Апполион
Шрифт:
–
Он, вероятно, "словно мальчишка", - сказал Калеб, посылая "какого хрена" взгляд в мою сторону.
Я пожала плечами, но странное ощущение от нахождения здесь, изводило меня. Имела ли ввиду Персефона, что нельзя никогда поворачиваться спиной к самому Аресу, иначе называемый "Мистер Война", или просто к войне как таковой?
–
Пришли, - она остановилась перед мраморным пьедесталом. Демонические лица были выгравированы в мраморечаши, и рубиново-красная вода наполняла её.
– Все что вам надо, так это встать
–
Любую душу?
– моё дыхание сперло, когда образ моей матери заполнил мои мысли.
–
Да, но я могу позволить использовать вам это единожды. Поэтому делайте выбор обдуманно, - Персефональстиво засмеялась.
– Я чувствую себя, словно нахожусь в "Индиана Джонс: В поисках утраченного ковчега...".
Айден потупил свой взор, его челюсть изогнулась в попытках сдержать ухмылку.
Калеб закатил глаза.
–
"Индиана Джонс и последний крестовый поход".
–
Ох, - она пожала плечами.
– Тоже самое.
Мой взгляд погрузился в чашу. Имя моей мамы висело на кончике моего языка, и мне не надо было смотреть на Айдена, чтобы понять, что он думал о своих родителях. Каждый из нас видимо готов был отдать все что угодно, чтобы увидеться с ними, особенно после того, как все плохо прошло с теми душами в портале.
Взгляд Персефоны стал понимающим.
–
Ах, настолько трудно пройти мимо шанса увидеть того кого любишь.
–
Ты бы поняла, - тихо произнес Айден.
Её улыбка медленно спала.
–
Поняла бы. Вероятно, некоторые посчитают меня эгоистичной из-за принятых мною решений и ошибок, к которым они привели.
Вспомнив миф о Персефоне, я покачала головой.
–
Нет. Ты была умна. Ты позаботилась, чтобы ты была у обоих - у Аида и твоей матери.
Если она и ощущала самодовольство из-за того, что в итоге из этого получилось, постоянное разделение на время и сезоны, она не показала этого - удивительно, поскольку боги не были смеренной кучкой людей.
Повернувшись обратно к чаше, она сложила руки перед собой.
–
Время сделать ваш выбор, и затем вы должны будете уйти.
Я посмотрела на Айдена, который кивнул. В его глазах промелькнул намек на грусть, отражая тоже, что как я понимала, было и в моих глазах. Калеб положил руку мне на плечо. Как бы сильно я не хотела увидеть свою маму, как бы сильно я не хотела подарить Айдену шанс увидеть своих родителей, никто из нас не мог быть таким эгоистичным.
Поднявшись на пьедестал к чаше, я стала всматриваться в спокойную красную воду, которая напоминала мне кровь. Вообще, она была густой, как и кровь, и присутствовал едва уловимый металлический запах. Фу.
Секунду спустя я произнесла: - Соларис.
Сначала ничего не произошло, а затем вода покрылась рябью, как будто я слегка подула на неё. Часть меня
Появилась Соларис.
Глава 26
Ступив в Подземное Царство, я не знала, чего ожидать. То же самое можно было сказать о Солярис. У меня действительно не было догадок, и все же я была ошарашена.
Солярис стояла прямо перед Калебом и она выглядела гораздо лучше, чем я думала. По какой-то причине я ожидала, что она и Первый будут коротать век в Тартаре, но её белоснежное платье было безукоризненно чистым и отглаженным. Длинные кудри цвета платины окружали её тонкие плечи. Она была высокой и стройной и её глаза были похожи на мои - яркого янтарного цвета. Её хрупкие, словно фарфоровые, черты лица напоминали мне нежный экзотический цветок, и я этого не ожидала. Может быть, у меня было адское эго, но я ожидала, что она будет похожа на меня.
Она была полной моей противоположностью.
Солярис оглядела комнату, её светлые брови поднялись, когда она поняла, где находится. Удивление с примесью страха пронеслось на её лице, но когда её глаза нашли меня, в них отразилось понимание. Я почувствовала, что знаю её.
Длинными шагами двинувшись вперед, Солярис остановилась в каком-то футе от меня, её голова обвиняюще наклонилась. Когда она заговорила, её голос был мягок.
–
Ты - Аполлион.
Мне не понадобилось много времени, чтобы понять, как она об этом догадалась.
– Я одна из них.
Удивление снова промелькнуло на её лице, его быстро сменила скорбь.
–
Вас опять двое?
Я кивнула.
Она взглянула через плечо.
–
Никто из них не он. Я догадываюсь. Один из них мертв. Второй - чистокровный.
Я не обратила внимания на оскорбленный взгляд Калеба.
–
Нет. Первого здесь нет.
Солярис взглянула на меня, её брови сошлись над переносицей.
–
Ты Пробудилась. Я вижу знаки Аполлиона.
–
Ты видишь?
– я взглянула вниз, удивившись, увидев, что вся моя видимая кожа испещрена знаками. Я их дажене почувствовала.
–
Как ты можешь быть не с Первым после пробуждения? Ты не мертва.
Пока еще.
–
Это сложно. Поэтому мы пришли поговорить с тобой.
–
О, - её скорбь стала заметнее и ресницы опустились.
– Он похож на моего?
Все в комнате, даже Персефона, были сосредоточены на Солярис, но сейчас она, казалось, совершенно этого не замечала. Я сделала вдох и попыталась проглотить внезапно подступивший к горлу комок. Горе, исходившее от Солярис, было осязаемым.