Арена
Шрифт:
Эти секунды давали возможность оглядеться и оценить обстановку в целом. Пока бой складывался в пользу людей, но потери были чудовищно велики, а нелепая гибель Бориса— от банальной арбалетной стрелы — подрывала силы землян, делая ситуацию угрожающей. Лишившись самого мощного бойца, люди оказались на грани поражения, хотя и имели пока численное преимущество.
Трошин был наглухо связан боем. К тому же его ранили, и, похоже, довольно серьезно. Во всяком случае, Сашкины атаки были уже совсем не столь точны и стремительны, как ранее, он слегка пошатывался, а его стальной сапог при каждом шаге оставлял на песке темный след.
Макс, Лика и Михаил втроем рубили в капусту огненноволосую девчушку, забывшую о возможности нападения и ушедшую в глухую защиту. Сложно сказать, как такое решение
Петр понимал, что пока ему придется управляться одному. Когда эту красотку, столь похожую на настоящую Лику, превратят в фарш, тройка двинется на подмогу Александру. Тот все еще эффективно защищался, но на атаку у него, похоже, оставалось все меньше и меньше сил. А ему, Петру, достаются сразу двое — «мамочка» и тот урод с арбалетом. Именно с ним надо кончать в первую очередь.
Сыщик начал, как принято выражаться, спланированный отход на новые рубежи. А точнее — банальное отступление с имитацией страха. Правда, при этом он постепенно приближался к арбалетчику, что делало его выгодной мишенью. И кольчуга, конечно, стрелу не остановит, как не остановила ее тяжелая Борькина кираса.
«Качание маятника»… Сколько он читал об этом, сколько раз в книгах крутые герои, будучи явно не в ладах с реальностью, таким образом уходили чуть ли не от автоматных очередей. Никогда Петру не доводилось видеть человека, который сумел бы таким образом увернуться хотя бы от пистолетной пули. А вот с арбалетом шанс был, хотя и не слишком большой. В отличие от пистолета, арбалет нуждается в довольно долгой перезарядке, и если удастся заставить этого урода выстрелить, да еще и промахнуться…
Шар кистеня описал свистящую дугу, меч в руках «мамочки» сделал беспомощную попытку остановить кусок колючего железа, но, как и ранее, безуспешно. Удар оказался особенно удачен — шар впечатался прямо в голову мета-морфа, отшвырнув его на пару шагов. Теперь у Петра было несколько секунд — конечно, можно сейчас броситься к поверженному врагу, нанести еще один удар и еще… Но тогда он станет отличной неподвижной мишенью — и кончится это вряд ли хорошо.
И Петр рванулся совсем в другую сторону — туда, где на песке пластом лежал Борис, а рядом с ним — тяжеленная секира. О том, как он будет ворочать ею, Петр не задумывался…
Удар был столь силен, что, казалось, хрустнули шейные позвонки. Спасла лень — не слишком сильно был затянут ремешок шлема. Иначе бы тело со свернутой головой завалилось на спину, дернулось в конвульсиях и замерло. То ли застежка не выдержала, то ли лопнул ремешок — но шлем, пробитый насквозь тяжелым болтом, покатился по белому песку, а Петр, потеряв секунду на возвращение в мир живых, снова двинулся к своей цели, тяжело дыша и чувствуя, как по щеке сползает густая струйка. По-видимому, кожу на голове стрела рассекла достаточно глубоко-хорошо, хоть череп не проломила.
А еще пару мгновений спустя его рука легла на рукоять тяжелой секиры. Потребовалось собрать все силы, чтобы протолкнуть в легкие добрую толику воздуха, а потом, надсаживаясь, со смачным «хаканьем» обрушить тяжеленное лезвие на голову безоружного метаморфа.
На белом скрипучем песке стояли те, кто еще держался на ногах. Лика, так и не получившая ни единой царапины. Максим, освобожденный от кольчуги и перетянувший с помощью Ниночки продырявленное предплечье куском ткани. Михаил, получивший несколько не угрожавших его жизни и здоровью порезов, которые уже почти перестали кровоточить. Петр… Ему порядком досталось, и стоял он только на одном самолюбии. Да еще и потому, что, справившись с двумя противниками, лишившись при этом уха вместе с существенным куском скальпа, он чувствовал себя чуть ли не эпическим героем.
Рядом на песке сидел Трошин. Его доспехи валялись неподалеку, раны
Они молчали — все будет сказано потом. А сейчас своим молчанием они отдавали дань памяти тем, кто не видит этого момента — момента, когда определяется будущее целой планеты.
В память о Дане Лигове — как бы ни звали его на самом деле. О человеке — все думали о нем именно как о человеке, совершенно не интересуясь, к какой именно расе принадлежал аналитик СПБ. Да и так ли уж это важно? Куда более существенно другое — душа, сердце и кровь его были по-настоящему человеческими. В решающую минуту он встал рядом с ними, принося свою долгую — невообразимо долгую жизнь в жертву таким очень земным понятиям, как дружба, долг, честь…
В память о Борисе Круглове. Каждый воин когда-нибудь рискует встретить противника, превосходящего его. В жизни Борису такой противник не встретился. Его подстерегла равнодушная деревяшка, увенчанная еще более равнодушной стальной полосой… Тяжелый железный болт победил богатыря… Можно много и красиво говорить о тех, кто в той или иной ситуации совершил невозможное. В жизни, увы, такое случается редко. Но как же важно, чтобы каждый сделал ВСЕ, что мог, когда это было действительно необходимо…
В память о Геннадии Одинцове. Наверное, с того самого дня, когда он не смог отказать своему подчиненному в не слишком сложной, но идущей вразрез с мнением начальства просьбе, его не оставляла мысль о том, что все происходящее — фантастика. Перестрелки с клонами, маскировка внешности, даже штурм офиса «Арены» — все это он воспринимал как игру, как участие в шоу или… в съемках фильма. Но так и не прозвучал для него усталый голос режиссера: «Стоп, снято!» А игра внезапно превратилась в нечто большее, в нечто такое, что стоит жизни. В том числе и его собственной.
Они стояли на белом скрипучем песке и молчали.
А потом откуда-то извне пришел голос…
ЭПИЛОГ
«… Волна преступности, захлестнувшая планету в последние недели, постепенно сходит на нет. Исчезновение целого ряда крупных политических деятелей, о чем сообщалось в источниках массовой информации, по-прежнему остается загадкой. Напоминаем, что за истекшие двадцать дней пропало без вести свыше двадцати политиков и военных высокого ранга, в большинстве своем придерживавшихся крайне правых взглядов. Обращает на себя внимание тот факт, что ни одна из террористических группировок до сих пор не взяла на себя ответственность за данные исчезновения. Также до сих пор не поступало требований о выкупе, не прозвучало и каких-либо политических требований. Немногочисленная группировка „Воины Аллаха“, штаб-квартира которой, предположительно, расположена на территории Ирака, заявила о своей якобы причастности к исчезновению и убийству адмирала ВМФ США Чарльза Бейнтса. Однако это заявление, не подкрепленное сколько-нибудь существенными доказательствами, расценено администрацией США как попытка приобрести скандальный политический капитал.
Несмотря на выступление Президента Соединенных Штатов Америки, в котором он расценивает указанные факты как прямой вызов проводимой США политике в целом и ему, Президенту, в частности, Вашингтон не предпринял сколько-нибудь решительных действий. Напротив, 5-й Оперативный флот США в составе авианосцев «Авраам Линкольн», «Констеллейшн» и «Китти хок» в настоящее время покидает Персидский залив. Напоминаем, что еще раньше из этого региона был отозван авианосец «Гарри Трумэн», формально входящий в состав Атлантического флота.
В настоящее время все силы Центрального разведывательного управления США в тесном взаимодействии с Интерполом, а также спецслужбами ряда европейских стран, в том числе и России, проводят комплекс мероприятий, направленных на розыск пропавших. Однако, как сообщает наш источник в Оперативном штабе, организованном под патронажем ООН, до сих пор заметных успехов не наблюдается…»