Арена
Шрифт:
«… До настоящего времени не подтвержден слух о том, что таинственные исчезновения затронули не только США и европейские государства. Анализ выступлений руководителей Ирака, Израиля, Индии, Японии, а также информация, поступающая из заслуживающих доверия источников, позволяют с высокой степенью вероятности утверждать, что правящие элиты ряда азиатских стран также понесли серьезные потери.
Прямые обвинения в адрес спецслужб США пока что не звучат. Предположительно, руководство указанных государств стремится сохранить в тайне тот факт, что их вооруженные силы практически обезглавлены.
Немалый интерес вызывает и то, что Белый дом также воздерживается от каких-либо заявлений. На политической карте планеты наблюдается ощутимое потепление, источником которого является именно Вашингтон, буквально в последние дни пересмотревший свои позиции
«… Довольно неожиданной на фоне трагических событий, связанных с исчезновением целого ряда крупных политиков США, России, Великобритании, Германии и Франции, а также, предположительно, их коллег из наиболее развитых в военном и экономическом отношении стран Азии, является встреча руководителей США, России, Германии, Франции и Великобритании, которая запланирована на 27 августа в Париже. На встрече предполагается обсудить целый комплекс вопросов, направленных на сокращение ядерных вооружений. Также в повестку дня включен вопрос об ограничении американского военного присутствия в Европе и Средиземноморье, инициированный Вашингтоном. Его благополучное разрешение будет способствовать снижению напряженности не только в указанных регионах, но и на планете в целом. Проводимая в последнее время Белым домом политика вызывает не только удивление, но и надежду на то, что период бряцаняя оружием, когда США фактически выполняли роль „международного кнута“, постепенно уходит в прошлое…»
«… Государственной думой одобрен в первом чтении порядок одностороннего сокращения стратегических наступательных вооружений. Пока это коснется целого ряда морально устаревших систем вооружения. Инициатива Государственной думы вызвана принятием доктрины о нерасширении производства СНВ, а также о планомерном его снижении — вплоть до полной остановки.
Госдепартамент США заявил, что на беспрецедентный шаг России Соединенные Штаты Америки считают необходимым ответить адекватно, несмотря на то что требований о подобных действиях со стороны России не поступало. Разработка проекта новой военной доктрины США начата, и в ближайшем будущем наши читатели смогут узнать, какие шаги в этом направлении намерен предпринять Белый дом…»
Саша небрежным жестом бросил газету в стопку уже просмотренных и с некоторым удовольствием уставился на чистую поверхность стола. Что ж, на сегодня достаточно, тем более что основные новости мира, отобранные и систематизированные могучими компьютерами СПБ, скоро лягут к нему на стол в виде краткой, но чрезвычайно насыщенной справки. Хотя и просто из удовольствия почитать газеты было приятно.
Шумиха, поднявшаяся в мире после того, как далатиане вынуждены были покинуть Землю, постепенно угасала. То есть, конечно, никто не имел ни малейшего представления ни об истинном масштабе произошедшего, ни о тех, кто виновен в многочисленных исчезновениях… Оперативный штаб при ООН еще хорохорился, утверждая, что у данного преступления нет и не может быть срока давности, что виновные в гибели — теперь это уже никем не оспаривалось — целой плеяды крупных военных чинов и некоторых наиболее реакционно настроенных политиков будут непременно найдены и понесут ответственность по всей строгости закона. Все это было пустой бравадой, пусть даже и основанной на искреннем желании сдержать слово. Разумеется, все или почти все «исчезнувшие» находились в полном здравии — только вот дотянуться до них не могли ни славная своими джеймсами бондами «Интеллидженс сервис», ни «длинные руки Москвы», ни всеведущее и всезнающее Центральное разведывательное управление США. Хотя бы просто потому, что все эти политики и военные уже довольно давно покинули планету. И Трошин очень надеялся, что навсегда.
Теперь, когда ему пришлось возглавить аналитический отдел представительства Службы планетарной безопасности в Вашингтоне, он сильно изменился. Прошло совсем немного времени… Но отважный Капитан, возглавлявший недавно одну из самых эффективных Команд Ассамблеи, теперь на многое смотрел иначе. И при воспоминании о боях во славу иных цивилизаций иногда чуть заметно морщился — как будто в тех битвах было что-то постыдное.
На самом деле Саша так не думал. Хотя бы потому, что верил: любое относительно мирное решение споров, сколь бы сомнительным оно ни было при ближайшем рассмотрении, все же лучше, чем открытое военное столкновение. И поэтому
Женька Малой ушел из Команды — от него Саша меньше всего ожидал такого. На его решение не оказала влияние новая нога — она, как и было обещано, совершенно -не отличалась от настоящей: покрывалась легким загаром и теряла его зимой, чувствовала боль, а вот усталость ей была незнакома. Женька, казалось, забыл о том, что часть его организма создана в лабораториях СПБ. Просто после пережитого насквозь искусственная Арена представлялась ему слишком пресной, и он с огромным удовольствием принял предложение войти в состав оперативной службы СПБ. Месяца два назад он умотал куда-то в дальнюю командировку. Причем слово «дальняя» следует воспринимать буквально. Там ему, скорее всего, не скучно.
Совершенно неожиданно исчез с горизонта Петр. Покрутившись с месяц в Вашингтоне и убедившись, что частных детективов в Штатах примерно в полтора раза больше, чем нужно, он в один прекрасный день исчез из отеля. В оставленной для Трошина записке Петька жаловался, что, просидев всю жизнь в Москве и не выезжая дальше МКАД, он мечтал увидеть дальние страны. И в ближайшее время намерен заниматься исключительно этим. Прочитав торопливо набросанные строки, Саша улыбнулся — мужику просто нужно время все утрясти и разложить по полочкам. Что ж, пусть погуляет месяц-другой… А потом его надо будет найти и привлечь к работе. Профессионалами разбрасываться негоже. Работы много — скучать ему не придется.
А Трошин скучал… Временами тоска становилась столь сильной, что он с большим трудом сдерживался, чтобы не бросить все, не сесть в самолет, который за считанные часы доставит его на такие знакомые московские улицы… Это было невозможно, и он это знал. Конечно, теперь, когда к его услугам была инопланетная техника, он мог бы обойтись и без доморощенных средств — типа перекрашивания волос, подкладывания за щеки ватных тампонов и выщипывания бровей. Обеспечить себе должную маскировку он бы сумел… Но вот стоит ли рвать сердце, стоит ли пытаться вернуть утраченное — для чего? Чтобы потом всю жизнь жить под чужой личиной — пусть и в милой сердцу Москве? Или чтобы, подышав неделю родным воздухом, снова окунаться в чад американских авеню и стритов, с обостренной тоской вспоминая Родину? Нет уж, прошлое умерло. И не стоит ему возрождаться…
Москва успокоилась. Фотографии членов Команды исчезли со щитов «Их разыскивает милиция», замененные более свежими снимками других разыскиваемых… Никто, конечно, и не собирался справедливости ради реабилитировать невинно оболганных. Далатиан это, разумеется, ни в малейшей степени не интересовало, а у СПБ были заботы и поважнее.
Земля, привлекшая к себе внимание вследствие скандальных событий четырехмесячной давности, подверглась самому настоящему наплыву туристов — и местные отделения СПБ, несколько расширившие свои штаты, едва справлялись с этим потоком. Поначалу неопытность как самого Трошина, так и тех, кто стоял во главе Парижского, Токийского и возрожденного Московского филиалов, привела к определенным казусам. В газетах появились статьи о неопознанных летающих объектах, о странных, немного похожих на дельфинов созданиях, замеченных неподалеку от Японских островов… Хорошо, что на фоне шумихи, связанной с пропавшими без вести землянами, эти слухи были расценены как очередная утка. Хотя сам Трошин прекрасно знал, что именно скрывалось за каждым из этих сообщений. Скольких «туристов» пришлось спешно и не слишком вежливо выдворять за пределы планеты…
Да, ему досталась неплохая работа — интересная, творческая, а главное, ему теперь не приходилось больше убивать. Пусть даже понарошку, пусть даже электронные психоматрицы… В один прекрасный момент Саша вдруг понял, что для него война закончилась. Гордился ли он своим прошлым, презирал ли его, испытывал ли иные чувства? С каждым днем он все реже и реже задумывался об этом. Просто в жизни наступил перелом. Что-то ушло, что-то пришло взамен. Лучше или хуже — кто знает? Ему нравилось новое дело, нравилось быть не машиной для убийства, а полезной частицей общества, неизвестной этому обществу.