Арабская вязь
Шрифт:
Увидеть, что происходит в салоне шикарного "лексуса" оказалось невозможно - камеры воспроизводили только блики на стеклах и какие-то силуэты за ними. Однако, если судить по голосам, дежурными приветствиями обменялись двое мужчин: Игорь и тот, что сидел за рулем. Больше в машине не было никого, это подтверждали также результаты её теплового сканирования, выведенные на один из мониторов.
Автомобиль плавно тронулся с места и покинул площадь. Выждав пару минут, оператор отключил установленные на месте встречи видеокамеры. Вместо них ожил резервный экран, который, судя по всему,
– Хотите кофе?
– поинтересовался господин Бургхоф.
– Нет, спасибо, - поблагодарил Иван Иванович.
– И что теперь?
Можете остаться. Подождать. Или можно потом получить распечатку... если хотите, мистер Черненко сделает перевод.
– Я имею в виду не только это.
Господин Бургхоф кивнул:
– Мы пока не стали объявлять розыск вашего человека...
– Значит, совместная операция продолжается?
– Да, вы поняли меня абсолютно правильно.
* * *
Полицейская патрульная машина, плоская и широкая, как медуза, выкатилась на Мичиган-авеню и дисциплинированно замерла перед светофором. Пожилой офицер скользнул взглядом по дому номер четыреста тридцать пять, в котором разместилась одна из городских достопримечательностей, газета "Чикаго трибюн". Потом посмотрел на заполненный пешеходами тротуар, на холодные лужи, оставшиеся после дождя, на витрину, которую кто-то украсил похожим на раввина Санта-Клаусом...
Рядом с автобусной остановкой пританцовывал на одном месте очередной ходячий рекламный щит - человек, переодетый в костюм добродушного, некрасивого великана из мультипликационного фильма. Предприимчивые наниматели так увешали бедолагу табличками с текстом, что, взглянув на него спереди, сзади, и даже с боков, можно было, наверное, узнать очень много полезного и интересного про новогодние скидки.
Впрочем, мало кому из горожан и гостей Чикаго пришло бы в голову задержаться и внимательно изучить рекламный текст - уж больно жалкий, совсем не привлекательный вид был у этого великана. Поролоновые тапочки семидесятого размера хлюпали при каждом шаге, зеленое ухо обвисло трубочкой, и только идиотская улыбка, нарисованная на огромной маске из папье-маше, сияла, как положено, по-американски.
Полицейский подумал о том, что, как правило, на такую работу соглашаются либо недавние иммигранты, либо оставшиеся без работы неудачники. Социального пособия никогда никому не хватает, а два, пять или даже шесть долларов в час, да ещё наличными... Кажется, раньше так ещё подрабатывали студенты Университета.
Поделиться своими мыслями с напарником офицер не успел - загорелся зеленый свет, и патрульная машина покатила вперед, по маршруту, в бесконечном потоке десятков и сотен других автомобилей...
В городе уже включили вечернее освещение, когда напротив небоскреба "Чикаго трибюн" остановился ярко размалеванный фургончик. Борта и капот его снизу до верху украшали цветные изображения сказочных персонажей: Микки Мауса, длинноногой Алисы
Парковаться на этом участке было запрещено, поэтому водитель фургона вплотную прижал его к тротуару за остановкой автобуса, и сразу же включил аварийную сигнализацию. Задние двери чуть-чуть приоткрылись, и кто-то невидимый поманил зеленое поролоновое чучело внутрь.
Однако, безнадежно продрогший и проголодавшийся великан, прежде чем принять приглашение, зачем-то внимательно присмотрелся к сказочным персонажам, украшающим фургон. И только удостоверившись, что среди них, в обусловленном месте, красуется и его собственное изображение, подошел поближе.
Да залезай ты быстрее сюда!
– Позвали из темноты.
– Сейчас ещё "тикет"12 выпишут...
Оказалось, что русскую речь великан из американского мультипликационного фильма легко понимает без перевода. Голос невидимого пассажира также был ему явно знаком, поэтому, отбросив сомнения, носитель уличной рекламы сначала просунул внутрь огромную зеленую голову, а потом залез туда полностью.
Дверцы захлопнулись, и фургончик вырулил от остановки.
– Добрый вечер, Иван Иванович!
Человек по прозвищу Тайсон снял с себя дурацкую маску из поролона, избавился от зеленых перчаток и только после этого ответил на рукопожатие:
– Долго же вы ехали...
– Извини. Так получилось.
Впрочем, особого раскаяния в голосе Ивана Ивановича собеседник не услышал. Тем более, что идея подобного маскарада и выбор места встречи на одной из самых оживленных улиц Чикаго принадлежали ему самому - после недавней засады у немецкого тайника Тайсон стал вести себя ещё осторожнее, чем обычно. Как говорится, темнее всего - под горящей свечой, и ценные вещи следует прятать на самом виду...
– Замерз?
– Да нет, не очень. Ноги только промокли.
Мужчины сидели рядом, вплотную друг к другу, и разговаривали негромко, почти шепотом - скорее, по привычке, чем по необходимости. Никаких окон в грузовом отсеке автомобиля предусмотрено не было, так что переносная лампа с электрошнуром, ритмично раскачивавшаяся под потолком, являлась единственным источником скудного освещения. Судя по её колебаниям, по шуршанию шин и размеренному гулу мотора, фургончик все время куда-то передвигался - невидимый шофер за железной перегородкой умело петлял по лабиринтам улиц Чикаго для того, чтобы Тайсон с Иваном Ивановичем могли спокойно провести конспиративную встречу.
– Переодевайся. И можешь прямо тут все это бросить.
Слава Богу!
– Тайсон сразу же начал с искренним облегчением выползать из своего карнавального костюма, как поднятый на борт водолаз-глубоководник.
– Думаете, больше не понадобится?
– Официально, в розыск тебя американцы не объявили. Пока.
– Точно?
Во всяком случае, в тех полицейских участках, где я побывал, сегодня утром не было ни твоих примет, ни фотографий. По линии Департамента полиции, за перестрелку в русском ресторане разыскивается "не идентифицированное лицо".