Арабская вязь
Шрифт:
Оставалось только молиться или ругаться.
Но тут он оторвал взгляд от пола, и неожиданно для себя увидел обычную пыль, клубящуюся в косых столбиках электрического света. Свет проникал внутрь через пулевые отверстия в стенках фургона, и человек по прозвищу Тайсон почему-то сразу поверил, что это ещё не конец...
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Вашингтон, федеральный округ Колумбия, в любое время года и при любых обстоятельствах выглядит респектабельно - все-таки, столица мировой державы. Здесь даже местные нищие и туристы со всех концов
Так уж вышло, что население Вашингтона состоит, в основном, из конгрессменов, высокопоставленных американских чиновников и иностранных дипломатов. А также из обслуживающего их персонала: продавцов и посольских секретарей, полицейских, охранников и официанток, дворников, проституток, юристов, врачей, парикмахеров, специальных корреспондентов и мелких клерков...
Как правило, эти люди больше всего озабочены тем, чтобы ни в коем случае не уронить в глазах окружающих свое мнимое или действительное достоинство. Поэтому-то, на здешних улицах почти невозможно встретить легкомысленно одетую женщину и мужчину без галстука, кожаной папки, или портфеля с кодовым замком...
Двое мужчин, вышедших из автомобиля неподалеку от вашингтонского пригорода Джорджтаун, вполне соответствовали принятому в американской столице стилю внешнего вида и поведения: на обоих были надеты очень дорогие, добротные темно-серые пальто, а безупречные стрелки на брюках касались начищенных до зеркального блеска ботинок.
Одним из этих джентльменов был господин Бургхоф. Его собеседник, выглядевший немного постарше, всю жизнь делал карьеру на политическом поприще. Однако после прихода во власть администрации президента Буша, он решил попробовать себя на государственной службе - и в настоящее время руководил так называемым Комитетом безопасности национальной территории13.
Осторожнее, сэр, - профессиональный разведчик Бургхоф придержал своего начальника под локоток.
– Благодарю вас!
Мимо них, по специальной велосипедной дорожке, проехала пара продрогших полицейских. Конечно, даже на католическое Рождество в Вашингтоне заметно теплее, чем, скажем, в Чикаго, но все-таки... не май месяц. Неторопливо накручивая педали под гору, полицейские добрались до следующего перекрестка - и свернули в сторону знаменитого на весь мир Джорджтаунского университета.
В отличие от всегда оживленного центра американской столицы, здесь, на окраине, народу было немного - туристы предпочитали проторенные, проверенные маршруты из путеводителей: Белый дом, Капитолий, музеи на площади перед холмом, парк с прудом, монументы в честь Линкольна и Вашингтона, а для представителей старшего поколения - Арлингтонское кладбище, да мемориалы героев Корейской войны и Вьетнама.
Как вам нравится этот район?
– Спросил начальник Комитета безопасности национальной территории США. И, не дожидаясь ответа, похвастался:
По-моему, идеальное место. Никакой суеты, никакого народа... Я всегда
Да, но... если не ошибаюсь, неподалеку, украинское посольство, напомнил шефу господин Бургхоф.
– Ерунда. Пойдемте!
Разведчик мысленно пожал плечами: начальству, конечно, виднее... После падения
"железного занавеса" и конца пресловутой "империи зла", ко многим писаным, а также - к неписаным правилам конспирации, новое поколение сотрудников американских спецслужб начало относиться без надлежащего уважения.
Спутник господина Бургхофа оставил водителя дожидаться в автомашине, после чего, проверившись для порядка, мужчины перешли дорогу и оказались под вывеской ресторана с дурацким названием "Балалайка":
– Прошу вас, заходите...
Как известно, за два коротких века своего существования Соединенные Штаты так и не создали собственной кулинарной школы - в этом отношении они мало чем обогатили мировую культуру. Если, конечно, не считать "Макдональдсы" и "Бургер Кинги", в которых воплотилась мечта человечества об интернациональной солдатской столовой.
Более того, практичные американцы умудрились унифицировать и обезличить даже то, чем их предки когда-то привыкли гордиться на исторической родине. Например, от Лос-Анджелеса на юго-западе и до Бостона на восточном побережье, почти все китайские ресторанчики одинаково дешевы, японские - одинаково дороги, а мексиканские отличаются друг от друга только количеством перца и пряностей в соусах. При этом, любой посетитель мог быть уверен, что хозяева-итальянцы обязательно предложат ему стандартную "домашнюю" пиццу и не очень хорошее красное вино из соседнего супермаркета, а у греков он будет накормлен прожаренным мясом с картошкой и сыром...
Что же касается точек общественного питания, собирательно и незаслуженно именуемых в Соединенных Штатах "русскими", то, как правило, это или безликая копия привокзального ресторана советских времен, или помесь шашлычной с буфетом в гостинице "Интурист". Так что, вашингтонская "Балалайка" ничем не отличалась от сотен других заведений подобного рода...
– Водка свежая?
– Да, сэр, конечно!
– Две порции водки "Смирнофф". И лед, как положено... вы меня понимаете?
Слушаюсь, сэр! Официанту, лысоватому еврею из Польши в косоворотке и джинсах, заправленных в ковбойские сапоги, можно было посочувствовать: посетители уже почти четверть часа изображали из себя знатоков русской кухни, неприлично коверкая при этом все буквы в названиях блюд, и для верности ползая пальцами по меню.
– Кофе и водку можно принести сразу. Остальное - попозже.
– Разумеется, сэр.
Докладывайте!
– Последнее относилось уже к господину Бургхофу, так как измученный официант, наконец-то, побежал выполнять заказ: