Апполион

Арментроут Дженнифер Ли

–

Врата приведут вас обратно к тем, через которые вы вошли.

–

Спасибо, - сказала я Персефоне.

Она грациозно кивнула.

Пока я прощалась и в последний раз смотрела через плечо, моя грудь сжималась, когда я встречалась с синимисиними глазами Калеба. Я знала, что смерть может остановить множество вещей, но она никогда не сможет разорвать узы дружбы.

Калеб улыбнулся и я слабо улыбнулась в ответ, потом повернулась обратно к пустоте, ожидающей нас. Переплетя свои пальцы с пальцами Айдена, мы ступили сквозь ворота, вооруженные

знанием, которое нам было необходимо, но неся груз того, что нам придется добиться невозможного.

Глава 27

Хаммер был там, где мы его оставили, и судя по часам на приборной панели, только три часа прошло - три часа в мире смертных, сорок восемь часов в Подземном мире и жизни Айдена и моей.

Я предложила вести машину назад, но Айден настаивал, что он в порядке, и я знала, что он хочет дать мне поспать. Я знала, что мне следовало сделать это - чтобы избежать связи с Сетом - но это было не честно. Айден был измотан.

Но это было сражение, которое я не выигрывала, так что я устроилась на пассажирском сиденье и попыталась уснуть. Проблема была в то, что мой мозг не отключался. С тех пор, как я стояла в военной комнате, что-то тревожило меня. То, что сказала Персефона, срезанные концы на стене - все это выглядело знакомым, но я не могла понять что и как. И было что-то большее. Напутствие Солярис было тревожащим и оно крутилось в голове.

Чего я никогда не понимала, так это почему Аполлон вернул меня к жизни, когда Сет выступил против Совета. Или почему Артемида не позволила Аиду забрать меня в Подземный мир. Боги - по крайней мере все, кроме одного - опасались передачи силы, если бы это случилось, ничто не остановило бы Сета. Вытащить меня из происходящего до Пробуждения или обезвредить меня, это имело смысл.

Продолжать позволять мне оставаться живой, нет.

Но я вспоминала, что сказала Артемида в магазине, встретившись с Аидом. Пророчество может измениться, и не надо много ума, чтобы понять, если я стану Убийцей Богов, пророчество может измениться.

Беспокойство расцвело у меня в груди. Аполлон и другие знали, что это возможно? Я почувствовала себя тупой, даже спрашивая об этом. Оракулы принадлежали Аполлону, и даже думая, что он не знал всех их видений, часть того, что оракул сказал Солярис была известна Аполлону. Какой смысл Аполлону поддерживать мое путешествие вниз к Солярис.

Часть меня была достаточно наивна, чтобы надеяться, что дело не в этом, и у Аполлона есть объяснения этому. Другая часть была рассудительна и более разумна. Прежде Аполлон говорил, что им нужно остановить бога, который, очевидно, работает с Люцианом. И как они могли его остановить?

Им был нужен Убийца Богов.

Самое неприятное в этой паршивой ситуации, что Люциан контролировал Сета, Бог - кем бы он не был контролировал Люциана, и следовательно, он/она контролировал Сета и всех последователей Люциана. Итак, если бы Сету повезло и он смог бы забрать мою силу, этот Бог контролировал бы Убийцу Богов. Рискованно, Сет всегда мог повернуться против него, но в конце

концов, Бог позволивший Сету делать то, что он хочет, я была уверена, он был бы достаточно креативным и нашел бы способ держать его под контролем. Возможно, это означало, держать члена Совета в целости и сохранности.

Мои мышцы рефлекторно напряглись, пока я думала об этом. Ничего не выглядело хорошо. В любом варианте Сетом манипулировали, а он об этом не подозревал. Черт, он отказывался даже думать об этом.

По мере того, как сокращались мили между Канзасом и Иллинойсом, я не могла отделаться от того, что сказала Солярис, что боги используют меня и что это значит. Также я не могла избавиться от ощущения, что знание как мне забрать силу ставило знак на моей судьбе.

Внезапное ощущение руки Айдена на моем колене, заставило обратить мое внимание на него. Его глаза были направлены на темную дорогу.

–

Ты не спишь.

Я улыбнулась и накрыла его руку своей.

–

Откуда ты знаешь?

–

Просто знаю.

Он коротко усмехнулся.

–

О чем ты думаешь?

Все было на кончике языка - мои подозрения, мои опасения о том, что сказала Солярис, что скрывал Аполлон - но когда Айден снова посмотрел на меня, я обнаружила, что не могу ему сказать.

Он не слышал, что сказала Солярис и я не хотела обременять его всем этим. Если мои подозрения были верны, если все шло к одному...

Сделав глубокий вдох, я сосредоточилась на белых линиях разделявших темноту.

–

Я просто думала, как подобраться близко к Сету, чтобы забрать его силу. Кажется это невозможно, правда?

–

Я так не думаю, Алекс. Если быть честным, я думаю это безумие. Для меня, это как подкрадываться к кобре. Этоне сработает.

–

Я знаю, но у нас нет выбора. С другой стороны, мы даже не можем выяснить, как к нему близко подобраться.Там все Стражи и охрана, которые поддерживают его.

Айден сжал мне руку.

–

Нам нужна армия.

Я медленно посмотрела на него.

–

И мы собираемся ее откопать?

–

Хороший вопрос.

Он коротко рассмеялся.

–

Что нам действительно нужно откопать, так это сколько людей поддерживают Люциана.

–

Я могу попросить Диониса посчитать их, - раздался голос Аполлона с заднего сиденья.

Взвизгнув, я шарахнулась вперед, ударяясь коленями о приборную панель. Рука Айдена дернулась на руле, посылая Хаммер на левую полосу, которая, слава Богу, была пустой.

Айден выругался под нос.

–

Тебе нужен чертов колокольчик.

Я развернулась на сиденье, готовая сбить ухмылку с божественного лица. Я уже была готова наброситься на него, пока он не довел нас до сердечного приступа.

–

Ты мог быть причиной аварии!

Аполлон наклонился вперед, положив руки на наши сиденья.

–

Но этого не произошло. У Айдена рефлексы адской гончей.

Сделав гримасу, я покачала головой.

–

Как ты просто...втиснулся сюда?