощеев скопленное ими! Вот они и шлют его за океан. Пусть там чахнут. Над русским златом… Злата у них много, но не на что держать детские дома, богадельни и пристанища для таких идиотов, как я. Их все скоро позакрывают. Детей раздадут кому на что. Бабок и дедок пожгут перед выселением. А идиотов и психов просто выгонят на улицы — пошли, мол, на хер, к другим идиотам, нечего выделываться, зеницы у них, вишь, отверзлись! Все позакрывают. Национальный проект…

Про лес нельзя говорить правду. И вообще ничего.

Прокуроры бдят. Скажешь слово — хватают и тащат. Сажают. Или отпускают. Лагеря переполнены. Тюрьмы забиты. С колючей проволокой и овчарками дефицит… Надо ужесточать!!!

Через семь лет этот лес все равно вырубят. Санитары. И их главврач. Оврамович. Он же Швыдкой. Или Вексельбруннер… Не в имени дело. И построят кучу небоскребов-поганок. Как в Лос-Анжелесе или как в глупом районе Парижа, который называется Дефанс… Один добрый санитар сказал мне: это вам, русским гадам, за Хазарию. За Саркел и Белую Вежу. Был у вас Третий Рим, у уродов. А станет Второй Саркел. И никаких Святославов на него не народится. Повывелись на Руси Святославы. Были, да сплыли, абортным месивом… на органы и в парфюм. И Русь вывелась. Нету ее! Ку-ку! Одно проклятье на тысячу лет осталось — от тибетских раввинов и ямайских лам, что молятся богу Джа и курят коноплю…

Добрый санитар. Правдивый.

Но я не боюсь его заклятий. Я сам теперь часть Леса. Я бесконечен. Я исполнен его волей. Это я шевелю темными кронами, стряхивая саранчу и гусениц. Это я жадно ловлю ртом тугие струи разверзшихся небес, глотаю молнии, выжигаю ими крыс и глаголом жгу сердца, навевая ужас на незваных путников… И даже сорок тысяч оврамовичей, вексельбергеров и аксельбантеров не могут любить мой лес так, как люблю его я. И если они понасадят вместо моего леса сорок тысяч бетонных

поганок, все равно мой Лес будет стоять, шевелить кронами, будет вбирать в себя все грозы и ливни, всю тяжесть неба и всю силу земли. Он переможет все и всех. Он моя последняя обитель, мое пристанище, моя вальхалла, мой рай, ад и чистилище (будь неладны эти католические недоверки!), мой дурдом, мои университеты, моя тюрьма… и моя могила. Он вечен и загадочен, как наши души. Он и есть наша Душа. Столп Небесный. И еще что-то… Русский Лес.

Третью мировую войну, завершившуюся в августе 1991 г., мы проиграли вдрызг — в пух и в прах! Вчистую! И безоговорочно! Такого поражения Россия еще не знала.

Германия так не проиграла Второй мировой, как мы проиграли Третью. Победители оставили Германии шанс подняться с колен, воскреснуть и возродить былую мощь. Нам победители в Третьей мировой (Америка и НАТО) не оставили никаких шансов и надежд.

Как только нас повергли наземь, «мировое сообщество» единогласно и торжествующе повернуло большой палец к земле — «убить побежденного». И нас убивают. Это поверженного гладиатора можно убить за миг. Огромную несокрушимую Империю и огромную сверхнацию (суперэтнос), если очень постараться, можно убить лишь за два-три десятка лет. Для Истории это и есть миг.

Нас убивают. Ускоренными темпами. Беспощадно и безжалостно. С садистским сладострастием. Под рукоплескания всего остального мира. Пророческие слова императора Александра Третьего о том, что «у России нет союзников, кроме ее армии и флота», полностью подтвердились. Россию предали все. И Россия (правильнее, Россияния) предала всех.

Армия и флот России (СССР), готовые отразить суммарную атаку всего мира, перейти в контрнаступление и положить весь этот мир к нашим ногам, просто не получили приказа действовать. Безоговорочная капитуляция была подписана верховными преступниками за спиной армии, флота и народа — да, именно за спиной народа, только что практически единогласно проголосовавшего за сохранение Союза и его мощи. Теперь мы знаем правду: на конец 80-х — начало 90-х годов Советский Союз (Великая Россия) был единственной Сверхдержавой мира.

Американская «сверхдержавность», как и «программа звездных войн» оказались полным блефом и рекламным бредом. США были на грани тотального кризиса, расчленения и экономического краха. Европа (НАТО), пораженная бациллой либеральной демократии, была абсолютным военно-техническим импотентом, несмотря на накопленные горы вооружения — как мы знаем, эти «горы» в руках американо-натовских импотентов-памперсников оказались бессильны даже в войне против Югославии.

Проваливающаяся в бездну Америка и полусгнившая Европа, в отличие от русских, прекрасно осознавали свою слабость и воочию видели приближающийся конец пресловутой «западной цивилизации». И потому все силы, все средства, все технологии Запада были брошены на закулисные игры, на «подкуп» верхушки СССР и России, на завершающую операцию Третьей мировой войны, проходившую под кодом «перестройка». Приложив чудовищные усилия в зверином инстинкте самосохранения, утопающая Америка на корню «купила» верхушку правящей клики СССР, взгромоздилась на нашу «спящую» Сверхдержаву всей своей массой и утопила ее вместо себя, выкарабкиваясь из бездны… Новая стратегия мировых войн, когда правители противника привлекаются на сторону агрессора, оказалась беспроигрышной и абсолютно непредусмотренной ни Генштабом МО СССР, ни КГБ, ни беспечно «жаждущим перемен» населением.